Елена Ларина – Искусственный интеллект. Этика и право (страница 4)

Однако в 2017–2018 гг. во Франции произошел ряд инцидентов, которые поставили под сомнение принцип открытой публикации материалов судебных дел. В настоящее время этот вопрос рассматривается Европейским судом по правам человека. Лишь после вынесения его решения будет окончательно ясно, есть ли будущее у публикации всех материалов судебных дел, как открытых данных, или в перспективе публиковаться будут лишь судебные решения.

Эксперты ЕС делают вывод, что, несмотря на некоторые многообещающие разработки, создание полностью эффективного автоматического механизма распознавания ситуации на основе анализа судебных решений и дел несет большие риски для соблюдения конфиденциальности и личных свобод граждан.

В 2017–2018 гг. в соответствии с решениями Совета Европы был проведен масштабный опрос среди сотрудников судов; какое направление они считают наиболее многообещающим с точки зрения использования возможностей ИИ для анализа машиночитаемых данных. На выбор предлагалось четыре варианта:

• использование ИИ для извлечения знаний из хранящихся в электронном виде решений судов и судебной документации;

• использование ИИ для прогнозирования линии защиты в ходе судебных процессов;

• использование ИИ для поиска прецедентных решений судов или близких к рассматриваемым в том или ином процессе случаев в прошлом. Фактически речь идет о распознавании ситуации;

• использование ИИ как служебного инструмента для организации первичного общения, автоматизации и генерации шаблонов юридических документов, улучшения качества переводов с редких иностранных языков в тех случаях, когда в процессах участвуют их носители.

Результаты обследования более чем 1700 судебных работников из 12 государств ЕС следующие: более 50 % в качестве первоочередной, наиболее интересующей функции выделили относительно простые служебные функции ИИ, связанные с чат-ботами, визуализацией, переводами и т. п. Более 20 % выразили заинтересованность в наличии инструмента, позволяющего распознавать аналоги ситуаций, рассматриваемых в том или ином судебном процессе в прошлом, и созданию подборок документов по данным ситуациям. Еще 20 % опрошенных сказали, что им ИИ не интересен и не нужен. Оставшиеся 10 % примерно пополам разделились между поисковой и прогностической функциями ИИ, которые, например, в Соединенных Штатах являются главными функциями ИИ в судебной и правоохранительной сферах.

Учитывая, что служебные функции ИИ, по сути, выполняются традиционным интеллектуальным софтом, можно утверждать, что более 80 % судебных работников не видят необходимости в использовании ИИ в своей работе, а соответственно не видят необходимости в повышении уровня своих знаний в области информационно-коммуникационных технологий за пределами умения работать с поисковиками и традиционным аналитическим софтом.

Для достижения справедливого баланса между эффективностью правоохранительных и судебных систем – с одной стороны, и приватности – с другой, необходимо провести тщательнейший анализ целесообразности публикации в рамках судебных решений имен и фамилий свидетелей, их адресов, показаний и т. п. Ключевым вопросом, который предстоит разрешить системам ИИ для судебной отрасли, который неизбежно появится, является вопрос персональных данных.

К персональным данным в рамках европейского законодательства относятся привязанные к имени, фамилии номера телефонов, адреса места жительства и электронной почты, дата рождения, имена детей, имена и фамилии родственников, места работы, проведения отдыха и т. п. В большинстве стран запрещено не только бесконтрольное использование персональных данных, но и хранение личных данных на частных серверах, в базах данных без письменного согласия человека. Проблема заключается в том, что в решениях судов, а тем более в судебной документации все эти данные обязательно содержатся. Соответственно, используя самые простые методы анализа, из судебной документации могут быть извлечены огромные массивы персональных данных. Кроме того, некоторые персоналии могут быть идентифицированы по косвенным данным и анализу перекрестных ссылок.

Наряду с персональными данными, существуют особо чувствительные данные, которые в соответствии с европейскими конвенциональными требованиями не могут быть раскрыты ни перед кем, включая государственные органы, без специального решения суда. Речь идет об этническом или расовом происхождении, политических взглядах, членстве в профсоюзах, религиозных и иных убеждениях, любой другой информации, касающейся физического, психического здоровья, половой жизни и личных увлечений, которые по законодательству считаются нераскрываемыми интимными подробностями.

Проблема заключается в том, что эти нераскрываемые данные подчас содержатся в материалах судебных заседаний, составляют их важную часть и не защищены в текстах специальным образом. В соответствии с этим подавляющее большинство судей, прокуроров в государствах-членах ЕС выступают за законодательный запрет на уровне Европейской Комиссии, переводить судебную документацию, за исключением общедоступных судебных решений, в разряд открытых данных, и более того, требуют запретить пользоваться ими всем, за исключением специально поименованных категорий участников состязательных судебных процессов. Выбирая между ИИ и личной приватностью, по мнению судейских работников, необходимо выбрать приватность.

При этом более 80 % опрошенных судейских работников ЕС полагают необходимым законодательно ограничить или строго кодифицировать условия применения ИИ в правоохранительной работе с тем, чтобы избежать вторжения полиции в частную жизнь законопослушных граждан.

§ 3. Профессиональные судебные проблемы и ИИ

Ни для кого не секрет, что значительную роль в вынесении того или иного судебного решения даже в рамках англосаксонского права играет личность судьи. Адвокатские фирмы издавна занимались прогнозированием исхода дела в зависимости от состава суда. Эта деятельность была важнейшим элементом адвокатской работы задолго до появления ИИ. До появления ИИ адвокатские фирмы в основном анализировали прошлые дела того или иного судьи, и на основании этой информации пытались делать прогноз относительно решения текущего процесса. Также адвокатские фирмы в последние 10–15 лет разработали сложнейшие алгоритмы, сочетающие использование ИИ и человеческого экспертного анализа, для подбора присяжных в Суды присяжных.

Вполне очевидно, что появление ИИ позволяет резко повысить уровень аналитики и прогностики для адвокатов. В этом случае в оборот будут вовлекаться не только прежние решения судьи, но и исследоваться их корреляции со всеми мыслимыми и немыслимыми обстоятельствами, имеющими отношения к судьям, о которых имеется информация. Например, в конце 2018 г. в Соединенных Штатах Лаборатория ИИ Северо-восточного университета опубликовала результаты анализа ИИ факторов, влияющих на решения судей об условно-досрочном освобождении преступников, получивших относительно недолгие – до шести лет – сроки. К удивлению судебных работников, правоохранителей и самих исследователей, самым сильным фактором, обуславливающим отклонение в положительную сторону решений обусловно-досрочном освобождении, является фактор точного времени рассмотрения дела. Выяснилось, что в послеобеденные полтора часа число положительных судебных решений оказалось на 19 % больше, чем в среднем по дню. Ни один другой фактор не влиял на американских судей, как положительные эмоции от хорошего обеда. Вторым по значимости фактором является время и день недели. После обеда и до вечера в пятницу выносилось оправдательных приговоров на 12 % больше, чем в среднем. Первоначальная гипотеза исследователей состояла в том, что таковыми факторами станут молодой возраст подсудимых или наличие у женщин-подсудимых детей. Однако сколько-нибудь заметного влияния на решения эти факторы не оказали. Хороший обед и близость уикенда перевешивали у американских судей все остальные факторы.

Понятно, что чистая прогностика никого не интересует и главный смысл состоит в том, чтобы найти уязвимости в характере, профессиональных навыках или стиле ведения процесса у судей, и использовать их в интересах подзащитных. Представляется, что распространение в Европе подобных систем предиктивной судейской аналитики усилит искажение равенства и состязательности в судебном процессе, даст преимущество защите перед обвинением, богатым юридическим фирмам перед независимой адвокатурой, состоятельным обвиняемым перед малоимущими.

Существует реальная опасность того, что будет подорван краеугольный принцип юстиции – принцип справедливого судебного разбирательства. Анализ использования дорогостоящий предиктивных судебных программ ведущими юридическими фирмами в Соединенных Штатах, Великобритании и Франции показывает, что адвокаты, располагающие такими системами, в среднем на 17–22 % чаще выигрывают дела, чем не располагающие. Повышение шансов на 1/5 буквально за два-три года свидетельствует о появлении конкурентного преимущества у адвокатов, имеющих системы предиктивной судебной аналитики.

Соответственно заслуживает внимания вопрос о запрете использования такого рода систем, по крайней мере, до тех пор, пока государственная сторона судебного процесса, в том числе прокуратура, не будут располагать аналогичными по эффективности системами. В противном случае это будет напоминать дуэль, когда один вооружен автоматом, а другой – старым мушкетом.