Елена Княжина – Дикая магия. Кукла для профессора (страница 19)
– Эй! А дышать? – взволнованно закричала Присс, и мне пришлось плотно зажать ее рот ладонью.
Демоны не дремлют! А если и дремлют, то некрепко.
Нас обеих нещадно трясло, дрожь электрическим током ходила от одного тела к другому, и от этого только усиливалась. Наконец, Присцилла первой размеренно выдохнула, перехватила мою ладонь, убрала от рта и крепко сжала. Да, так лучше. Я тоже начала дышать, и мы обе, не отпуская рук, перегнулись через бортик.
Существо недоверчиво поглядывало на нас из толщи воды. Глаза казались голубыми и странно блестящими, как у ламбикуров. Только молнии в радужке были серебристыми и очень интенсивными.
– Он же не умеет поджаривать взглядом? – прохрипела я.
– Скажешь тоже… – неуверенно ответила Присс и опустила свободную ладонь в воду. – Иди сюда, малыш. Мы не обидим.
– И ты нас, пожалуйста, не обижай, – на всякий случай добавила я.
В глубине почудилось шевеление. Подопечный сделал круг вдоль бортика, что-то неразборчиво пробулькал и медленно поплыл к поверхности. Вот показалась светло-серая круглая голова, покрытая на макушке золотистой шерсткой… Глазки-молнии, крошечный вздернутый носик, чем-то напоминающий человеческий… Рот, странно открывающийся, но не издающий ни звука…
– Ты видишь то же, что и я, «мисс Эншантель»? – чужим голосом просипела Присцилла. – Я что, украла ребенка?
В ответ я лишь судорожно сглотнула и обреченно покачала головой. Если и можно было вляпаться по-крупному, с эпическим размахом, то мы только что это сделали.
***
Малыш сидел под водой уже двадцать минут, мы с Присциллой засекли. Увидев две озабоченные – а точнее, перекошенные от ужаса – физиономии, наш подопечный психанул и снова залег на дно. И теперь, как дьяволица ни старалась умаслить детеныша, в ответ только взволнованно булькал.
– Мы его напугали, – жалобно простонала Присс и снова пошлепала ладошкой по воде.
– Мы – его? – переспросила я, потому что эффект мне казался совершенно обратным. – Он, кто бы это ни был, сидит в воде почти полчаса. И не дышит! Он… Если ты заметила… Без хвоста! С ногами! Руками! И… И…
– Да, «мисс Эншантель», я уже без тебя поняла, что это не русалка, – обескураженно прошептала Присс. – Но и не человек. Видела у него на ребрах эти штуки?
– Вроде боковых плавников?
– Да! И он в них будто заворачивается…
– Мерзнет?
– Вода теплая… Может, ему так плавать удобнее? Форма обтекаемая… Ну и прикрыться, заодно…
– Точно, мисс Пруэтт! Он тебя смутился, сразу, как увидел! – издевательски фыркнула я, красноречивым взглядом окинув аппетитную фигурку Присциллы.
В том, что имеем дело с существом мужского пола, мы обе не сомневались. Успели разглядеть, пока Нечто не занырнуло и не замоталось в полупрозрачные гибкие плавники, серым шелком тянувшиеся с боков крошечного, совершенно человеческого тельца.
– Ладно, у меня есть идея. Но она дурацкая, – сразу предупредила я и пошла за махровым полотенцем. – Сейчас ты будешь показывать ему волшебные огоньки. Все дети любят фокусы.
– Выманить магией? А что потом? – скептически протянула Присс, но жезл все-таки из кармана вытащила.
– Вот потом и начнется дурацкая часть. Но давай по порядку.
Присцилла принялась жонглировать над бассейном разноцветными магическими сгустками. Я даже засмотрелась, насколько ловко у нее это получалось.
Пиротехническое шоу нашего подопечного заинтересовало, и минут через десять над поверхностью снова возвышался золотистый хохолок взъерошенных волос. Кажется, даже вода не справлялась с их непокорностью.
Пока расширившиеся от удивления глазки изучали огоньки, я подкралась с другого края и дикой медведицей, вылавливающей в реке лосося, ухватила нашего кроху. Чудо принялось биться и выскальзывать из рук, но оно не знало, с кем связалось. Моего упрямства хватило на то, чтобы прижать вредного монстрика к себе и мумией замотать в полотенце.
Ребенок – иначе воспринимать его не получалось, несмотря на плавники, – неестественно широко раскрыл рот. И я приготовилась к истошному воплю. Сейчас Оно заорет, прибежит Демон и нашей «ля комедии» придет полная «финита».
Но малыш не издал ни звука. Вот как? Он что же, не умеет?
– Какой-то неправильный ребенок… – пробормотала в растерянности Присс, и я опасно громко фыркнула.
– То есть отсутствие воплей – единственное, что тебя в нем настораживает?
Мы нервно засмеялись, глядя, как перепуганное чудо таращит на нас свои магически-прекрасные глазащи и возмущенно открывает рот.
– Знаешь, мисс Пруэтт? А по-моему, этот ребенок идеальный.
Замотанный в полотенце, он казался совсем крошечным. Вроде тех кульков, что выдают в человеческих роддомах сентиментальным папашам.
А еще – невероятно красивым!
Кому расскажешь, не поверят, что такое вообще существует. Голубые радужки глаз, обрамленные расплавленным серебром… Золотисто-желтые волосы хохолком, слишком яркие для бледного тела… Светло серая кожа, вся в мелких серебристых венках… И чертовы плавники – тонкие и длинные, как шелковые ленты китайских танцовщиц! И россыпь черных дырочек на шее – если и жабры, то какие-то странные.
Расчувствовавшись, неудачливая воровка отобрала у меня мальца и прижала сверток к груди. Я не сопротивлялась, потому что к материнству не была готова даже в теории. Детеныш мигом прикрыл ротик и успокоился. Глянул на Присциллу оценивающе. И как-то совсем не по-детски…
– Он точно маленький? – с подозрением протянула я. – Знаю я тут одну девочку, которой больше двухсот лет…
– Он новорожденный, – смущенно пробормотала Присс, краснея под изучающим взглядом крохи. – Будем отталкиваться от этого… И куда его теперь?
– Есть одно место… Даже со встроенной нянькой… – вслух размышляла я, так и не отказавшись от сомнительной идеи. – Может, хоть она подскажет, что за существо у нас «вылупилось». Только тебе придется взломать дверь.
Поняв, что с преступлениями на сегодня еще не покончено, Присс покорно кивнула и пошла за мной к лестнице. Мы осторожно миновали три пролета, прошелестели по фойе, скользнули мимо больничного отделения и спустились к подвальным помещениям. Вот она, дверь, ведущая к подземному озеру.
– Открывай, – велела я шепотом и приняла из рук «зазнайки» ценную ношу. На меня малыш смотрел не с таким аппетитом, и я даже не знала, порадоваться этому или оскорбиться.
В чем-чем, а в преступных талантах Присциллы Пруэтт я давно не сомневалась. Минуты за три она совладала с магическим замком, отсекающим подземное озеро от учеников Академии. В кои-то веки дверь оказалась заперта.
– Ох, тролль меня укуси! – взвизгнула «зазнайка», и мне снова пришлось на нее шикнуть. Демоны отсюда не услышат, а вот главные и единственные стражи – вполне могут.
Мир вокруг наполнился мягким свечением, размеренным шумом воды, дивным цветочным ароматом… Будто мы внезапно оказались в другой вселенной.
– Атарина! – тихонько позвала я невидимую знакомую, и у плато что-то забулькало.
У берега возникла знакомая головка с вороньим гнездом из косичек на голове. Позади русалки из воды выглянул кончик изумрудного хвоста, чем-то напоминавшего китовый.
– Ох, тролль меня…
– Ты повторяешься, – фыркнула я на Присс и всучила ей чудо-юдо в полотенце. Сама украла, сама пускай мамочкой и отрабатывает.
Мелкий песок приятно согревал босые ноги. Странно, но он был теплым. Вот это я понимаю, заговоренное озеро: даже полы с подогревом! Я присела на корточки у самого края берега и скорчила виновато-просительную мину.
– Тут такое дело, Атарина…
Но русалку мой унизительный пассаж не вдохновил. Она распахнула и без того немаленькие глазищи и возбужденно шлепнула по водной глади хвостом.
– Это кто?! Вон там? На руках?
– А ты не знаешь? – я подманила Присс, намекая, что нужно показать детеныша поближе.
Мисс Пруэтт опасливо подошла. Кажется, пока бежали по лестнице, у нее успел сформироваться материнский инстинкт. И теперь она считала, что моя пожилая знакомая может навредить крошке-монстру. Наивная… Если я в ком и сомневалась, так это в новорожденном чуде-юде с плавниками и взрослыми хитрющими глазками.
– Я выросла в этом озере… Откуда мне знать? – заворчала русалка, робко дотрагиваясь до хохолка водоплавающего «коллеги».
– Ну, мало ли… Вы похожи, – пожала плечами в ответ и тоже пощекотала пальчиком малыша. Он беззвучно затрясся, но мне почудилось, что это был смех. – Видишь, он и на суше дышит, и под водой. Может, родственный вид?
– Не слишком родственный, – Атарина надменно подняла бровь, намекая, что разгадала наш план и тетушкой работать не намерена. – И зачем вы его сюда притащили?
– Не жадничай! – пригрозила вдруг Присцилла, и мы все втроем разом присмирели и выпрямили спины. Вот умеет быть строгой, когда захочет. – Озеро большое, а он – совсем маленький…
– И безобидный… на вид, – ненатурально улыбнулась я. – Сможешь за ним приглядеть?
– Я вам не нянька!
Этот удар хвоста пережили не все: я-то отделалась мокрой юбкой, а вот Присс окатило с головы до ног. Зато малышу душ из сияющей материи понравился. Он снова трясся, беззвучно хохоча и строя лукавые глазки всем вокруг.
– Он крошечный. И милый, – убеждала я русалку. – И даже не орет.
– Да и что может случиться? – заискивающе вторила мне Присцилла. – Клыков нет, ядом не плюется… Наверное.
– А чем его кормить?