Елена Леонова – Костяной шар (страница 38)

— Не то чтобы сомневался, но до сих пор нахожусь под впечатлением! Здесь столько работы! Город следовало бы очистить от песка, думаю, со времен Козлова раскопки тут не велись.

— Похоже, — Филипп вылез из развалин дома и подошёл к Мирону, стоявшему на широкой дороге, когда-то ведущей к центру города.

— Где будем искать дверь… или, не знаю, то, что открывает твой ключ? — перевёл тему краевед.

— Нам нужен колодец, — писатель нахмурился, продолжая осматриваться, — надо обойти весь город.

— Скоро начнет темнеть. Предлагаю сделать это утром.

— Согласен.

Мужчины повернули назад и направились ко входу в город, где был установлен тент и лежали вещи. Яна догнала их, с увлечением рассматривая снимки в телефоне.

— Тут просто кладезь для историков и для … творчества, — сообщила она, показывая писателю сделанные фото.

— Да, Мирон почти так же сказал.

— Нет, я серьёзно! Некоторые строения хорошо сохранились, а фундамент находится под толстым слоем песка. Там могли сохраниться удивительные вещи!

— Говоришь, как археолог, — заметил Филипп.

Яна фыркнула.

— Проведёшь столько времени с моим отцом, сколько провела я, и не так заговоришь, — она посмотрела на Мирона, идущего с довольной улыбкой.

— Я читал, что Козлов нашёл в городе много всего: манускрипты, посуду, даже украшения. Он с командой вывезли отсюда тонны реликвий.

— Всё верно. Скорее всего, когда-нибудь тут и будут проводиться раскопки, — согласился Мирон. — Но мы здесь сейчас не за этим.

— Я обязательно нарисую это место, вернувшись домой! Будет грандиозно! — воодушевлённо сообщила Яна.

— Отличная идея! Я рад, что тебе вновь захотелось творить! — Смирнов подмигнул девушке.

Компания подошла к месту импровизированной стоянки.

— А где Аля? — спросила Яна, оглядываясь.

И действительно, только сейчас стало понятно: девушки рядом нет.

— Аля! — крикнул Филипп.

— Аля! — повторила за ним Яна.

Пару секунд никто не отвечал.

— Я здесь! — послышалось откуда-то сверху.

Писатель поспешил на голос и увидел молодую практикантку, стоявшую на фундаменте субургана, единственного сохранившегося ритуального буддистского строения у крепостной стены.

— Что там делаешь? Спускайся!

— Интересное строение! А как попасть внутрь? — прокричала девушка.

— Обычно входа в ступы нет, — подошёл Мирон. — Там хранятся реликвии, связанные с Буддой, они должны быть запечатаны. Людям недозволительно туда заходить.

— Сейчас так, — сказал Смирнов, начав подниматься на холм, — а тогда, возможно, было иначе.

— Лучше поднимайся слева, — крикнула ему Аля, — с другой стороны рыхлый песок!

Но писатель уже карабкался к основанию субургана. Он ступал, чувствуя под ногами скользящую вниз насыпь. Это усложняло подъём, но Филипп упорно двигался вперёд, и когда до ступы оставалось всего несколько метров, а мужчина вытянул руки вперед, чтобы ухватиться за каменный фундамент, поверхность насыпи внезапно истончилась, и, сделав новый шаг, писатель ощутил, как ноги начали быстро проваливаться в песок. Мелькнула мысль, будто он опять угодил в зыбучую трясину, но в следующий же момент под ногами оказалась пустота, и Смирнов провалился под основание субургана.

Глава 24. Китай. Внутренняя Монголия. Вторник. 16.40

— Филипп! — Яна подбежала к холму и начала карабкаться по нему вверх.

Аля, осторожно ступая, стала пробираться на ту сторону субургана, где у основания фундамента теперь зияла дыра.

— Осторожно! Осторожно! Господи! — Мирон начал подъём вслед за Яной.

— Филипп! — продолжала звать писателя Яна, но писатель не отзывался.

— Видимо, со временем пески пришли в движение, тут подвижная почва, — бормотал Мирон. — Подземные воды могли размыть основание ступы, и там образовался карман. Смирнов попал как раз в то место, где появилась пустота.

— Я ничего не вижу, — Яна, добравшись до места, куда провалился мужчина, заглянула в дыру, туда продолжал сваливаться песок. — Филипп!

— Нужно спуститься за ним, — прокричала Аля.

— Как? Любое движение сейчас вызовет ещё больший обвал! Его может там завалить ещё сильнее! Есть фонарик? — Яна обернулась на отца, который наконец добрался до места падения писателя.

— Есть! Вот, — Мирон достал из рюкзака за спиной небольшой ручной фонарь и протянул дочери. Яна посветила в яму, но света не хватало, так как глубина была большая.

— Чёрт! Так ничего не получится, — нервно буркнула девушка.

— Можно прикрепить трос здесь, к ступе, — сверху донесся голос Али, — и попробовать спуститься.

Яна посмотрела на девушку, быстро соображая, как поступить.

— Да, хорошая идея, — она осторожно развернулась, чтобы не приблизиться к краю дыры. — Я сбегаю к лагерю за верёвкой.

Яна быстро соскользнула по песку вниз и побежала к тенту с оставленными там рюкзаками.

Мирон также спустился, ожидая, когда дочь вернётся. Аля же продолжала стоять на ступе, вглядываясь в чернеющую дыру в песке.

— А если он там ранен?

— Сейчас спустимся и узнаем, — сказал Мирон. Его лицо было напряжено. Заметно стало, как он волнуется.

Прибежала Яна, неся за плечами два рюкзака и верёвку в руках.

— Зачем ты столько всего притащила?

— Мы не знаем, что случилось с Филиппом, а у каждого в рюкзаке разные необходимые вещи.

— Ладно. Давай верёвку, надо её закрепить.

Яна кинула отцу смотанный трос, и краевед полез к ступе со стороны, где поднималась Аля.

Найдя торчащий, плотно сидящий в фундаменте субургана камень, Мирон закрепил верёвку, туго завязав её в несколько узлов.

— Готово! — крикнул он Яне.

— Кидай трос мне, — девушка уже вновь стояла недалеко от края дыры, надевая на голову большой налобный фонарь.

Мирон бросил сверху верёвку дочери, и она, обхватив её ладонями, прыгнула, повиснув над чернеющей пустотой. Трос чуть дёрнулся, проседая и натягиваясь под тяжестью тела девушки. Аля ойкнула, приложив руки к лицу.

— Всё нормально! — крикнула Яна. — Верёвка держится хорошо! — девушка начала осторожно спускаться по канату, погружаясь в неизвестность.

Глава 25. Китай. Внутренняя Монголия. Вторник. 16.55

Яна спрыгнула на песок, видневшийся повсюду, куда попадал свет от фонаря. Высота до светящегося пятна вверху была значительной, по оценке девушки — не менее пятиэтажного дома. Она осмотрелась и моментально заметила лежащего без движения Смирнова.

— Филипп! Филипп! — Яна подбежала к писателю. Он лежал на боку, и девушка перевернула мужчину на спину, сразу заметив кровь на его лбу. Рядом лежал камень, на котором также блестели капли крови. Видимо, неудачно приземлившись, Филипп ударился об него головой.

— Ты меня слышишь? — девушка потрясла писателя за плечо. Смирнов не реагировал. Его глаза были закрыты.

— Чёрт!

Девушка подбежала к месту, где висел трос.