Елена Княжина – Не подарок в Академии даров. Пять снежных иллюзий (страница 2)

Под иллюзией пряталось простое дорожное платье землисто-серого цвета, изрядно потрепанное путешествием и имевшее парочку стыдных прорех после сражения с зубастым артефактом-охранником. Но, если все пойдет по плану, о нашей с ним тайне никто не узнает.

Грезя о горячей мятной ванне, которую приму в доме Гассертов в случае успеха, я вошла под ледяной свод. До полуночи полно времени. Я успею найти пропавшую книгу, заменить ее иллюзорной копией и сбежать незамеченной, пока тхэры не хватились. Всегда получалось и сейчас получится.

Из глубины дома лилась живая музыка. Ледяные бусы на потолке раскачивались в такт мелодии, с искрящих люстр сыпался снежок. Маги-бытовики разносили согревающие напитки – от бокалов шел густой пряный пар.

Онемевшие пальцы сами схватили стакан, приставили к носу. Жадно втянув перчено-цитрусовую смесь и погрев щеки над теплым паром, я сделала глоток. Живительное тепло разлилось по горлу, вскипятило внутренности.

Меня точно раскаленным веничком в парилке отхлестали – только не снаружи, а изнутри. И это было ровно то, чего просило подмерзшее тело после долгой прогулки вдоль сугробов.

Сегодня у Келси собрался весь свет Сеймура. Видные ученые, хранители серваториев, ректоры академий, члены Советов попечителей… В основном это были сиры в элегантных пиджаках, все как один старше меня на вечность.

Приглашенные женщины делились на две категории. Угловатые, строгие дамы из мира науки – они общались с мужчинами на равных и громко спорили о последних открытиях Веера. И ангелоподобные создания со светлыми волосами, юные и изящные. Эта группа крутилась вокруг лорда, не отлипая.

К сиру преклонного возраста и невероятного богатства я не пошла, хотя внешне вполне могла примкнуть к «белокурым». Впрочем, суть у меня не ангельская, не подарочная… и вообще.

Лорду повезло: меня интересовал не он сам и даже не содержимое его сокровищниц. Лишь книга, которую тот хранил в кабинете. Ну, может, в библиотеке. В крайнем случае – в спальне.

Приметив лестницу, ведущую в личные комнаты Келси, я досчитала до десяти и свернула в нужный коридор. Скинула фальшивую шубку на перила, отряхнула розовые рюши от снежной крошки. Замешкалась, осознав, что не одна в этом крыле.

В темноте пустующей зоны отдыха, сгорбив необъятные плечи над дымящей чашкой, сидел мужчина. Моложе и крепче дряхлых сиров из Совета и явно не разделявший их восторженных споров о древнем оружии Керракта.

Из-за слепяще-белой рубашки он выглядел светлым пятнышком в пучине ледяного мрака. Признаюсь, я даже залипла на пару минут, разглядывая изгиб напряженных плеч.

Он дернулся, втянул носом воздух… и я отступила в тень.

Навстречу мне с лестницы спускалась белокурая женщина в элегантном золотисто-кремовом платье. Ее волосы без всяких иллюзий были уложены лучше моих. Задев меня плечом, сирра вздрогнула, проморгалась и, нахмурив гладкий высокий лоб, пробормотала:

– Вам лучше покинуть праздник. У меня дурные вибрации на ваш счет. Идите домой.

Бросив в неподготовленную меня сумбурным пророчеством, женщина направилась дальше по своим делам. Словно у нее «вибрирует» так часто, что она не придает этому значения. Сказала и забыла.

«Идите домой…» Пфф!

А где он, дом? В лаборатории в роли подопытной россохи? Или в лесу Шах-Грина с шайкой отбитых на всю голову одаренных «легионеров»?

***

Ох, стоило прислушаться к чародейке и убраться из обледенелого имения, пока была возможность. Вибрации не обманули: книги у Келси не оказалось!

Я перерыла все полки в личной библиотеке лорда. Пробралась в кабинет, наскоро набросив поверх платья иллюзию бытовички. Основательно поискала в спальне… Спустя две полусферы я без сил уселась на бархатный коврик у кровати старика. Выдохлась.

Информатор сказал, что книга, которую мне поручено найти, все эти месяцы хранилась в имении. На видном месте. В насмешку над ищейками и прочими, кто пытался найти пропажу.

И где?!

Посмеялись, кажется, надо мной.

Или лорд хорошо ее спрятал, или мне подкинули ложный конец веревки… Я доверилась, дернула. Но вместо сокровищ Веера на меня буквально свалилось ведро с нечистотами.

Это был риск… Игра с крупными ставками. Я проиграла.

«Нет ничего ценнее жизни, Грейси,– прокралось в ухо ледяное дыхание Эйфуса. – Малышка будет бороться до конца. До последнего вдоха, правда? Я тебя хорошо мотивирую…»

Он мотивировал.

Я в мельчайших деталях помнила ночь, когда состоялся злополучный разговор с лидером Лиги. Он желал меня, по глазам видела… Эйфус приблизился, дыхнул холодом на плечо, погладил голую лопатку. И выжег там черную метку, пользуясь моей доверчивостью.

«Дело превыше всего, Грейси», – прокомментировал Эйф, обрекая новенькую из Лиги на темное будущее.

Черная семилистная лотта. Красиво, изящно… Смертельно. Темный поводок, что завязан на самую крепкую нить – мою чистую кровь. Нерушимая связь на извращенный некромантский манер.

И сейчас она была натянута до предела. Потому что я провалила задание. Потеряла время и очутилась в западне.

Черная метка чесалась, разъедая лопатку. Она будто выжигала в моем сознании мысль: «Ты провалилась… ты не справилась… ты будешь наказана. Ты станешь тем, кто служит беспрекословно».

Умертвием. Послушной куклой некроманта.

Не удивлюсь, если это была не галлюцинация. Эйф действительно вшил карающую опцию в поводок. Ему нравилось, когда я стою на грани. Когда дрожу от ужаса перед ликом смерти и знаю об этом.

Каждый раз, когда я возвращалась с задания, Эйфус ослаблял натяжение. Заговаривал черную метку и заставлял проклятие отступить.

И я возвращалась. Всегда. Как послушная прикормленная россоха – с добычей в крошечных зубках. Знала: предам, сбегу, проигнорирую задание – умру. И Эйф сильно тосковать не будет.

Он легко проник в мою суть. Понял, что за жизнь я буду бороться до последнего вдоха. Иначе какой смысл?

Еще я заметила, что лотта бледнела, если мне удавалось выполнить задание раньше срока. Ненадолго, на пару дней. Потом цветок вновь наливался тьмой. Думаю, некр придумал это как часть «мотивирующей программы». Вроде сахарка для умницы. Маленькая отсрочка, поблажка за хорошее поведение.

Осечек у меня не бывало. Я ни разу не проваливала задание и не знала, как ведет себя метка при неудаче. Может, отщипывает отведенное время, наказывает того, кто не справился? Гонит в обратный путь? Или… совсем убивает?

– Как же ты вляпалась, Грейси, – пробормотала вслух, ловя в зеркале обманчиво румяную иллюзию.

Эта девушка выглядела чуть старше и гораздо веселее оригинала. Ярко-зеленые глазки-самаруды, светло-золотистые локоны, нежный розовый рот. Под маской я была бледнее смерти и давно обкусала губы. Кровь сочилась на язык и оставляла соленый металлический привкус.

Без особой надежды я заново проверила ящики письменного стола Келси. Перетряхнула содержимое тумб, сунулась в нишу над кроватью. Информатор сказал, «прячет на видном месте». И еще «просто гляди в оба, надо знать, куда смотреть».

Но я уже везде посмотрела!

Книги в доме не было. Наводка неверна. Или… или это вовсе ловушка.

Кто-то решил избавиться от лучшей иллюзионистки Лиги? Нет, глупость. Никто не знал, что я рискну сделать крюк. Что потрачу запасной день, четко рассчитав время своего возвращения к Эйфусу.

У меня не так паршиво с цифрами, как выглядит на первый взгляд. В последний раз некр растянул поводок на семь дней. Ровно. С нашего расставания прошло только шесть, у меня оставались сутки на возвращение.

– У тебя нет даже половины суток, – прошептала, тыкаясь холодным лбом в зеркало. – Что-то пошло не так. Или Эйфус придумал новую смертельную забаву, или… вмешалось третье лицо. Ясно одно: ты умираешь.

Метка горела. Такое с ней случалось, когда до исполнения проклятия оставался час или два. За год в Лиге я хорошо запомнила гаденькие ощущения, тошноту и горечь на языке.

Эйф время от времени игрался с поводком, натягивал его до предела, чтобы «малышка Грейси» ощутила привкус смерти на губах. Чтобы заново захотела жить. Ярко, остро, до перехвата дыхания. Чтобы просила, чтобы клялась быть послушной и в следующий раз исполнять все в точности…

В Лурдском серватории, куда поначалу направил меня Эйфус, я книгу не нашла. Подменять было нечего, но и возвращаться с пустыми руками – чревато некромантским гневом.

Не буду врать, что не боюсь Эйфа. Хотела бы не бояться, но… Но. Он не за красивые бездушные глаза стал лидером Лиги.

Поэтому я встретилась с тайным информатором. И он дал такую вкусную, крепкую наводку на имение Келси, боги! Удача сама плыла в руки.

Я осознанно сделала крюк, я думала – успею… Принесу Эйфусу то, о чем он грезит который месяц. И тогда некр с ледяными глазами меня отпустит. Или хотя бы чуть больше свободы даст, разрешит съездить в Лурд по личному делу.

Как я просчиталась? Почему метка разгорелась раньше обычного? Зачем в этот раз поводок так короток?

Вряд ли Эйфус задумал меня убить. Я слишком ценный ресурс, и в виде умертвия ему точно не пригожусь. И напутать с днями я не могла.

Однако факт оставался фактом: до Шах-Грина вся ночь пути.

Я не впервые стояла на пороге смерти… но впервые – максимально далеко от единственного мага, который может ее отсрочить. И от этой мысли паника колотилась в горле.

Оставался один шанс на тысячу. Один шанс на тысячу, что я смогу сама избавиться от проклятия… Метка привязана к невинной крови. Эйфус упоминал, что в некромантии каждая мелочь имеет значение.