Елена Княжина – Сдавайтесь, мистер Уэйн! или Мой волшебный арест (страница 47)

Ехали мы почти сутки, и дороги попадались самые разные. На каких-то удавалось дремать, вальяжно покачиваясь на противоположных диванчиках. Другие оставляли на пятой точке россыпь синяков.

Водитель, похоже, вовсе не уставал, а мы с Алиссой иногда просили сделать остановку. Ближе к вечеру прогулялись по Тарлину, в полночь устроили пикник в городке… кажется, тот назывался Аквелук.

Повсюду в Эррене была весна, только мисс Лонгвуд это не радовало. Она отчаянно чихала из-за розовых лепестков, угощая меня то засахаренными анжарскими орехами, то хлебом, обжаренным в масле с пряностями с тонкими ломтиками домашней ветчины.

Я так и не поняла, для кого она больше старается. Для иномирянки Вики, в надежде исправить первое впечатление об Эррене? Или для себя, пытаясь запомнить лучшее, что есть в мире, который она спешит покинуть?

Экскурсия мне нравилась, я даже удовольствие от поездки умудрялась получать. Особенно когда удавалось отогнать от себя тревожную мысль, что я вот-вот (возможно) вернусь домой. И там (возможно) не будет Уэйна.

Смогу ли я дальше нормально существовать, потеряв еще одного ценного человека из своей жизни? Уход отца лишил меня нормального детства и веры в семейные ценности. Исчезновение Ульки выбило из колеи на восемь лет и убило надежду на справедливость. Смерть «тигра» на границе бездны…

– О чем вы задумались, Вика? – выдернула из мыслей Алисса, придерживая дверь вояжера, пока я в ночи карабкалась внутрь.

– О том, что некоторые люди оставляют в нашей жизни слишком сильный след. И его никак, совсем никак нельзя стирать, – пробормотала отрешенно, окидывая взором темно-зеленый анжарский простор. – Это навсегда остается с тобой. И никогда не становится по-настоящему прошлым.

– Вика, а вы…

– Я соврала вам, Алисса, – отвернулась от окна и поймала настороженный взгляд. – Меня зовут Натали. Натали Холден. Я не психолог, а бывший коп. Хороший, просто бывший, – поправилась взволнованно.

– Коп?

– Служитель правопорядка, – вздохнула, разминая затекшее плечо. – Потом работала частным детективом. Потом… была рабыней в каком-то мерзопакостном средневековье. А еще Тессой, шестой льярой драконьего отбора. Затем… – почесала висок, с сожалением прощаясь с утраченными «мемуарами». – Затем была наложницей керрактского демона. Но недолго. Рогатый выменял меня на торгах за пару мешков вулканических камешков.

Тут меня пробрал смех, и я с минуту не могла успокоиться, похрюкивая в кулак. Может, и слава Архану, что моих мемуаров никто не увидит. Меньше шансов оказаться в психиатрической лечебнице. Алисса глядела на меня во все свои зеленые блюдца, решая, верить на слово или лезть в саквояж за витаминками.

– Потом меня подозревали в убийстве дракона и держали в темнице. Все потому, что настоящая злодейка воспользовалась моим демонским саером… Хотя я, видит бог, просила копье. Но дракон, к счастью, выжил, – истерично хрюкнула в сгиб локтя, пряча в нем же слезящиеся глаза. – Обрел свою пару в стерве Монике и понес ее к золотым облакам…

– Красиво, – мечтательно согласилась Алисса и все-таки достала из походной аптечки какое-то снадобье. – Пейте, Вика. То есть Натали. Вам нужно поспать хоть несколько часов, иначе в портале расплющит.

Я доверчиво приняла из ее рук бутылек и сделала несколько глотков. Хуже мне уже все равно не станет.

– Вы примерили столько масок, – мисс Лонгвуд вынула из кармана колечко и рассеянно потерла зеленый камешек. – И как оно?

– Очень хочется стать собой. И попасть домой, – зевнула судорожно, устраиваясь на диванчике поудобнее. – Обязательно заведу кота. Чтобы ждал, скучал и орал на всю квартиру, если я вдруг опять пропаду.

***

К помпезному дому Грегори Кольта мы прикатились на рассвете. Прохладный воздух щекотал нос утренней свежестью, на траве застыли искры росы, а синие ворота были приглашающе распахнуты.

Махина старого мини-замка, увитая высохшими плетьми винограда и заслоненная от любопытных взглядов толстыми краснолистными деревьями, возвышалась позади запущенного сада. В дверях нас встречала молодая девушка в голубом переднике: похоже, ей было велено не спать всю ночь и караулить «иномирянку из Хавраны».

– Саяра, – она присела в шустром книксене передо мной и так же торопливо ускакала внутрь дома.

Отпустив вояжер, мы вошли следом. Из глубины имения расползались ароматные запахи, точно указывая направление к кухне.

На каминной полочке лежали до неприличия знакомые вещи. То есть некоторые-то были вполне приличными, но иные даже у меня вызвали смущение. Все они принадлежали моему миру. «Изначальному». Вероятно, этот самый Кольт заглядывал к нам с экскурсией.

– Вы знаете, что это? – робко уточнила Алисса, поймав мой рассеянный взгляд.

– Это фитнес-браслет с шагомером, – покрутила в пальцах силиконовый ободок и вернула на полку. – Это солнечные очки, чтобы глаза не слепило, а это… кхм, – постучала пальцем по черным чашечкам, – называется «вандербра».

– Знали бы вы, сколько от этих ваших хавранских «бра» проблем! – возмущенно прошипела мисс Лонгвуд, с гордо задранным подбородком минуя выставочную полку.

Моих ног коснулась чья-то пушистость, и я отпрыгнула за спину целительницы.

– Это еще что? – ткнула пальцем в длинное тельце, покрытое белоснежной шерстью.

Оно, тельце это, упрямо огибало Алиссу и подбиралось к моим ногам.

– Каффа сира Грегори, – рассмеялась девушка и почесала «тельце» за ухом с кисточкой. – Прянка.

– Ма-а-у-у! – басисто выдала «каффа» и таки коснулась вздыбленным безразмерным хвостом моей ладони.

– Ясно. Каффа, – сосредоточенно произнесла, улавливая в грациозном сгустке шерсти кошачьи повадки.

– Моя жена очень хотела с вами увидеться.

На лестнице вслед за хриплым голосом появился мужчина. Чуть растрепанный, темноволосый, с заросшими щеками и настолько зелеными глазами, что те перетягивали все внимание на себя. Он бегло застегивал пуговицы белой рубашки, перебирая ногами ступени.

– Но Софи задремала пару часов назад, и я не рискну ее будить. Грегори Кольт.

Я напряженно кивнула: этот мужчина ощущался как-то… жутковато. Наверное, дело было в магии. Алисса предупреждала, что едва действие снадобий пройдет, меня начнет «кошмарить» от чужой силы. А Грегори был очень, очень сильным магом…

(Грегори Кольт – герой книги «Властелин моих кошмаров, или Невеста на обмен», прим. автора)

– Натали, – представилась, отступая в глубину гостиной. – Вы бывали в Хавране?

– Очень занятный мир, – он улыбнулся одними глазами. – Я прочел портальное плетение, измененная руна касалась времени. Вы в некотором роде заглянули в будущее, на шесть-девять лет вперед. Разбег смещения большой – три года. Я могу открыть портал в Хаврану, но…

– Три года, – повторила заторможенно.

– Вы можете их потерять. Или приобрести, – пожал Кольт широкими плечами. – Тут уж как сами решите… И как получится.

Я упала в кресло с такой тяжестью, словно карманы булыжниками были набиты. Три чертовых года… Это дар или наказание?

Вернуться назад, прожить три потерянных года иначе… Я их едва помнила, если честно. Те, последние, что случились со мной после увольнения.

Если исключить из жизненного уравнения мою одержимость «делом Рейнара Уэйна» и исчезновением Ульяны… Я бы, наверное, смогла просто быть. Сестрой, дочерью, подругой, напарником, чьей-то девушкой.

Но где-то там, в «сейчас», умирает один тигр! Может, ищет меня. Может, ждет…

– Я не знаю, насколько вы значимы для мироздания, Натали, – вырвал из размышлений Кольт. – И к каким последствиям для вашего мира приведет, если мы вернем вашу душу не в то время и не в то место. Сам я остерегаюсь играть с судьбой. И из путешествий всегда возвращаюсь в моменте. Благо, у меня для этого есть очень мощный ориентир… Он сейчас спит. Они… они сейчас спят.

– Мне надо вернуться в «сейчас», – прошептала дрожащими губами, разыскивая понимание в зеленом взгляде. – В правильное «сейчас». В этом вашем… в моменте. У меня тоже есть ориентир. И он… он…

– Мы с вашим ориентиром не знакомы, – мягко одернул Кольт. – Я мог бы попробовать настроить портал с разницей… скажем, в пару недель от «момента»… плюс-минус… С условием, что у вас при себе есть дорогая сердцу вещь, принадлежащая изначальному миру. И вместе с вами оттуда исчезнувшая.

Вещь? Я растерянно оглядела свои новые туфли. И новое платье, и новый плащ-пиджак, подбитый перьями… За свои путешествия я столько раз сменила образ, что даже грязь под ногтями давно была не хавранской!

Взгляд упал на тонкую ленту бабушкиного браслета, невесомо болтающуюся на запястье. Я так к нему привыкла, что почти не ощущала за другими оковами, куда более тяжелыми и основательными.

– Вот, – расщелкнула серебряную застежку и протянула Кольту. – Это принадлежало моей бабушке, в каком-то роде семейная реликвия. Я тем вечером собиралась подарить ее сестре, но… что-то пошло не так. Мягко сказать.

– Позвольте познакомиться с вашей реликвией? – испросил разрешения Грегори и, прикрыв глаза, зажал браслет в кулаке. – Да, да, это подойдет… Я верну украшение домой. И по этому ориентиру настрою портальные чары. Плюс-минус в моменте, вы понимаете расклад, Натали?

– Я согласна на плюс и на минус, – покивала ему, заламывая руки за спиной. О мои ноги снова обтерлось мохнатое облако, и я нервно забормотала: – Я подумывала завести кота. Что за Наташа без котов, да? И, кажется, я крепко подсела на эти ваши… цитроны…