Елена Комарова – Шкатулка с секретом (страница 59)
— Держите его наготове.
Андрэ зловеще усмехнулся и встал у входной двери, так, чтобы гость, войдя в дом, его не заметил. Карел пошевелил пальцами, что-то бурча себе под нос, поднял глаза на репортера. Тот жестом велел ему встать с другой стороны.
— Когда он зайдет — сразу же колдуйте.
Дверь скрипнула, и в дом вошел худощавый черноволосый и черноглазый парень лет двадцати на вид.
— Ни с места!
При виде наставленного на него дула гость очень удивился и рванулся, было, к двери в горницу, но Карел опутал его ловчей нитью и свалил на пол.
— Доброе утро, господин Долини, — широко улыбнулся репортер неудавшемуся террористу.
— Что, тот самый знаменитый Долини? — произнес Карел, стоя над поверженным преступником. — А что он натворил, кстати?
— О боже, Карел, вы что, газет не читаете? — удивился репортер.
— Хм… — тот смутился. — Читаю. «Городские ведомости», в основном. Ну и «Вестник Императорской Академии Наук».
— Понятно. Мой вам совет, читайте «День», мы эту историю всесторонне освещали. Я даже интервью у него брал, правда, в печать оно не пошло. Этот недостойный господин надумал взорвать Ратушу. У вас веревка есть? Надо бы его связать, пока ваше заклинание не ослабело.
— Не настолько я профан в магии, — обиженно пробурчал Карел, но после секундной заминки вытянул ремень. Ремнем связали ноги, а для рук Бенар пожертвовал свои подтяжки и, после недолгой внутренней борьбы, еще и носовой платок для кляпа.
— Зачем взрывать? — спросил Карел, когда они, закончив с «упаковкой» своего пленника, отошли к столу и присели на табуреты. Долини лежал на полу, слабо извиваясь и прожигая их ненавидящими взглядами.
— Как символ тирании, — пояснил Андрэ. — Учеба в столице, модные идеи, отсутствие жизненного опыта и навыков мышления. Закономерный итог.
Карел еще раз посмотрел на террориста. Совсем еще мальчишка. В его возрасте… в его возрасте он сам бросил учебу в Ипсвике и уехал в Вендору. А сын хана Менгу даже не дожил до этого возраста, успев, однако, записать на свой счет не одну тысячу покойников.
— Жаль тетушку Агату.
— Мне тоже, — кивнул Андрэ. — Куда его? Может, в погреб?
Карел стоял неподвижно, похоже, обдумывая какие-то свои мысли, пришлось его окликнуть, чтобы привлечь внимание.
— В погреб? — повторил свой вопрос репортер.
— Да, наверное, — младший Малло вынырнул из раздумий. Он присел на корточки рядом с Долини и несколько раз провел ладонями над его лицом. Глаза пленника закрылись, лицо смягчилось, голова с тихим стуком откинулась на пол.
— Пускай поспит до нашего возвращения. Вернемся из Майердола — я его расколдую, — пояснил Карел. — Кстати, господин Бенар, насколько серьезны ваши намерения в отношении моей сестры?
— Серьезнее не бывает.
— Имейте в виду, если вы её обидите, я вас убью.
— Ни секунды в этом не сомневался, — заверил его Андрэ, взваливая на плечо бесчувственного Долини.
В погреб можно было попасть через люк в полу кухни, где как раз хозяйничала госпожа Агата, или же через второй вход с другой стороны дома. Его они и выбрали. Андрэ вынес тело, а Карел нашел кристалл и осветил лестницу. Внизу было темно, прохладно, и пахло сыростью. Репортер сгрузил ношу посреди помещения, а его товарищ отодвинул деревянные ящики с репой и морковью и добрался до мешков с картошкой. Вдвоём они запихнули Долини в мешок, уложили у стены и для верности заставили ящиками.
…Первым, что увидели Андрэ и Карел, вернувшись в горницу, была приветливая улыбка Юлии Малло. Молодая женщина успела принять ванну и переодеться, еще влажные после купания волосы были перехвачены светлой лентой, и выглядела она просто очаровательно. Лишь взгляд карих глаз давал понять, что сейчас кое-кому будут задавать вопросы, и лучше, чтоб ответы были правильными. Юлия погладила устроившуюся на коленях кошку.
— Я надеюсь, у вас была очень веская причина меня запереть, — сказала она. Карел сглотнул и посторонился, оставляя на прямой линии огня лишь репортера. И они заговорили одновременно:
— Мы не хотели…
— Мы хотели…
— О, ясно, — улыбнулась женщина. — Я не должна была мешать вашим делам. А кто был тот бедолага, которого вы тайком утащили из дома, позвольте узнать?
— Это Долини, — пояснил Андрэ. Юлия нахмурилась, припоминая.
— Ах, это про него вы мне рассказывали? — уточнила она.
— Именно, — кивнул тот. — Юлия, прошу вас…
— Помочь спрятать труп?
— Он жив и здоров, — Андрэ присел за стол. — Хотя, видит бог, мне очень хотелось бы намять ему бока, но я не привык бить лежачих противников. Сомневаюсь, что госпожа Агата знает, чем знаменит в Аркадии её племянник. Не хочется её расстраивать, но тюрьма уже заждалась этого молодого человека.
Юлия еще раз погладила пушистую шерстку кошки и с легким печальным вздохом взглянула в глаза обоим молодым людям.
— Понимаю, — сказала она. — Вы опасались, что я могу пострадать…случайно. На этот раз я приму ваши извинения, но только, подчеркиваю, на этот раз!
Карел поцеловал сестру в щеку, уселся за стол и потянулся к блюду с пирожками.
Хозяйка собрала им в дорогу полную корзину еды, справедливо сочтя, что любое дело спорится после трапезы. От души поблагодарив тетушку Агату и промолчав на сей раз о Долини, хотя понимание неизбежности разговора заметно отравляло настроение, они покинули дом. Юлия задержалась и нагнала Карела с Андрэ уже у самых ворот, где ожидали лошади.
— Едем? — это прозвучало скорее утвердительно, чем вопросительно.
— Юлия, это неразумно, — вздохнул брат. — Лучше тебе оставаться здесь. В Майердоле может быть опасно.
— Милый Карел, об опасностях этого поместья мне известно лучше тебя, — отрезала женщина. — Но я не намерена пропускать финальный аккорд.
— Нет, — младший Малло решительно скрестил руки на груди.
— Выпорю, — вкрадчивым тоном пообещала Юлия по-ольтенски.
— Ты не осмелишься при господине Бенаре, — напомнил брат, также переходя на родной язык.
— Да, ты прав, — со вздохом кивнула Юлия, оборачиваясь к репортеру. — Андрэ, оставьте нас с братом наедине, пожалуйста.
— Не вздумайте! — завопил Карел.
Бенар только махнул рукой — спорили брат и сестра не в первый раз и, невзирая на предыдущий счет в их поединках, этот раунд явно должен оставался за Юлией. Через полминуты Карел торжественно признал полную и безоговорочную капитуляцию.
— Тогда переоденься, — велел он.
— Не вижу резона, — пожала плечами Юлия. — Вчера я прекрасно обошлась. Если ты переживаешь из-за болот, заверяю, что туда не стремлюсь. Посмотрю со стороны.
Юлия устроилась в седле и расправила складки юбки, Андрэ тоже вскочил на свою лошадь, Карел, пристроив корзину с провизией у задней луки седла, присоединился к сестре и репортеру. Три всадника направились в сторону Майердола.
Глава 9
— Возвращайтесь в город. Доложитесь Тобиасу Штайну и ждите его дальнейших распоряжений. Это все.
— Господин Герент…
— Выполнять.
Четверо: трое бойцов и один маг. Все люди надежные, проверенные и не попавшие под зловещее влияние Майердола. Им нет смысла оставаться у поместья и рисковать без нужды. Они еще смогут быть полезны в будущем, если удастся пережить этот день.
Прислонившись спиной к стволу дерева, Пауль вдохнул слегка дрожащий степной воздух. Дерево отбрасывало тень, защищавшую от солнечных лучей, но все равно было жарко. Одуряюще пахли цветы, в голубом небе почти недвижно застыла хищная птица, высматривая добычу своим невообразимо острым зрением. Почти пикник на лоне природы, особенно если отвернуться от поместья и постараться не обращать внимания на жужжание и щелканье магических приборов, из которых Джарвис уже соорудил причудливую конструкцию непонятного назначения.
Странно: голова не болит, дрожи в конечностях нет, свет в глазах не меркнет — но на самой дальней грани между сознанием и инстинктами копошится крошечный червячок, от движений которого чуть меняется ритм сердца. Пауль Герент прошел долгий путь, и смерть сопровождала его с самой ранней юности, то наблюдая издали, то неторопливо следуя по пятам, то с приветливой улыбкой дожидаясь, пока он сам с ней не поравняется. Бояться её он разучился давным-давно, но и повода торопиться в завлекающие объятия не видел. Умирать не хотелось. И он пока еще не мертв.
Расседланный жеребец пасся неподалеку, рядом со сбруей на земле лежала дорожная сумка. Пауль подтянул её к себе, открыл и не сдержал усмешки: сразу видна рука Дженкинса, собиравшего хозяина в дорогу — все самое необходимое, разложенное в идеальном порядке. Нужную вещь он нашел сразу же, кожаный футляр лежал в боковом отделении.
Щелкнув металлическими застежками, Герент извлек небольшое переговорное зеркало, пробежал пальцами по краю, назначая нужный код. Сейчас магический сигнал понесется через мили, достигнет одного дома в Аркадии…и еще через несколько минут адресат, привлеченный настойчивым звоном, коснется магоприёмника…
Все случилось намного быстрее — словно бы Штайн уже давно занял место в ожидании этого вызова. Хотя, почему «словно бы»? Скорее всего.
— Герент! — радостно выдохнул Тобиас. — Слава всевышнему! Ты это и без меня знаешь, но я все же скажу — нет у тебя совести. Уехал в самое гиблое место в окрестностях, и ни слуху, ни духу…Эй, да что это у тебя с лицом?
— Допустил небольшую оплошность, и планы пришлось менять на ходу, — улыбнулся в ответ Пауль. — Но было интересно. Что в Аркадии?