Елена Княжинская – Артефакт желаний, или Свадьбы не будет (страница 18)

Решено: уйду сегодня же. Соберу вещи и отправлюсь куда глаза глядят. Одна беда – идти мне было некуда. На последние деньги можно попытаться снять на несколько дней комнату, смирить гордость и попросить родителей о помощи или обратиться к Лидии. Подруга точно не откажет.

Если до сих пор Семен не нашел меня, значит, и не нуждался в сбежавшей невесте. Возможно, мысли о том, что он станет преследовать меня, не более чем фантазии, подогретые страхами. Если так, то и прятаться нет смысла. Чем быстрее вернусь в Академию, тем больше шансов восстановиться и закончить обучение. Надеюсь, преподаватели пойдут мне навстречу. Нет, так поеду домой.

Я достала сумку, сняла с вешалок и сложила одежду. Перевязала толстой веревкой книги, поскольку упаковать их было не во что. Взяла вещи и, не оглядываясь, вышла из комнаты. Не стоило лишний раз бередить душу. Она и так сжалась от тоски, стоило только подумать, что сюда я больше не вернусь. Еще не переступив порог дома, я уже начала скучать.

Вроде бы стыдиться было нечего, но я шла с оглядкой. Все боялась, что кто-то заметит меня до того, как успею одеться и выйти. Впрочем, уходить молча все равно не собиралась. Хотя нет, лучше уйти, а после написать моему невыносимому магу записку или даже письмо. Объяснить, почему я не смогла остаться.

– А я тебе говорю, бегает она за ним, – услышала голос Дуни. – Да-да!

Я замерла на лестнице. Она находилась под аркой, что позволяло мне остаться незамеченной. Этим я и воспользовалась. Очень любопытно было узнать, с чего вдруг слуги стали перемывать кости хозяину.

– Брось! – ответил Евсей. Не ожидала, что собеседником горничной окажется возница. – На кой она ему сдалась? Нет, ежели даст, то кто же от такого добра откажется?

– Дурак ты! Она барышня утонченная, а не девка гулящая.

– Скажешь тоже, барышня! Сама говоришь, что бегает за хозяином.

– Мне так показалось, – уже не столь уверенно ответила Дуня. – Может, она ему самому нравится, потому и взял в дом. Хотя нехорошо это без брака, без благословения.

– Хозяину жениться не с руки, – перебил ее Евсей, – вот он и подбирает этих “барышень”, обхаживает их, пока своего не добьется.

– Врешь!

– Зачем? – усмехнулся возница. – Анфиску помнишь? Нет, ты аккурат после нее пришла работать. Так вот, та тоже строила из себя недотрогу, а потом пустилась во все тяжкие. Куда только я их с хозяином не возил: и в театры, и за город на прогулки. Девка та не чета Полинке была. Самый сок!

– А после? – спросила Дуня. Голос ее прозвучал так жалостливо, будто она вот-вот расплачется.

– Что после? Натешился и выгнал. Денег, правда, дал с собой на первое время. Но что ей эти копейки?

– Нет, не таков наш хозяин. Он человек благородный, с понятиями.

– Вспомнишь его благородство, когда брюхатой останешься.

Мне сделалось дурно от мерзких слов Евсея и обидно и за себя, и за Константина, и даже за доверчивую Дуню. Нас будто помоями облили. И кто? Человек, который сам служил в этом доме. Еще и вспомнилось, как Евсей не дождался меня у Гостиного ряда, а потом обвинял в нерасторопности, будто нарочно хотел подставить.

Одного не могла понять: зачем Евсей все это придумал. Какую цель преследовал, стараясь оболгать своего работодателя? Чего добивался?

Дуне, видимо, те же мысли пришли в голову.

– Отчего же ты тогда служишь ему? Почему не уйдешь к порядочному человеку?

– Я ж не девка, чтобы подолом мотать туда-сюда. Хозяин платит исправно, а другого мне и не надобно. Тебе добра желаю, потому и говорю: не заглядывайся на него. По себе ровню.

– Не тебя ли? – спросила Дуня и громко рассмеялась.

– Все вы бабы дуры, – ответил Евсей. – Волос длинный, ум короткий.

Зато ты молодец. Так и хотелось сказать ему, да не стала. Также медленно, крадучись, поднялась и вернулась в свою комнату. Переезд подождет. Надо бы разобраться с тем, что здесь происходит. Возможно, Евсеем двигала ревность. Понравилась ему Дуня, а та и не смотрела в его сторону. Другой на его месте попытался бы завоевать девушку, а этот очерняет соперника. Да и было ли это соперничество? Что-то я не заметила, чтобы маг проявлял внимание к горничной. Он ко всем работникам относился одинаково. Меня тоже не выделил, если бы не метка.

Если я ошибалась, и не было у Евсея никаких чувств, то тогда его поведение и вовсе не понятно. Зачем оболгал хозяина?

В том, что в словах возницы не было ни капли правды, я отчего-то была уверена. Должно быть, сказывалось влияние метки, но и прежде, до воздействия артефакта, я уже доверилась Константину и не пожалела, хотя и обижалась на него порой. Как бы плохо я ни знала его, не могла поверить, что он способен на такую подлость. Шутил, порой даже слишком жестоко, но не обманывал.

Хотелось верить в то, что в людях я научилась разбираться. Надеюсь, не ошиблась снова, как было с Семеном.

От былой решимости не осталось и следа. Вернее, ее сменило осознание того, что, кроме меня, никто Константину не поможет. Нельзя его одного оставлять. Он, должно быть, и не подозревает, какого змея пригрел. А я выведу Евсея на чистую воду.

Глава 23

Поцеловал и поцеловал, убеждала себя, стоя под дверью кабинета. С кем не бывает? Семен тоже целовал меня, когда родители не видели. Мне даже нравилось. Константин вроде бы все то же делал, но ощущения были иными. Ни одной мысли в голове не осталось. Сердце стучало очень быстро. Кожа покрылась мурашками. Волна жара прокатилась по телу. Как тут не сбежать от таких ощущений?

Сбежать не получилось. Чем больше я старалась не думать о Константине, тем чаще вспоминала о нем. Не понимала свои чувства, стеснялась внезапно вспыхнувшего желания и тех мыслей, что не давали мне покоя.

Другое дело маг. Он, должно быть, забыл уже об этом поцелуе. Мало ли женщин было в его жизни? Одной больше, одной меньше. Только становиться в один ряд с ними не хотелось. Я не какая-нибудь влюбленная дурочка. Не дам обвести себя вокруг пальца. Не поддамся обаянию Константина.

Занесла руку и снова опустила. Отошла в сторону, постояла у дивана, рассматривая узоры на обивке, и опять вернулась. Решилась, распахнула дверь и поняла, что напрасно собиралась с духом, только время потеряла. Кабинет оказался пуст. Внутри ничего не изменилось. Разве что на столе появились новые письма. Я положила их в шкатулку, закрыла ее на ключ. Может, это была лишняя предосторожность, и переписка не представляла ценности для кого-либо, кроме Константина, но рисковать не стоило.

Вышла из кабинета и едва не столкнулась с Дуней. Слишком часто она стала попадаться мне на глаза именно в этой части дома. Случайность, или горничная тоже была не так проста, как казалось? Искала ли она повод, чтобы увидеться с хозяином, или пыталась выведать его секреты? Может, и не было с ее стороны никакой симпатии, только расчет. Придется и за ней присмотреть.

– Барышня. – Горничная поклонилась.

– Добрый день, Дуня. Не подскажешь мне, где…

– В подполе своем, как обычно.

– … Евсей, – закончила я, хотя спросить хотела о Константине. Любопытно было посмотреть на реакцию девушки.

– Зачем он вам? – спросила и тут же спохватилась: – Ой! – хлопнула себя по губам. – Простите, барышня. Они с Макаром Ильичем на базар уехали за продуктами. Со следующей недели морозы будут, вот и решили купить все необходимое заранее.

– Откуда ты знаешь? Вроде бы нет такого артефакта, чтобы предсказывал погоду.

– Ой, что нам ваши артефакты? Мы люди простые, больше на приметы смотрим. В них опыт предков накоплен. – Дуня подняла указательный палец. – Не чета вашим артефактам, не сломаются. Дела у меня, барышня, пойду.

Девушка не стала задерживаться, а я задумалась над ее словами. Именно так относилось к магии большинство людей, не имевших дара или возможности воспользоваться ее благами. Что толку рассуждать о том, чего не достичь?

Рабочих артефактов с каждым месяцем тоже становится все меньше. Еще немного, и мы вернемся в темные времена, когда топили дровами, и над городами висел смог. В деревнях, по сути, так и было. Там жизнь столетиями не менялась, несмотря на прогресс.

Вновь вспомнились многочисленные артефакты в подвале. Для чего их собирал Константин? Собирался как-то использовать или лишь перепродавал? Кому и зачем? Если они были рабочими, то еще понятно. Если нет, то… я даже не знала, что подумать. Спросить, что ли, прямо? Вдруг метка не позволит ему солгать мне? Едва ли. Сочинил же небылицу про поцелуй, а я и уши развесила. Может, потому, что сама хотела этого? Впрочем, это все действие магии, так что и думать не стоит. А поговорить все равно придется.

С этими мыслями я отправилась в подвал. Даже повод нашла. Поскольку обедом без повара никто не станет заниматься, а до ужина оставалось еще много времени, приготовила кое-что на скорую руку. Заварила чай. На поднос поставила две чашки и свежие закуски: хлеб с сыром и ветчиной, вареные яйца. Константин мог так увлечься, что и вовсе забудет о еде.

Чем ниже спускалась, чем меньше времени оставалось до встречи с магом, тем сильнее волновалась. Как он встретит меня? Что скажет? Снова посмеется или сделает вид, будто накануне ничего не произошло? Как бы то ни было, отступать уже поздно.

Я толкнула плечом массивную дверь и поняла, что та либо заперта изнутри, либо моих сил недостаточно, чтобы ее открыть, либо кое-кто использовал магию. Значит, не хотел, чтобы другие знали, что происходит внутри.