Елена Кочергина – Великие люди о Боге и вере (страница 3)
Не думаю, что культура Европы смогла бы выжить, если бы христианская вера полностью выродилась. Я убеждён в этом не только потому что христианин, но и потому что изучал социальную биологию. Если христианство будет жить, то будет жить и вся наша культура.
Я надеюсь, что в современной Польше христианство не исчерпало себя. Напротив, мне кажется, что в этом будущее человечества, потому что только благодаря христианству мы пережили и переживаем подъём цивилизации и культуры. Технические и научные достижения современного человечества – это ведь тоже во многом продукт христианской цивилизации. Такое освобождение человека, которое даёт христианство, где человек является Божьим сыном, даёт смелость и много свежих инноваций. Это даёт смелость индивидуальному мышлению. Именно поэтому я верю, что в христианстве заключается будущее.
Христианство – религия историков. Другие религиозные системы основывали свои верования и ритуалы на мифологии, почти не подвластной человеческому времени. У христиан священными книгами являются книги исторические, а их литургии отмечают – наряду с эпизодами земной жизни Бога – события из истории Церкви и святых.
Человек и человеческое, человеческая идея и человеческий образ имеют два истока в древнем мире, вечных истока – исток библейский и исток греческий. Там вырабатывался человек и возникал из первобытного хаоса. Человек имеет прежде всего иудейско‑эллинские истоки. Но окончательно раскрывается человек и духовно становится на ноги, освобождается от власти низших природных стихий лишь в христианстве, лишь через Христа и христианское откровение. В личности Христа‑Богочеловека человек окончательно стал существовать. И основная идея христианства о человеке есть идея реалистическая, а не символическая…
Там, где оборвано предание Христовой Церкви, человечество быстро скатывается к животному состоянию ‹…› Вместо веры, надежды, любви современный человек поставил превыше всего «независимость», формальный принцип «свободы», забыв о том, что содержательная и действительная свобода даётся только там, где есть дары Духа Святаго.
Свидетельством Его /Иисуса Христа –
Христианству было суждено явить миру идеального героя, который на протяжении восемнадцати веков освещал сердца людей, наполняя их вдохновенной любовью; который сумел повлиять на все без исключения эпохи, народы, темпераменты и обстоятельства, который не только являл собой высочайший образец добродетели, но был сильнейшим стимулом к следованию ей… Простое описание трёх коротких лет его активной жизни сделало больше для возрождения и смягчения человечества, чем изыскания философов и заклинания моралистов, вместе взятые.
Евангелие даёт человеку утешение, в каком бы положении и в каких бы условиях он не находился. Христос притягивает к Себе всё человечество… Без учения Христа у человека будут пороки и бедствия, заблуждения, мрак, отчаяния, смерть. Исполняя учение Христа, люди могут освобождаться от этого. Во Христе – вся наша добродетель и блаженство. Без учения Христа люди заели бы друг друга, мир сделался бы адом и развратился бы.
Я знаю людей, и я могу сказать вам, что Иисус Христос – это не просто человек. Его нельзя сравнить ни с кем из живших на земле. Александр Македонский, Цезарь и Карл Великий, как и я, основали империи. Но на чём держались все наши подвиги? На силе. Иисус Христос основал Свою империю на любви, и в любую минуту миллионы людей готовы умереть ради Него.
Надо быть верным безсмертию, этому другому имени жизни, надо быть верным Христу! Сегодня человек живёт не в природе, а в истории, и в нынешнем понимании она основана Христом, Евангелие есть её обоснование… Века и поколения только после Христа вздохнули свободно. Только после Него началась жизнь в потомстве, и человек умирает не на улице под забором, а у себя в истории, в разгар работ, посвящённых преодолению смерти.
Он /Иисус Христос –
В то время как языческий мир созерцал свое духовное крушение в лице мнимого человекобога – кесаря, бессильно корчившего божество, отдельные философские умы и верующие души ждали воплощения божественного Слова, или явления Мессии, Сына Божия и Царя Правды. Человекобог, хотя бы в лице всемирного владыки, есть только пустой обман, богочеловек мог открыть свою действительность и в образе странствующего раввина.
Историческое существование Христа, так же как и реальность Его характера, сохранённого в Евангелиях, не подлежит серьёзным сомнениям. Выдумать его не было никакой возможности, да и некому, и этот совершенно‑исторический образ есть образ совершенного человека, но человека, не говорящего: я сделался богом, а говорящего: и рождён и послан от Бога, и я до создания мира был одно с Богом. Верить этому свидетельству нас заставляет разум, ибо историческое явление Христа, как богочеловека, неразрывно связано со всем мировым процессом, и с отрицанием этого явления падает смысл и целесообразность мироздания.
Всем, у кого есть исторический глаз, слух, вкус, обоняние, осязание, бесконечно вероятнее, что такое единственное в мире явление, как Христос, было в действительности, чем то, что оно измышлено, сотворено людьми из ничего, и что неизвестные хитрецы‑обманщики или обманутые дураки создали нечто, столь же действительное, но неизмеримо более новое, преобразившее духовный мир человечества сильнее, чем система Коперника.
Культура – это мировая кладовая прошлого всех народов, и того именно прошлого, которое входит в будущее и не забывается. ‹…› Так что культура – это дело связи народов и каждого народа в отдельности с самим собою. Величайшим деятелем связи был Христос.
Главным событием всемирной истории является тот переворот, при посредстве которого благороднейшие расы человечества перешли от древних религий, известных под общим неопределенным названием языческих, к религии, основанной на идее единого Божества, Троичности, воплощения Сына Божия. Для этого обращения потребовалось около тысячелетия. Новая религия употребила только на свою организацию по меньшей мере триста лет. Но исходной точкой переворота, о котором идёт речь, послужило событие, имевшее место в царствование Августа и Тиверия. В эту эпоху жил великий человек, который своей смелой инициативой и той преданностью, какую Он сумел внушить к себе, создал и самый объект, и исходную точку будущей веры человечества.
Иисус Христос – самая выдающаяся личность всех времен. Никто другой из учителей мировых религий – еврейской, христианской, буддийской, мусульманской – не оставался в веках в качестве учителя, чьи слова до сих пор служат путеводной звездой в нашем мире. Другие учителя могут научить восточного человека, западного или араба каким‑то основам, но каждое слово и поступок Иисуса обладает непреходящей ценностью для любого из нас. Он стал Светом Мира. Почему мне, еврею, не гордиться этим?
Великие европейцы о Священном Писании
Когда В. Скотт лежал на смертном одре, то сказал сыну: «Дай мне Книгу!» – «Какую, отец?» – Умирающий приподнялся и сказал: «Дитя моё, есть только одна книга – это Библия!» – то было его последнее слово.
Есть книга, в которой сказано всё, всё решено, после которой ни в чём нет сомнения, книга безсмертная, святая, книга вечной истины, вечной жизни – Евангелие. Весь прогресс человечества, все успехи в науках, в философии заключаются только в большем проникновении в таинственную глубину этой Божественной Книги.
Известно, что всё образование новых европейских народов и их литератур началось и развивалось под сению христианства. Священное Писание, сие живое слово живого Бога, было для них всем: и первой учебной книгой, и первым кодексом законов, и, наконец, первым источником творческого одушевления, первым образцом литературного совершенства.
Иногда всё «слово» данной культуры вмещается в одной книге. Есть культура одной книги. Христианское средневековье исходит из Библии и ею почти исчерпывается. Отсюда огромное значение «Евангелия в истории» именно как книги, как литературного факта.
Недавно я писал текст для выступления на Европейском съезде писателей на тему «О чём пишет Европа». Я сказал, что европейскую цивилизацию построили литературные герои: без Гамлета, Дон‑Кихота, Гулливера её не представить. Считать Евангелие литературным текстом было бы не вполне корректно. Но лучшего литературного текста не существует. В каком‑то смысле Христос был первым литературным героем для Европы, а впоследствии и для мира.