Елена Кутукова – Хозяйка приюта для перевертышей и полукровок (страница 18)

Она развернулась, шумно выдохнула и, сотрясая пол тяжёлыми шагами, скрылась в коридоре, оставив после себя запах печёного хлеба вперемешку с чем-то подгоревшим. Я предпочла не задерживаться в её обществе дольше необходимого — в этом доме и без того хватало испытаний для новичка.

 В следующей комнате на стене висело расписание — точнее, расписание приёмов пищи. Оно выглядело удивительно лаконичным: завтрак, обед и ужин. Всё. Никаких тебе вторых завтраков, полдников, перекусов на ходу и уж тем более ночных походов к холодильнику. Неудивительно, что дети здесь вечно голодные: при таком режиме даже взрослый бы проголодался, не то что растущий ребёнок.

В нашем мире, вспоминалось мне, в детском саду или лагере детей кормили куда чаще — и всё равно они умудрялись просить добавки. Да что там, мы сами с коллегами иногда удивлялись, сколько еды может исчезнуть в бездонных желудках подростков. Порой я ловила себя на мысли: где же это всё в них помещается? И ведь это — безо всякой магии.Интересно, а у оборотней и полукровок аппетит сильнее, чем у обычных детей?!

Я взглянула на часы: до ужина оставалось ещё три часа — времени предостаточно, чтобы освоиться и заодно разведать, где находится столовая. Я отправилась по коридору, стараясь запоминать каждую мелочь: крючки для верхней одежды, старинные резные рамы с детскими рисунками, запах древесины и сушёных трав. Дом казался живым, наблюдающим за каждым шагом нового жильца. Вдруг за поворотом я столкнулась с девушкой. Она была невысокой, с тёмными вьющимися волосами и отчётливо острыми, почти хищными чертами лица. Я невольно задержала дыхание: в её взгляде было что-то волчье, диковатое, но не враждебное.

— Здравствуйте, — выдохнула я, одновременно надеясь и опасаясь, что эта встреча будет такой же «тёплой», как и предыдущая.

— Здравствуйте, — ответила девушка приветливо и тепло. Однако взгляд был внимательный, скользнул по мне с головы до ног, а в осанке чувствовалась настороженность. — Вы, наверное, гостья госпожи Раданы?

— Не совсем, — ответила я, пытаясь говорить увереннее, чем чувствовала себя на самом деле. — Я теперь здесь работаю.

— Воспитатель? — в её голосе промелькнула надежда, которую она не пыталась скрыть.

— Нет, просто помощница. Меня зовут Джорджиана Рауз.

— А я Кияра, — представилась она. — Присматриваю за старшими детьми… ну, по крайней мере, стараюсь, — добавила она с иронией, чуть пожав плечами. — Не думала, что госпожа Радана найдет себе помощницу.

Я усмехнулась, почувствовав, как напряжение немного уходит:

— Не только вы удивлены. Одна из ваших сотрудниц тоже была, скажем так, не в восторге от этой новости.

— Пусть угадаю… Брунгильда? Кухарка? — Кияра склонила голову, в глазах зажглись озорные огоньки.

Я кивнула.

— Она не самый приятный человек, хотя готовит превосходно и работает за троих. К тому же устраивалась сюда только ради того, чтобы пристроить свою родственницу. Правда, Радана ей ничего не обещала.

— Она уже поведала мне об этом, — вздохнула я.

— Она не слишком любит здешних детей, особенно тех, кто… отличается, — тихо добавила Кияра.

— Я это тоже заметила.

— Брунгильда считает, будто мы здесь зря занимаем место. Верит, что сиротам, особенно необычным, не место в приличном обществе.

Я пригляделась к девушке внимательнее. Она чуть опустила взгляд, неуверенно улыбнулась:

— Я… была первой воспитанницей Раданы. Она разрешила мне остаться, чтобы я могла помогать с остальными. За это я ей очень благодарна. Даже не знаю, куда бы мог податься оборотень.

Я чуть не задохнулась от неожиданности — так просто, без обиняков она это произнесла. Наверное, в этом доме нет смысла делать вид, будто всё обыденно.Мне захотелось расспросить подробнее, но, наверное, сразу это делать невежливо. Надо будет попросить у Раданы какие-нибудь книги — я ведь почти ничего не знаю. Боги, ещё никогда я не чувствовала себя настолько неподготовленной к началу работы.

— Здесь гораздо безопаснее, — добавила Кияра. Её голос стал тише и грустнее, но она быстро взяла себя в руки. — Но ты не переживай, при Радане Брунгильда ведёт себя куда сдержаннее, чем может показаться. Ведьма не терпит грубости, особенно к детям.

— Разве Радана не замечает, какая она на самом деле? — спросила я, всё ещё удивляясь терпимости хозяйки к столь нелёгким людям.

— Замечает, — Кияра грустно вздохнула. — Но желающих работать в приюте крайне мало. Некоторые кандидаты были даже хуже, чем Брунгильда. Надеюсь, со временем найдётся кто-то получше. Хотя вот ей удалось найти помощницу, — она бросила на меня чуть лукавый взгляд. — Может, сын Раданы когда-нибудь поможет.

— У неё есть сын? — удивилась я.

— Да, уже взрослый, женатый. Жена красавица, хоть и без магии, как и он сам. Обычно ведьмы стараются женить сыновей на магичках, чтобы способности передавались по наследству, но Радана считает, что главное — любовь.

В голосе Кияры зазвучала настоящая теплота.

— Они оба очень добрые — просто занятые. Живут в другом городе, Радана не зовёт их сюда: говорит, что приют — её дело, а у них своя жизнь. Недавно даже хвасталась, что скоро станет бабушкой.

Я улыбнулась, почувствовав, как лёд недоверия между нами начал таять. Впервые за время пребывания в этом доме я ощутила, что могу стать здесь своей, если не побоюсь быть собой. Наверное, впервые за все время, проведенное в этом мире.

— Ой, что-то я заболталась, — вдруг спохватилась Кияра, — мне нужно найти наших ребят. Как только ведьма выходит из дома, так обязательно что-нибудь случается… — Она на миг замялась, а потом спросила: — Поможешь мне их поискать? Пожалуйста.

— Конечно, — согласилась я, радуясь возможности отвлечься от тревожных мыслей.

— Только не пугайся, если увидишь что-то странное, — предупредила она с лукавым блеском в глазах. — Наши подростки ещё те шутники.

Глава 14

Я последовала за Киярой, стараясь не отставать. Дом, казалось, с каждым шагом становился всё больше и запутаннее: коридоры петляли, двери вели в совершенно неожиданные помещения, а воздух был наполнен смесью запахов — лаванды, старого дерева и чего-то неуловимо пряного.

— Загляни в прачечную. Ну, или в то, что когда-то ею было, — бросила Кияра через плечо с кривой усмешкой. — Увы, здесь некому этим заниматься. Взрослых слишком мало для такого большого дома, чтобы тратить силы на уборку и стирку. Радана почти всё время занята: работает, чтобы прокормить всю эту ораву.Она махнула рукой, будто отгоняя усталость, и исчезла в соседнем коридоре.

Я приоткрыла дверь в прачечную и сразу поняла, почему Кияра так выразилась. Комната больше походила на склад: вдоль стен громоздились кучи белья, кое-где стояли корзины с грязной одеждой, а в углу высилась гора простыней, явно уже не первой свежести. Тут же валялись старые тазики, поломанная гладильная доска и даже какое-то странное приспособление, напоминающее одновременно и веретено, и мясорубку.

Я задумалась: как тут вообще принято стирать вещи? Есть в этом мире стиральные машины, или всё по старинке — руками в ледяной воде? Мачеха Джорджианны всегда заставляла её убираться, но к стирке почему-то не подпускала. То ли боялась, что Джорджианна испортит дорогие ткани, то ли не хотела, чтобы девочка умела что-то лишнее.Меня всегда раздражала эта нарочитая беспомощность и неподготовленность к самостоятельной жизни.Я усмехнулась: теперь, похоже, придётся учиться всему на практике. Впрочем, можно будет спросить у Раданы — она знает, что я попаданка, и наверняка не станет смеяться над моими вопросами.

Ни одного ребёнка в прачечной не оказалось. Я тихонько прикрыла за собой дверь и вернулась к Кияре.

— Библиотеку я уже проверила, — сказала она, мельком взглянув на меня. — Но загляни вон туда, — она указала на очередную массивную дверь. — Это комната для занятий. Там обычно старшие делают уроки… ну, или делают вид, что делают.

Я вошла в просторную, слегка запущенную комнату. На длинных столах валялись раскрытые тетради, карандаши, клочки исписанной бумаги. В углу стояла классная доска, испещрённая не только цифрами и буквами, но и карикатурами, сердечками и магическими символами.Ни одного ребёнка.

Столовая встретила нас пустотой и тишиной. На длинном столе стояла пара немытой посуды, а в воздухе витал слабый аромат вчерашнего супа.— Похоже, сегодня все решили устроить нам квест, — вздохнула Кияра.

Мы поднялись по старой скрипучей лестнице на второй этаж. Я с любопытством разглядывала фотографии на стенах, потрёпанные ковры и висящие здесь и там связки сушёных трав.

— Здесь спальни, — Кияра открыла первую попавшуюся дверь, и я тут же оказалась в эпицентре хаоса.На полу валялись носки, свёрнутые комки одежды, между кроватями были разбросаны книги, обёртки, какие-то игрушки.

— Это комната мальчиков, — с лёгкой усталостью в голосе пояснила Кияра. — Девочки чуть аккуратнее, но не намного.Она пожала плечами:— Заставить их убраться — задача почти невыполнимая, а если и удаётся, то порядка хватает буквально до следующего утра.

Я с трудом сдержала улыбку. Хоть, по словам Раданы, здесь жили полукровки и оборотни, в этом они не отличались от обычных детей.

— Пойдём на улицу, — предложила Кияра. — Может, они там.

Мы вышли во двор, где воздух был наполнен запахом земли, травы и свежести. За домом раскинулся небольшой огород — на тёмных грядках уже пробивались первые зелёные ростки.