Елена Кутузова – На задворках конгломерата Шу́са: история одной командировки. 12 рассказов-расследований о космической командировке от авторов мастер-курса Евгении Кретовой (страница 5)

Идоро улыбнулся. Шеф полиции очень любил предлагать версии – чтобы в итоге сказать, что «он же говорил».

– Все может быть. Хотя именно в ту неделю станция закрылась на профилактические работы, в местной гостинице проживали всего трое. Их задержали, ждут меня.

– Повезло. Мало подозреваемых, легко найти убийцу.

– Ну, как говорится, и в трех соснах можно заблудиться, – откликнулся Идоро. Он никогда не торопился радоваться удачным обстоятельствам дела – все могло измениться в любой момент.

– С вашим опытом, надеюсь, три сосны не покажутся лесом, – парировал шеф. – Держите меня в курсе.

Он отключился.

Идоро вздохнул и подошел к окну. Улетать с Земли не хотелось. Он взглянул на гиф-фото, где смеялись, перебрасываясь мячом, его дочка и жена. Бывшая жена. Подобный полицейский рейд несколько лет назад, увы, стоил ему брака. Видимо, командировки длиной в год не способствуют укреплению семейной жизни. В любом случае, поделать он ничего не может – вего контракте прописаны три полицейских рейда. И сейчас пришло время второго.

Максим Дол

Идоро стоял у иллюминатора и наслаждался открывающейся картиной. Пескарус выплывал из темноты большим серебристым тором. Как только корабль попал в зону действия радаров, стыковочное поле станции замигало разноцветными огнями. Как и на других региональных станциях, парковочный блок и жилая часть находились на разных концах. Так что, только спустя полчаса Идоро оказался у кабинета станционного инспектора полиции. Он постучал и вошел внутрь.

– Максим Дол, – прямо у двери кабинета, сияя улыбкой, ему протянул руку невысокий пухлый мужчина лет тридцати пяти с зализанными набок темными волосами. Он потряс руку следователя и затараторил: – Такая честь, сам Идоро Иллеш, у нас на Пескарусе. Хотя, конечно, повод не самый радостный.

Лицо инспектора тут же приняло торжественно – печальный вид.

– Спасибо, очень приятно, – кивнул Идоро и прошел вглубь кабинета. Максим Дол скользнул за стол и жестом пригласил Идоро присесть. Следователь сел на единственный стул, стоящий около стола, вытянул длинные ноги и осмотрелся. Обстановка была довольно спартанской, если не считать нескольких картин на стенах с изображениями цветов. В углу шкаф – судя по конструкции для бумажной документации. В другом углу – электронная база для регистрации туристов. Один лишь стол инспектора был заставлен модными электронным аксессуарами и дорогими устройствами для передачи данных.

– Надеюсь, вы поможете мне в расследовании, – начал Идоро, разглядывая последнюю модель орбитальной рации.

– Конечно, – инспектор развел руками, потом прижал их к груди. – Окажу любую посильную помощь. Чаю может быть, или…

– Позже. Расскажите, что произошло, после этого составим план действий. Кстати, если можно, перешлите мне ваши бланки допроса. У меня всего три дня здесь, сами понимаете…

– Да – да, понимаю. Сразу к делу! – инспектор переложил бумаги на столе – Ну что же… Мик, то есть Микан Росин, прослужил здесь на должности инспектора пятьдесят пять лет. Месяц назад он объявил о выходе на пенсию – собирался улететь на одну из планет. Три дня назад мы поздравили его с окончанием службы, устроили чаепитие, вручили подарок. Все было отлично, он счастлив, готовился к отлету. Вчера вечером пошел в оранжерею, покопаться, как он это сам называл. Там его и нашли через пару часов. Мертвым.

– Кто нашел труп?

– Аланика, наш врач. Точнее, практикующая студент – медик. Она выпускница первого блока экспериментальной программы Шуса. Наша станция поддерживает новые программы. Возможно, вы слышали об этом.

– Э – э, нет. Какие отношения связывали Аланику и Микана?

– Отношения? – искренне удивился Дол. Потом понимающе ухмыльнулся. – Вы имеете в виду… ох. Дело в том, что Аланика, она… экспериментальный курс, я же говорил. Так что, отношения, вряд ли. Но они и не ссорились, точно. Уважительно относились друг к другу.

Идоро не понравилось замешательство Максима. Он мысленно сделал заметку, проверить романтическую версию.

– Возможные мотивы?

– У Аланики? – Максим Дол задумался. – Нет, я о таких не знаю.

– Расскажите поподробнее, что Микан был за человек?

– Я прибыл в его распоряжение пять лет назад, поэтому смело могу сказать, что знал его лучше всех. – облегченно вздохнув, затараторил Максим. – Строгий, вспыльчивый, но справедливый. Увлеченный садовод – за последние годы он организовал здесь настоящую оранжерею, и даже вывел несколько новых сортов плодоносной астры. Возможно, вы слышали об этом. Не очень общительный, но со всеми находился в хороших отношениях.

– Ясно, – прервал его Идоро. Судя по тону, Максим ничего плохого про бывшего начальника не скажет. – А вы сами? Как относились к начальнику?

– Я? Прекрасно. Мик всему меня научил, к тому же, мне не зачем было его убивать, я ведь и так занял его должность.

– То есть, вы считаете, что это убийство? – подхватил Идоро. Максим густо покраснел.

– Да. – ответил он наконец. – Считаю. Просто потому, что другого объяснения не нахожу.

– Вы наверняка опросили всех подозреваемых. Какие-то версии?

Максим Дол развел руками, брови у него взлетели домиком.

– Сам не понимаю, что случилось. Подозреваемых всего десять человек, включая меня и троих туристов. Но ни у кого нет причин убивать Микана, у большинства алиби. Вот бланки допросов, надеюсь, помогут.

Максим перекинул Идоро несколько электронных записей.

– Благодарю. – Идоро быстро проглядел файлы. – Орудие убийства?

– Увы, мы так и не нашли орудия. – поймав удивленный взгляд следователя, Максим добавил: – Пока.

Идоро встал.

– А где вы сами находились в момент убийства?

– Меня весь день не было на станции – я вылетал, чтобы встретить туристов на пересадочном пункте. Правда, всех их пришлось потом отправить назад, даже не разрешив посадку.

Максим с сожалением покачал головой.

– Спасибо за помощь. – кивнул Идоро, что – то отмечая у себя в блокноте. – Могу я поговорить с медиком? Заодно и осмотрю труп. А после этого хотелось бы опросить всех сотрудников станции и туристов.

– Да – да, все ждут в конференц – зале. А Аланику вы найдете в медблоке.

Максим открыл дверь, и они вышли из кабинета в узкий темный коридор. Тут же замигали детекторы движения, и коридор подсветился оранжевыми огнями.

– Какой странный свет, – удивился Идоро.

– Вы думаете? – оживился Максим. – Я тоже считаю его неестественным. Это был выбор Микана. Да, нужно будет многое менять.

Аланика Модус

Пройдя до конца коридора, они свернули налево – к спиральному траволатору, змейкой уползающему вниз.

– Медблок у нас на первом этаже, – объяснил Максим. Он дождался, когда Идоро ступит на мягкую поверхность, и включил кнопку ускорения. Траволатор загудел. Спустя минуту, с легким головокружением, Идоро сошел на цементный пол самого нижнего уровня.

– С непривычки тяжеловато, – понимающе подмигнул Максим. – Сейчас покачает еще немного. Но здесь рядом, видите тот подсвеченный прямоугольник?

Нижний уровень тоже начинался с узкого коридора – правда, здесь освещение было холодным белым. Метрах в десяти впереди поблескивала металлическая дверь. Сфокусировавшись на ней, Идоро шагнул вперед. Проклятый траволатор сбил прицелы, так что идти пришлось, придерживаясь за стены. Но он дошел, чем вызвал бурный восторг инспектора.

– Крепкий вы человек, Идоро Иллеш. – воскликнул он, услужливо открывая дверь. Следователь тряхнул головой, стараясь прийти в норму.

– Здравствуйте, – услышал он чей – то тихий голос. А за ним легкий шепот.

Идоро поднял глаза.

Сначала ему показалось, что в глазах двоится, и он усиленно потряс головой. Перед ним стояла молодая высокая девушка. На ней красовалась яркая оранжевая юбка, и синяя кофточка с тремя рукавами странного покроя.

«Экспериментальный курс» – подумал Идоро, и вдруг вспомнил. Он читал про этот новый институт, куда принимали гениальных детей с физическими мутациями. У кого – то не хватало конечностей, у кого – то их было в избытке. Первый выпуск прошел год назад и оказался очень удачным. Стоявшую перед ним Аланику он тоже вспомнил – лучшая выпускница…

– Аланика Модус, – светловолосая, кареглазая девушка протянула ему одну из трех рук. – А это Пима.

Идоро перевел взгляд на соседнюю голову сиамского близнеца Аланики. Фигура с расширенной грудной клеткой, в середине которой торчала рука, напоминала следователю мощное дерево. Из его развилки тянулись тонкие девичьи шеи, увенчанные головами и кронами светлых волос.

– Здравствуйте, Аланика… и Пима, – Идоро крепко пожал теплую мягкую руку.

– Она не разговаривает, – качнула головой в сторону сестры Аланика. – Но хорошо все запоминает, а потом передает мне.

– Понятно. Тогда вы обе сможете мне помочь, – Идоро улыбнулся в сторону Пимы. Та разглядывала его – словно сканировала – большими голубыми глазами.

– Да, конечно. Вы, наверное, хотите увидеть тело? – спросила Аланика, двигаясь в сторону огромного металлического шкафа, занимавшего в кабинете полстены. Идоро огляделся.

Помимо шкафа, он заметил стол, широкий стул и много застекленных ящиков с пробирками, шприцами и капельницами. Отдельный угол занимали медицинские приборы и оборудование. Там же стояла небольшая кушетка-кресло – видимо, для обследований. Запах в кабинете стоял резкий, дезинфектора медик явно не жалела.