Елена Леонова – Костяной шар (страница 28)

Солнце было в зените, и жара начиналась настолько сильная, что находиться без тени оказалось практически невозможно: кожа моментально краснела, появлялась неприятная потливость, а на зубах ощущался противный песок.

Арсений Смолин, сделав последнюю затяжку, кинул окурок в песок и быстро скользнул в просторную палатку из плотной светлой ткани. Внутри небольшого пространства теснился стол, заваленный картами и бумагами, несколько складных алюминиевых стульев, раскладушка и пара металлических сундуков с личными вещами.

Арсений вздохнул, ощущая, как тело начало охлаждаться после пятиминутного нахождения на солнце. Он прошёл к столу и сел, взяв в руки блокнот.

Вот уже несколько недель археологическая экспедиция под его руководством проводила работы в пустыне Алашань на территории Внутренней Монголии в Китае. Дел было много. Участники экспедиции искали следы древних поселений хунну, предков современных китайцев, обитавших когда-то в южной части пустыни Гоби.

Палаточный лагерь, разбитый в бескрайних песках, состоял из большой главной палатки, где размещался научный пункт. Там изучались находки, вёлся план исследования, строились чертежи раскопок. Рядом располагалась походная камералка, где найденные предметы очищали от песка, мыли, зарисовывали и упаковывали для транспортировки в Москву на дальнейшее изучение в лаборатории. Далее стояли хозяйственные блоки, в них готовили еду и сушили одежду, общая столовая и спальные палатки. В них проживало по два человека, и лишь у Арсения имелась своя личная.

Для Смолина это была не первая экспедиция в пустыню Гоби. Ещё студентом, выбрав специализацию по этнографии, исследованию ранее живших сообществ, и заинтересовавшись племенами кочевников древней Азии, он неоднократно бывал на территории современной Монголии и Китая, а получив научную степень, Арсений больше не представлял себе жизнь без знойных сухих ветров и песчаных дюн. Смолин любил пустыню. Любил жару, удушливый климат, безжизненный пейзаж, золотые барханы песка, пронзительное высокое небо и тайны. Тайны, прячущиеся под миллиардами песчинок, погребённые ветрами и веками и ждущие вновь увидеть солнечный свет.

— Арсений Петрович, ну так что? — в палатку заглянула Вера, помощник руководителя экспедиции.

— Что? — Арсений перевёл на женщину непонимающий взгляд. Он изучал свои вчерашние записи по найденным скелетам верблюдов и людей, означающие: работа ведётся в правильном месте, где-то рядом было древнее поселение.

— Ну что делать со стажёрами? — Вера зашла в палатку и подошла ближе к столу.

— А… стажёры. Лисицына и Кондрашова?

— Да. Чем их занять? А то они сидят в камералке и наблюдают, как мы работаем.

— Ну пусть помогают. Займутся каталогизацией или формуляры заполняют.

— Но это не их специализация. Они же языковеды.

— Сейчас для них нет ничего по профилю. Вообще не пойму, зачем их прислали.

— И как быть?

Арсений посмотрел на часы.

— Через час приедут китайские коллеги. Пусть с ними пообщаются. Вер, ну не знаю!

Женщина недовольно вздохнула, засунув руки в карманы льняных светлых брюк. Ей было за тридцать, темноволосая, чуть полноватая, но очень энергичная и деловая. Вера любила всё контролировать и быть в курсе всего происходящего на раскопках. Она часто вызывалась помочь, даже если задача не входила в её круг обязанностей.

— Вот опять они на мне повисли! Как будто мне заняться нечем!

— Не ворчи. Ты сама вызвалась их опекать.

— Я не вызвалась, просто больше никто не захотел с ними возиться, а девчонок жалко. Они же за опытом сюда приехали.

— Вот и расскажи им всё, о чём знаешь.

— Уже.

— Тогда жди китайцев, — Арсений перевёл взгляд на блокнот, давая понять, что обсуждать больше нечего.

— Ладно, — Вера направилась к выходу из палатки. — Может, чайку? — спросила, оборачиваясь.

— Давай. Спасибо.

— Сейчас принесу.

Женщина ушла, оставив руководителя экспедиции в долгожданном одиночестве.

Глава 9. Китай. Внутренняя Монголия. Воскресенье. 13.20

Допив сладкий чай, Арсений надел кепку, солнечные очки и вышел на воздух.

Пройдя небольшой пятачок, вокруг которого располагались палатки лагеря, он приблизился к участку раскопок. Работы там велись с утра с перерывами в каждый час, а потом на обед, и до вечера, когда солнце начинало движение к линии горизонта. Задач у сотрудников экспедиции на участке фактически было три: копать, зачищать или обрабатывать находки.

Руководитель экспедиции с помощниками, опираясь на карты местности и исторические материалы, выбирали участок, где предположительно могут размещаться объекты раскопок. Территория разбивалась на небольшие квадраты, каждый из них огораживался, и работы велись внутри участка, послойно и постепенно углубляясь в песок с помощью штыковых лопаток. Выкопанный песок тачками и носилками отправляли на отвал — самую высокую точку лагеря.

При зачистке выбранного периметра брали кисточки, совочки и очищали уже раскопанное от песка, пыли и мелких камней. Как правило, зачистку проводили перед фиксацией (фотографированием участка) или когда нужно было определить, что раскопали. На зачистку соглашались самые терпеливые: нужно сидеть, методично махая кисточкой и в лучшем случае разговаривать с сидящим рядом человеком, а в худшем после нескольких часов работы на жаре — с воображаемым другом.

Артефакты из каждого квадрата складывали в отдельную ёмкость, а далее относили в камералку и мыли. Интересные и важные предметы — фрагменты костей или предметы быта — зарисовывались, а остальное выбрасывали на отвал.

Арсений наблюдал, как четыре человека занимались зачисткой, а ещё трое раскапывали новый квадрат, сгружая песок на тачки. Больших успехов пока не появилось, но вчерашняя находка скелетов давала надежду, что результат не заставит долго ждать.

— Кто-то едет, — к Смолину подбежал Женя, молодой археолог, недавно закончивший институт и присоединившийся к экспедиции впервые.

Арсений глянул в указанном направлении, где виднелись клубы пыли от колёс автомобилей. Судя по всему, к лагерю приближалось несколько машин.

Из палатки выскочила Вера, всегда заинтересованная происходящим, и подбежала к Смолину, стоявшему в центре лагеря, ожидая прибывших. Возможно, это китайские учёные, которые обещали сегодня приехать.

Внедорожники остановились, и, как только улеглась пыль, Арсений разглядел двух мужчин и женщину, вышедших из машины, а затем ещё троих мужчин. Они были точно не китайцы, и, присмотревшись, археолог улыбнулся.

— О! Приветствую! — выкрикнул он, направляясь к гостям. — А я ждал вас только завтра.

— Приветик! — женщина подбежала к Арсению и обняла его. — Получилось вот раньше. Как у вас дела?

— Нормально. Работаем, — Смолин пожал протянутую руку немолодому мужчине. — Привет, Мирон.

— Здравствуй, Арсений.

— Филипп, — представился писатель, также пожимая руку археологу.

Аян с помощниками остался стоять у машин, но вскоре начал разгружать багажники и устанавливать юрты.

— Пойдёмте, пойдёмте, — пригласил Арсений, указывая в сторону своей палатки, — вы, наверное, устали? Верочка, попроси приготовить чаю и что-то поесть.

— Сейчас сделаем, — откликнулась женщина на ходу, удаляясь.

Компания направилась вглубь лагеря.

— Так вы всё-таки не бросили свою идею? — Арсений раздвинул плотную ткань палатки, пропуская гостей внутрь.

— Как видишь, — весело отозвалась Яна, снимая кепку и тонкую рубашку, защищавшую плечи и руки от солнца.

— Ну ясно, ясно. Садитесь!

Мирон разложил лёгкие алюминиевые стулья, стоявшие у стола, и устроился на одном из них, вытянув ноги. Смирнов с интересом подошёл к столу, где лежали карты местности, книги и записи археолога.

— Это то, над чем вы работаете? — спросил он.

— Да, — со вздохом ответил Арсений, — ищем кочевнические племена хунну.

— Те самые, от набегов которых Цинь Шихуаньди построил Великую Китайскую стену?

— О, да вы, я вижу, тоже разбираетесь в нашей области? — удивился Арсений. — Вы историк?

— В прошлом. Можно? — Филипп указал на одну из книг на столе.

— Да, да, прошу вас. Тут нет ничего секретного. А в какой области истории трудились?

— Месопотамия. Двуречье.

— А-а-а, Шумер, Ассирия, Вавилон?

— Да.

— Прекрасная область. Интересный регион. Я тоже поначалу этим интересовался, но потом переключился на Азию. В археологию не думали пойти?

— Нет, — с лёгкой улыбкой ответил Смирнов, вспоминая все свои приключения в Египте, Бахрейне, Индии и Ливане. Любой археолог позавидовал бы тому, что удалось найти и увидеть писателю в своих поездках, а некоторые просто даже не поверили бы.

— А сейчас чем занимаетесь?

— Он писатель, — ответила Яна.