Елена Кочергина – Великие люди о Боге и вере (страница 4)
Евангелие предложило человечеству существовать по‑новому, как не бывало, предложило ему блаженство духа, и – люди приняли этот ответ, захваченные на тысячелетия.
Выше того не выдумать, что уже есть в Евангелии. Сколько раз уже отшатывалось от него человечество и сколько раз обращалось. Несколько раз совершит человечество своё кругообращение… несколько мыслей совершит… оборот мыслей… и возвратится вновь к Евангелию, подтвердив опытом событий истину каждого его слова. Вечное, оно вкоренится глубже и глубже, как дерева, шатаемые ветром, пускают глубже и глубже свои корни.
Если есть что‑нибудь достойное почтения в моих мыслях и стиле, я отдаю честь моим родителям, которые с раннего детства внушили мне любовь к Священным Писаниям. Если мы будем придерживаться принципов, которым учит Библия, наша страна будет в состоянии постоянного благоденствия. Но если мы и наши потомки пренебрежём наставлениями и авторитетом этой книги, то можно смело сказать, что нас постигнет внезапная катастрофа и превратит нашу славу в глубокое бесславие.
В сравнении с Библией все человеческие книги являются малыми планетами, которые свой свет и блеск получают от Солнца.
Библия говорит к сердцу каждого поколения, а мерилом для оценки жизненности и силы народа будет всегда его отношение к Библии.
Священное Писание есть и всегда будет моим постоянным поводырем, и я всегда буду к нему прислушиваться, потому что оно содержит безошибочную истину о вещах самой большой важности. Мне хотелось сказать, что в нём нет тайн, но не могу; я должен признать, что для меня они есть и, боюсь, будут всегда. А когда мне недостаёт очевидности вещей, я нахожу достаточное основание верить тому, что сказал Бог. И как только мне покажут, что мое учение противоречит хоть одному положению Писания, я немедленно откажусь от любой своей теории.
Откровенно, со всей искренностью признаюсь в том, что мне неизвестно ни во Франции, ни где‑либо во всём мире ни одного человека, который мог бы писать и говорить с большим искусством и талантом, чем те рыбаки и мытари, которые написали Евангелие. Я осмеливаюсь утверждать, что никто не в состоянии написать хотя бы подобный евангельскому рассказ, который был бы так прост и в то же время возвышен, так свеж, так трогателен, обладал бы таким могущественным воздействием на душу и не слабеющим на протяжении целых веков влиянием, каким является для нас каждое взятое отдельно, даже незначительное евангельское известие о страданиях и смерти Иисуса Христа.
Простите, друзья мои, чрезмерную мою склонность к сей книге. Признаю мою горячую страсть. Правда, что из самых младенческих лет тайная сила и мания влечёт меня к нравоучительным книгам, и я их больше всех люблю. Они врачуют и веселят моё сердце, а Библию начал читать около тридцати лет от рождения моего. Но сия прекраснейшая для меня книга над всеми моими [другими] полюбовницами верх одержала, утолив мой долговременный голод и жажду хлебом и водой, сладчайшего меда и соты Божьей правды и истины, и чувствую особливую мою к ней природу. Избегал, избегаю и убежал за предводительством Господа моего всех житейских препятствий и плотских любовниц, дабы мог спокойно наслаждаться в пречистых объятьях красивейшей, лучше всех дочерей человеческих, сей Божьей дочери…
Своим содержанием Библия сама свидетельствует о своём Божественном происхождении. Она открывает нам в величии и выполнении плана спасения весь ужас нашей греховности, всю глубину нашего падения… Библия самое ценное сокровище, без которого я был бы в жалком положении. Все прочитанные мною книги не дали мне того утешения, какое дало Слово Божье в Библии:
Пусть мир прогрессирует и развивается, сколько ему угодно, пусть все отрасли человеческого исследования и знания раскрываются до высшей степени, ничто не может заменить Библию, она – основа всякого образования и всякого развития!
Есть Книга, коей каждое слово истолковано, объяснено, проповедано во всех концах земли, применено ко всевозможным обстоятельствам жизни и происшествиям мира; из коей нельзя повторить ни единого выражения, которого не знали бы все наизусть, которое не было бы уже пословицею народов; она не заключает уже для нас ничего неизвестного; но книга сия называется Евангелием, и такова её вечно новая прелесть, что если мы, пресыщенные миром или удручённые унынием, случайно откроем её, то уже не в силах противиться её сладостному увлечению и погружаемся духом в её божественное красноречие.
О сей величественный том!
В нём тайна тайн, и чудо в нём.
Блажен, кого сподобил Бог
Вкусить величье этих строк,
Свою познать с бессмертьем связь,
Страшась, надеясь и молясь –
И горе смертным тем, кто здесь
Впадал в сомненье или спесь.
Библия – не цитатник, не источник религиозного наставления и утешения, не то, что должно ассоциироваться исключительно с церквями и проповедями. Библия – в самом центре, на рыночной площади нашей жизни. Реки жизни текут из этого вечного источника. Только те, кто читает её, только те, кто пьет эту живую воду, обретут силы для долгого пути.
Библия
Кто сердца не питал, кто не был восхищен
Сей Книгой, от небес евреем вдохновенной!
Её божественным огнем воспламенен,
Полночный наш Давид на лире обновленной
Пророческую песнь псалтыри пробуждал, –
И север дивному певцу рукоплескал.
Библия есть вернейшим выражением, когда‑либо высказанным буквами нашего алфавита, вышедшими из души человека, через которое, как бы через Богом открытое окно, все люди могут посмотреть на тишину вечности и распознать в дали проблеск давно забытого дома.
Ни видением, ни неземным экстазом, ни голосом с неба, ни каким‑нибудь чудесным сном был я приведен на путь спасения, а моим просветлением я обязан просто знакомству с книгой. Книгой? Да, и это старая, простая книга, скромная, как природа, и естественная, как она. Такая беспритязательная и обыденная, как солнце, согревающее нас, и хлеб, насыщающий нас. Книга, глядящая на нас так же приветливо, с такою же благословляющею добротою, как старая бабушка, читающая ежедневно эту книгу милыми дрожащими губами с очками на носу. Эта книга называется так же просто – Библия. Справедливо называют её также Священным Писанием. Кто потерял своего Бога, тот снова найдет Его в этой книге, а кто никогда не знал Его, на него повеет из нее дыханием Божественного слова.
Тем великим уважением и благоговением, с каким к ней /Библии –
Существование Библии, как книги, является величайшей пользой для всех людей, когда‑либо испытанной человечеством. Всякая попытка умалить Библию есть преступление против человечества.
Невозможно поработить умственно или социально народ, читающий Библию. Библейские принципы лежат в основе человеческой свободы.
Если во всем том, что я написал, есть какая‑нибудь ценность, то это потому, что в детстве мать моя ежедневно читала мне места Библии и ежедневно требовала заучивать эти места на память.
Господи! что за книга это Священное Писание, какое чудо и какая сила, данные с ней человеку! Точно изваяние мира и человека и характеров человеческих, и названо всё и указано всё на веки веков. И сколько Таин – разрешённых и откровенных! Гибель народу без Слова Божия, ибо жаждет душа его Слова и всякого прекрасного восприятия.
Евангелие – единственный и наиболее совершенный источник нравственности, дающий живой образ совершенства в лице Христа‑Спасителя. Изучение Священной Истории – Библии – является важным предметом в системе воспитания и благодетельно действует на умственное и нравственное развитие детей. Евангелие раскрыло в сердце человеческом стремление к истинному совершенству.
Библия – величайший источник откровения, разъясняющего смысл жизни, природу Бога, духовную сущность человека и его искания. Нет другого жизненного ориентира, который действительно вёл бы человеческий дух по пути мира и спасения.
Евангелие есть книга веры, свободы и совести, а не книга законов и правил. Евангелие надо читать и разуметь живым духом, глубиною своей собственной веры, своей свободы и своей совести, – а не формальным рассудком. Евангелие не есть книга, связующая человека правилами, но живой поток любви и видения, вливающийся в душу и пробуждающий в ней глубочайшие истоки личной духовности; этот поток проникает в нас и освобождает нас к самостоятельному видению, решению и творчеству. Евангелие (буквально: благовестие) состоялось и начерталось не для того, чтобы превратить человека в запуганного раба, ожидающего приказаний и не смеющего творить самостоятельно: такой раб не нужен ни Богу, ни людям; и не ему создать христианскую культуру. Но для того, чтобы дать человеку свободу в Духе…