Елена Комарова – Шкатулка с секретом (страница 9)
Неторопливыми движениями пожилой маг набил трубку, чиркнул спичкой и уже через несколько мгновений с удовольствием выдохнул кольцо дыма. Ветерок шевелил занавесками, не принося, увы, облегчения. Можно было, конечно, затворить все окна и двери и активировать прохладитель, но сидеть в клубах дыма не хотелось, а колдовать было лень. Уж лучше у открытого окна с видом на проспект…
Днем он побывал на месте гибели младшего племянника. Прохожие не обращали внимания на праздно прогуливающегося пожилого господина, а если бы и обратили — мало что запомнили бы, уж что-что, а чары отвода глаз Джарвис всегда творил первоклассные. Хотя пожарные, а потом и полиция основательно все подтоптали, Карл Джарвис, один из сильнейших магов Ольтена и один из некоронованных королей ранконской улицы Симона, сумел заметить особые следы.
Он еще раз прочитал адрес на записке и, скомкав листок в кулаке, бросил его в пепельницу. Щелчок пальцами — останки весело охватило пламя.
Жара к вечеру обещала немного смягчиться, самое подходящее время для прогулки.
В коридоре Карл встретил Ференца, посочувствовал его измученному виду и выразил надежду, что горячую воду в номере уже дали. В противном случае это было бы слишком жестоко даже для городских властей Аркадии.
…За тридцать лет, что Джарвис не виделся с Аркадией, город и изменился, и остался таким же. Выросли новые кварталы там, где когда-то простирались голые земли. Небольшие скверы превратились в огромные острова зелени, а дуб в центре главного городского парка вполне мог претендовать на звание одной из городских достопримечательностей. Джарвис вздохнул. Где сейчас ступает пожилой господин, постукивая тросточкой, тридцать лет назад гулял он же, молодой и полный сил. Что случилось с его бывшими дружками и коллегами? Кто-то отошел от дел и по вечерам играет в преферанс с соседями, кто-то на кладбище…
Он остановился у входа в ресторан «Золотая марка». Когда-то он любил приходить сюда после успешных «дел» и просиживать вечера и ночи. Оркестр играл его любимые песни, вино и коньяк лились рекой, а красавицы не сводили с него глаз. Удивительно, что за прошедшие годы ресторан не только не закрыли, он еще и процветает!
— Господин Карл Джарвис? — материализовался из воздуха метрдотель. — Вас ожидают. Девятый столик.
Девятый столик располагался очень удобно, в тени, но имел прекрасный обзор. Сидевший там человек отставил чашку с кофе, поднял глаза, и в лицо Карлу взглянуло Время.
…Среди уличных мальчишек он всегда выделялся. Не только в драках — мало кого в Приморье можно удивить ловкостью да злостью. Но было в нем нечто, заставляющее поверить, что этого парня ждет интересное будущее. И еще говорили: «Будет смерть девкам, если раньше не прирежут».
Как же странно видеть черты бывшего мальчишки на лице взрослого мужчины.
— Здравствуй, Пауль, — сказал Карл. — Спасибо, что согласился встретиться.
— Здравствуй, Карл, — склонил голову господин Герент. — Я был рад получить от тебя весточку. Присаживайся.
— Ты изменился, — задумчиво сказал Джарвис, устраиваясь напротив.
— За тридцать лет такое случается, — собеседник позволил себе легкую улыбку. — Ты меня удивил, обратившись. Мало кто сейчас соблюдает правила.
— Молодежь, что с нее взять! — фыркнул маг. — Я здесь по делу. Личному. Семейному. И меньше всего на свете мне хочется, чтобы кто-то меня вдруг неправильно понял.
Герент покачал головой.
— А вот ты не изменился, Джарвис. Поседел только, зато самоуверенности не занимать. Всё как раньше.
— Как думаешь, — подался вперед ольтенец, — есть ли у меня основания для этого?
Пауль не принял вызова.
— Я навел справки о тебе, как, думаю, и ты — на мой счет. Ты теперь намного сильнее. Среди магов из моей охраны никто не сумеет бросить тебе вызов.
Карл кивнул.
— Я потерял племянника, — сказал он. — Пожар на Таможенной. Он был молод, талантлив и очень любил жизнь. Несчастный случай не был тому виной. Я хочу знать, что с ним произошло.
— Мне очень жаль, что так случилось, — ответил Пауль. — Молодой Карл Джарвис работал на меня. Не постоянно, просто выполнял некоторые поручения. Честная сделка: мне были нужны его знания и умения, я был готов за них заплатить. Я не просил его ломать охранные заклинания — этот твой дар он не унаследовал. Скорее, это была авантюра в духе романов Готье.
— Авантюра, — грустно повторил маг. — Да, это было на него похоже.
— Он почти выполнил задание. Но его перехватили до того, как мы встретились. Человека, виновного в гибели твоего племянника, ищут. Когда найдут — я дам тебе знать.
— Буду признателен. Ну что же, рад был повидаться с тобой.
Джарвис встал, было, из-за стола, но вечеру не суждено было закончиться так быстро.
— Всем стоять! Ни с места!
Собравшаяся в ресторане публика ошеломленно наблюдала за ворвавшимися в зал бандитами. Метрдотель застыл каменным истуканом, господин за соседним столиком сунул руку под пиджак, но, повинуясь короткому жесту Герента, угрюмо откинулся на спинку стула.
— Это уже хамство, — процедил Пауль, не сводя глаз с налетчиков. Главарь направился прямо в их сторону.
— Ты гляди, не ждали, не гадали, пришли гусей ощипать, а тут такая птица заглянула.
— Вы с Леманном с ума сошли, — с брезгливой гримасой произнес Герент.
Бандит ухмыльнулся и сунул руку в карман.
То, что случилось потом, удалось рассмотреть лишь Карлу, и только благодаря тому, что он успел поколдовать. Вот налетчик достает револьвер — и одновременно раздается выстрел. Бандит падает навзничь, в центре его лба красуется дырочка, из опрокинутой чашки вытекает недопитый кофе, а господин Герент, лучший стрелок Аркадии, а может, и всей Вендоры, убирает собственный револьвер.
Еще кто-то выстрелил, не особо целясь, кто-то бросился наперерез, и маг ясно увидел, что может начаться бойня, в которой шальные пули не разбирают правых и виноватых.
Он взмахнул левой рукой, и с кончиков его пальцев сорвался сонм прозрачных нитей. Прежде, чем люди с оружием сумели что-то сообразить, нити окутали их паутинными коконами и обездвижили.
— Леманн очень долго уговаривал убрать его, — зло бросил Пауль, подавая знак своим людям. — Будем считать, что уговорил. Этого берем с собой, а этих оставьте в подарок полиции, — приказал он, небрежно указывая на кого-то пальцем. — Им тоже нужно время от времени выглядеть героически. — Потом он перевел взгляд на Карла. — Полезная штука, магия.
— Полезная, — согласился маг. — Правда, я всегда был за универсализм.
— Это встречается редко. — Он умолк на миг, затем продолжил. — Я не виноват в смерти твоего племянника, Карл. И ничего не имею против тебя или твоих родственников. Но сделка остается в силе. Я по-прежнему готов заплатить за нужную мне вещь.
— Не понимаю, о чем ты говоришь, — пожал плечами Джарвис.
— Просто запомни.
Карл еще раз осмотрел зал. С момента, как туда ворвались грабители, прошло едва ли пара минут. Прав был бывший начальник полиции: эту бы организованность, да в мирных целях.
И все же, чем больше все меняется, тем больше остается по-прежнему. Даже если мальчишка, который в пятнадцать лет резал кошельки на улицах, нынче возглавляет крупнейшую городскую банду…
Кажется, это он произнес вслух, потому что Пауль посмотрел на него почти сочувственно и сказал:
— Карл, если бы в пятнадцать я еще резал кошельки — сейчас меня бы здесь не было.
Глава 4
Полночи Андрэ просидел с кружкой кофе над заметками по «делу Джарвиса», так толком ничего не придумал и улегся спать с твердым намерением проснуться не позднее восьми.
Твердые намерения от лукавого, учит церковь, и бог всячески карает грешников. Он проспал.
В десять он ворвался в «Магнат», едва не сбив с ног какую-то пару, перевел дыхание и узнал от портье, что господин Малло с сестрой только что имели счастье избежать встречи с ним. Андрэ составил в уме фразу из сплошь непечатных слов и щелчком подбросил монету в двадцать грошей, которую портье ловко поймал и не менее ловко спрятал.
Сквозь стеклянные двери он успел рассмотреть, как, очевидно, тот самый брат сажает сестру в экипаж, сам садится в другой, и они, помахав друг другу на прощание, направляются в разные стороны. Андрэ сунул два пальца в рот и свистнул самым разбойничьим образом. Тут же возле него словно из ниоткуда появилась коляска с лихого вида бородатым возницей. «За ними!» — скомандовал репортер, указывая на экипаж госпожи Малло.
Движение на городских улицах всегда отличалось оживлением, извозчики и пешеходы равно презирали друг друга и правила дорожного движения, повсеместно возникали заторы, и еженедельно в «Вестях Аркадии» печатали списки пострадавших под общим заголовком «Попали под лошадь».
Экипаж впереди сделал резкий поворот, бородатый возница щелкнул кнутом, и Андрэ вжало в спинку сидения.
Все завершилось в Кривошеем переулке. Госпожа Малло достала из ридикюля бумажку и озабоченно огляделась по сторонам, то ли приходя в себя после поездки (ей достался не менее лихой возница), то ли ища что-то. Андрэ углядел в этом перст судьбы — молодая женщина в этом районе оказалась не случайно.
— Вам помочь, сударыня? — спросил он, приблизившись.
— Благодарю, не стоит, — холодно ответила госпожа Малло, едва одарив его взглядом.