Елена Ликина – Колыбельная для ночницы (страница 14)

Значит ли это, что Филонида привязана к дому? И не может находиться вне его?

Если так, то у неё еще есть шанс сбежать!

Зося было обрадовалась, но быстро сникла.

Эта сторона леса была ей незнакома, а идти через деревню было рискованно.

Однако, выбора у Зоси не оставалось, и она решила, что пойдёт наугад.

Какая-то точка приближалась со стороны домов.

Птица… сорока… курнеля??

Зося замахала рукой — сюда, сюда!

Но куренеля и без того летела прямо к ней.

Покружив над головой девушки, она приземлилась на ветку, покосилась блестящим глазом и перелетела на другое дерево. Прострекотала что-то быстрой очередью и скакнула дальше, словно приглашала следовать за собой.

Зося так и поступила — стараясь не потерять курнелю из виду, перемещалась за ней по земле, путаясь в корнях и спотыкаясь.

Чем глубже в чащу они уходили, тем влажнее да толще становился мох, постепенно редели деревья, на самых старых стволах на недоступной высоте лепились к сучьям подвявшие гирлянды болотных кувшинок.

Потянуло затхлым запахом застоявшейся воды, где-то рядом плеснуло негромко и всё вокруг подёрнулось неясной дымкой.

Из призрачной мути постепенно проступил старушечий силуэт, и Зося узнала ту самую бабку, с которой повстречалась ночью.

— Не пошептала цвыркуну. А я говорила! Из-за того и домовый осиротел.

— Осиротел? Как осиротел? — Зося едва узнала свой голос.

— Дом потерял. Выгнала его Филонида. Зачахнет теперь, пропадёт…

— Почему выгнала?

— А то ты не смекаешь? Тебе помог, вот и поплатился за добро.

— Откуда вы знаете?

— Да уж знаю. Зачем на имя откликнулась? Зачем с луканькой говорила? Или не предупреждала я тебя тогда?

— Я подумала… я… он знакомым прикинулся… Андреем…

— Андреем… Глаза-то тебе на что дадены? Зорче смотреть надо. Тогда и блазь отличишь. Но теперь поздно. Лес тебя всё одно не выпустит.

— Почему?

— Привязка тебя держит. Филонида нашептала.

— Но я забрала футболку!

— Забрала. И в темечко тебя домовый клюнул. В то место, куда холодные пальцы касались. Только этого мало. Ты сама якорёк кинула. Помнишь ли — что оставила в лесу?

— Ничего… — выдавила Зося, бледнея. — Вы ошибаетесь! Я… ничего не оставила. Ничего!

— Булавку кто за кору запрятал? То и якорёк. Фила навертела, ты докончила. Пока не найдёшь — из леса не выйдешь.

Булавку!

Точно — булавку с бабкиной кофты!

Как же она могла про неё забыть!

Помнила бы — сказала Андрею. Уж он точно что-нибудь придумал бы, посоветовал — как её найти!

— Андрей твой молод еще советовать. — бабка легко прочитала её мысли. — Не постиг всей науки. Да и девок сильно любит. А в нашем деле это большая помеха.

— В каком — вашем?

— В чародейном. Знахарском. Так что на жалей, что ему не сказала.

— И как же мне быть? — от жалости к себе у Зоси защекотало в носу, предательски повлажнели глаза.

— Ты слёзы не распускай. А то русалки придут, станут их пересчитывать. Собьются — шибко осерчают. Им сейчас лучше не попадаться. Вишь, сколько венков понавешали? Подошло их времечко.

— Но что же мне делать??

— Искать. Ночью в шалаше перебудешь. А как зорька покажется — так и начнёшь.

— Вы шутите? Как я найду то дерево? Да и булавку… она же маленькая совсем!

— Вот ночью о том и подумаешь. Видишь, тропочка в камыши уходит? По ней ступай. Покажется шалаш — полезай внутрь, кругом себя очерти и сиди. Чтобы снаружи не было — не откликайся! Русалки — тебе не луканька. Уведут за собой в топь — больше солнца не увидишь, станешь им подругой.

— Но… я…

— В шалаш иди, пока русалки за собой не утянули! Да по сторонам не смотри, через плечо не оборачивайся, в лесунов след не наступи, поняла?

Погрозив девушке кулачком, старуха расплылась на клочки тумана и пропала под пронзительное сорочье стрекотание.

И лишь гулкое эхо насмешливо повторило:

— По сторонам не смотри… не смотри… не наступи…

Зосе пришлось послушаться старуху — у неё просто не было выбора.

Леса она не знала и рисковала забрести совсем уж в непролазные дебри, в которых таились опасные сущности и звери. Против и тех, и других Зося была беззащитна.

Собравшись с силами, она подхватила корзинку и пошла.

Камыши образовали узкий длинный туннель, за которым слышалось плюханье, бормотание и редкие шлепки. Зося даже думать не смела о том, кто может издавать эти звуки. Среди шуршащих стеблей мелькали какие-то юркие тени, и девушке больших усилий стоило не перейти на бег, не показать, что она заметила их.

К тому же Зося боялась просмотреть лисунов след.

Вот только не знала — как его вычислить на твердой утоптанной тропинке?

Такого в универе им не рассказывали. Им многого не рассказывали из того, что происходит сейчас.

За время учёбы Зося накопила хорошую теоретическую базу и успешно применила её при написании магистерской. У неё были прекрасные, увлеченные своим делом преподаватели, но, разумеется, они не учили студентов ни основам практической магии, ни тайнам зельеварения, не делились знаниями о том, как следует защищаться от нападения потусторонних сущностей.

Божечки! Боже!

Как бы она хотела сейчас оказаться подальше отсюда!

Для начала вернуться в поселок. Забрать сумку с вещами и уехать долмой!

И постаралась забыть обо всём случившемся здесь как о дурном сне.

Еще совсем недавно Зося строила приятные и неспешные планы на лето, даже не предполагая, какую подлянку ей подкинет судьба. Хотя нет, не судьба — сострадание к бывшему приятелю. Увидела Петьку и раскисла, дура. Сама во всём виновата!

Несправедливо, неправильно, что в жизнь так легко могут вмешаться сторонние силы! Превратить в послушную марионетку. Подчинить, навязать свои правила и желания!

И самое ужасное то, что им невозможно противостоять!

Погрузившись в тягостные размышления, Зося не заметила, что скрывающиеся в камышах тени постепенно отстали, и совсем скоро тоннель вывел её на темный пятачок земли, прямо к небольшому, покрытому лапником шалашу.

Позади шалаша кривилось на сторону сухое дерево без коры и листьев. На растопыренных ветках висели грязные мешочки, деревянные и тряпичные фигурки, густо лепились узелки из выцветших ленточек и платков.

Подарки для лесных духов, — сообразила Зося. Видимо, дерево заключало в себе особенный символический смысл, и к нему приходили попросить о выполнении желаний или о помощи. А взамен оставляли дары.