Елена Княжина – К демонам любовь! Десятая невеста (страница 3)
Грубые пальцы на запястье окаменели, стиснули кожу, как древние железные кандалы.
– Маш-ш… – я истошно закашлялась, вдохнув очередную порцию гари. – Ма… Кхм! Кх! Ну что за воздух тут невозможный?! Где горит? Рия…
– Рия? Красиво, – бредил мужик. – Хара… по имени… Рия…
Видимо, рога еще и на слух влияют. Или устанавливают в данный момент связь с космосом. Почему нет? Может, это замаскированные антенны. И новые сериалы транслируются прямо в мозг.
Я закатила глаза и осторожно подергала руку. Отпусти же, ну!
– Я сейчас… отключусь, – пообещал он, цепляясь огромными пальцами за мою ладонь. – Если ты настоящая, не отходи. Будь хорошей девочкой. Дождись, пока я очнусь. Тут опасно. Идет война кланов. Но со мной тебя не тронут.
Звучало о-о-очень сомнительно. Пока главным маньяком выглядел этот. Рогато-хватательный.
Голова гудела нещадно, пальцы ныли от крепкого плена. Наконец хватка ослабла, и я смогла выпутать руку.
Гвалт приближался. Лязганье разносилось в воздухе, намекая, что драка движется сюда.
Я растерянно поглядела на рогатого. Прут вытаскивать нельзя, посильную помощь я оказала…
Не выглядел он перспективным пациентом с этой жуткой штуковиной в боку, но я не врач. Его найдут. И помогут. Или это все один большой глюк.
Но если тут действительно идет «война кланов», в которой железками в людей тыкают, мне стоит спрятаться, а не сидеть посреди открытой пустыни.
Посетовав на судьбу-злодейку, я отломила издохший каблук, поправила платье и быстро поковыляла в противоположную от шума сторону.
Глава 2. Птичка в клетке
Несколько часов назад я бухтела, что питерское лето не задалось с самого начала. Давайте следующее.
Потом ворчала, что Ирка с ее «здесь совсем рядышком» отправила меня к черту на рога… Ага! К черту?! Если бы.
И вот, с отломанным каблуком, в рваном платье, с болтающимся на шее бейджем, я продвигалась по душной, невыносимо жаркой красной пустыне в сторону леса-миража. И лето питерское мне вдруг показалось просто чудесным. И лишний час на метро больше не выглядел карой богов. Все познается в сравнении.
Как ты в это вляпалась, Маша? Чем тебе Питер не угодил? Да отличная там была погода! Остервенелый городской ветер вперемешку с внезапно ледяным дождем – красота!
Мне бы сейчас хоть капельку. Ледяного. Копоть с лица смыть, пыль вокруг прибить…
Как «Тигр» сказал?
Так вот. Вид был не лучшим!
Сбитые коленки, подранная юбка, полная дезориентация в пространстве. Подступающий нервный срыв. Тепловой удар. Тотальное обезвоживание. Боги, да я даже не понимала, куда бегу!
Ноги заплетались. То проваливались в песок, то вдруг цеплялись за корешок, цепкой змейкой вздыбившийся из земли.
Пейзаж постепенно менялся. Лес, оказавшийся не миражом, приближался. Все чаще сквозь красную растресканную землю пробивались низкорослые растения, приземистые кустарнички, выжженные травы.
Несколько раз я упала, и теперь колени были покрыты ссадинами и красными пятнами от песка. Грязь на локтях, прихваченная еще с первой лужи (боже, тут существует влага?), засохла и облепила кожу каменной коркой. Легкие надрывались от горелого воздуха.
– Мне нужен выход! – взвыла я, ступая в лесную чащу.
Землю укрыла резная тень, и стало чуть-чуть прохладнее. По трещинам стелился белый туман, где-то под ним прятался мох. Я продолжала бежать вперед, не разбирая дороги.
Не то чтобы я надеялась увидеть зеленую мигающую табличку, но…
«Тигру», бросившему меня на произвол судьбы в красное пекло, я больше не верила. Должна быть дверь. Или окно. Стоп-кран какой-то. Или стоп-слово.
Я немедленно схожу с этого безумного рогатого экспресса!
– Ау! Мистер… Уэйн… – Вроде так его звали. – Заберите меня обратно, молю. Я не буду подавать в суд. Я… просто домой вернусь, ладно?
Орать в задымленном воздухе было трудно. Довольно быстро заболели связки, теперь из горла рвался болезненный хрип.
Горячие слезы обжигали щеки. Блуждая по лесной поляне, я глядела вверх и кружилась на месте. Высокие деревья обступали со всех сторон, сплетались могучими кронами, закрывая небо ажурным шатром.
– Эй… «тигр»… вы меня слышите? – кричала, окончательно срывая голос. – Это Маша! Ралиева! Она хочет домой!
Ответом мне была зудящая пыльная тишина.
Что-то пошло не так. Он же обещал, что пойдет со мной. Что доставит в целости к «судьбе изначальной», и душа моя заблудшая успокоится, умиротворится.
Душа орала. Скулила. Билась в истерике, норовя оторваться от тела, угодившего в западню.
Все что угодно, кроме умиротворения.
И зачем я припоминала обещания этого «Р. Уэйна»? Зачем хваталась за них, как за красный спасательный круг посреди алой пустыни? Понятно же, что зеленоглазый тип с банкета был не в себе. И подружка его боевая – такая же невменяемая.
Да почему я сразу охрану в комнату отдыха не вызвала, осознав, что общаюсь с психопатом?!
Пейзаж в багровых тонах допекал. На мои сиплые вопли никто не отзывался. Таблички с надписью
Бесцельно попинав ногой молчаливый куст, я обогнула холм и обнаружила небольшое озеро, темной лужицей раскинувшееся у подножия пригорка.
На самом холме возвышалась странного вида каменная арка. Местный «стоунхендж» был окружен подозрительным голубым мерцанием, обвит колючим вьюном и окутан кровавым туманом… Но на выход не тянул. И таблички при себе не имел. Словом, ничто не манило подняться и поглядеть на памятник архитектуры поближе.
Впрочем, и мутное болото в низине внушало опасение. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что вода в нем тоже багровая. В такую руку сунуть страшно! Имелась жутковатая догадка, что на дно водоема складывают всех павших в «войне кланов».
С другой стороны, не может быть все настолько плохо? По закону небес в конце любого тоннеля обязан забрезжить свет. Рано или поздно. Правда, моя личная черная полоса тянулась запредельно долго, и началась она не здесь…
Сделав глубокий вдох, я попыталась мыслить рационально. Скорее всего, вода казалась бордовой из-за бурых водорослей и красной глины на дне. И не надо везде видеть кровь! Без того дурно.
Устало попыхтев, я присела на берег. Припыленная кожа саднила, горло набилось песком, глаза опухли, губы пересохли и ощущались каменными… Вода сейчас была бы спасением. Но умываться
Хотя… Стану козленочком – сойду за местную.
Пока я размышляла, пить или не пить, над болотом поднялась серая дымка. Воду вспенило до пузырей, и неявная тень проплыла на глубине. Очертаниями тварь напомнила вымершего кронозавра с четырьмя плавниками. Мамочки!
Испугом меня поставило на ноги, откинуло подальше от берега и загнало аж на середину холма. Стряхнув песок с подола, я огляделась, отдышалась. И побежала дальше, оставляя за спиной и каменную «подкову», и лужу с живущей в ней жутью…
Бежала бы долго, сколько хватило б сил, но вдруг из высоких зарослей красного папоротника выступили трое. С рогами! Да у них тут массовое помешательство на козлином апгрейде.
Левый мужик сжимал в кулаке кинжал, правый держал увесистое копье… Тот, что в середине, методично разматывал грязную сеть.
Все в них выдавало охотников-браконьеров. И зуд под тоненьким, мокрым от пота платьем намекал, что дичь – я.
Резко вогнав в землю единственный уцелевший каблук, я метнулась назад – к болоту. В объятия к кронозавру. Но влетела во вторую партию рогатых с черными повязками на плечах: меня поджидали и теперь загоняли в ловушку.
У этих «обвес» был помощнее. Кожаные жилеты на голое тело, потертые наручи с заклепками, крошечные колчаны на ремнях, пучки коротких стрел, оперенных красным пухом… Самый дальний от меня тип вытаскивал из кустов клетку, в какую могла бы уместиться рысь. Из-за ржавчины прутья тоже казались красными.
Полуголые «джентльмены» явно охотились на крупную тварь. А поймали меня. Хрупкую, помятую и перепуганную Машу-потеряшу.
– Вы не заигрались? – нервно спросила я, ощущая себя загнанной ланью в центре голодного прайда.
Прицокивая языками и издавая гортанно-рычащие звуки, представители племени «черных повязок» медленно меня окружали.
– Кричала. Звала. Пришли, – вкрадчиво сообщил тот, что с копьем. И покачал в воздухе оперенным наконечником.
Да, Маруся. Очень глупо было драть горло в чужом лесу, посреди жутких «голодных игр».
– Я тут случайно, ясно? – взволнованно переступая с ноги на ногу, прошептала я. Поправила ободранный край юбки, чтобы она полностью закрывала колени. – Я в ваши смертельные игры не играю. Просто заблудилась. Выход ищу. Пропустите, пожалуйста.
Глядя на их разукрашенные физиономии, увенчанные рожками всех мастей, хотелось жалобно скулить. Но вместо этого я распрямилась, натянула на шее голубую ленту и потрясла именным бейджем. Мол, видите? Переводчица я! Помощник в деловых переговорах.
На моем месте вообще должна быть Ирка!
К переговорам рогатые явно были не склонны. Они поглядывали на меня с такими умиленными мордами, словно встретить девушку в лесу – их тайная фантазия. Один даже облизывал подпиленные клычки, что-то там себе представляя.
– Попалась, сладкая, – вперед вышел узколиций мужик с тонкими кривыми рожками, отливающими болотной зеленью. – Полезай по-хорошему… Или уложим силой.