Елена Клещенко – Настоящая фантастика 2014 (страница 8)

Наконец я снова увидела перед собой деревья, проползла еще немного вверх, цепляясь за корни, и обнаружила, что тропа из почти вертикальной стала почти горизонтальной.

– Ну вот и добрались, – радостно сообщил Лева. – Теперь немного осталось.

Тропинка, пронзавшая дубовую рощу, оказалась короткой: пройдя метров двадцать, мы оказались на широкой равнине, похожей на большое зеленое блюдце, по которому были разбросаны обгрызенные кусочки сахара – ноздреватые белые камни.

– Здесь под нашими ногами целый лабиринт, – пояснил Лева. – Каждый камень – это пещера, которая еще не вскрылась. А в них запас грунтовых вод для всего поселка – с другой стороны горы родники, потом я вас туда свожу.

– Звучит необыкновенно ободряюще, – проворчала я себе под нос.

– Вам обязательно нужно спуститься в пещеры, когда все закончится. – Лева просто лучился оптимизмом. – Это незабываемое зрелище. Галереи, подземные залы, озера с прозрачной водой! Красота, которая не была создана для человеческих глаз. Пойдемте, когда все закончится.

Я сразу увидела спасателей и сержанта Роджерс среди них (неужели и она поднималась по этой тропе?). Они спокойно сидели полукругом между камней, покуривали, тихо переговаривались – ни дать ни взять туристы на прогулке. Но под рукой у каждого было оружие, причем не револьверы полицейских, а настоящие винтовки. Это меня удивило: никогда не слышала о том, чтобы спасателей вооружали.

Чем ближе я подходила, тем понятнее становилось, что отряд только кажется спокойным. Они не повышали голосов, но в тоне была ясно различима агрессия. Сержант Роджерс спорила с одним из спасателей – высоким седовласым мужчиной с худым загорелым лицом, орлиным носом и гладко выбритым твердым подбородком, при виде которого мне сразу пришла в голову невесть откуда взявшаяся фраза «благороднейший старик».

– …Совершенно недопустимо! – сказала сержант Роджерс, как только я оказалась достаточно близко, чтобы различать слова.

– Вы решитесь повторить для протокола? – невозмутимо, но с явной угрозой в голосе поинтересовался «благороднейший старик». – Что именно недопустимо? Обеспечить максимальную безопасность моим людям?

– Безопасность – это наша цель, – отступила сержант Роджерс. – Но, Вальтер, я прошу…

Клянусь, она произнесла именно это слово: «прошу». Начальник городской полиции – спасателю. Пусть даже командиру отряда, судя по тому, как на него смотрела вся одетая в хаки команда с винтовками.

– Мэри, здесь доктор Фишер, – Лева, видимо, решил, что нужно вмешаться, и заработал тяжелый взгляд старика.

– Доктор Фишер? – быстро переспросил тот, не дав сержанту Роджерс вставить ни слова. – Что ж, еще одно мнение нам не помешает. – Он смерил меня взглядом. – Как вы полагаете, доктор… Наш выскочка, судя по всему, залег глубоко в этой пещере. – Он ткнул пальцем в темное пятно на скале метрах в пятидесяти от нас. – Я предлагаю, не подвергая никого ненужному риску, воспользоваться гранатами объемного взрыва и, так сказать, похоронить проблему. Но наша мадам полицейский возражает, хотя сама не может ничего предложить.

– А у вас есть такие гранаты? – удивилась я. – Откуда?

Вальтер усмехнулся, вздернув правый уголок рта. Я заметила на его левой щеке перед ухом тонкий неровный шрам, а также то, что левая половина лица менее подвижна. Похоже, в молодости он крепко дрался и не боялся боли.

– Откуда, не ваше дело, доктор. Это мы с мадам полицейским давно решили. Лучше скажите, вам больше понравится, если я пошлю своих людей в пещеру, чтобы выкурить оттуда парня, а он устроит тарарам? И скажите, каковы шансы, что он его не устроит? Он сейчас бешеный, зол на всех и не контролирует себя, а мадам Роджерс просит обращаться с ним, как с хрустальной вазочкой.

– Могу я взглянуть поближе на вход в пещеру? – попросила я.

Вальтер удивленно вскинул брови, но кивнул.

– Желание дамы – закон. Клавдия, детка, дай-ка доктору свою пушку.

Одна из спасателей – женщина лет тридцати, одетая почему-то в темную длинную юбку прямо поверх штанов и темный же платок, скрывавший почти все волосы, кроме выбившейся на лоб белокурой пряди, – протянула мне снайперскую винтовку с оптическим прицелом.

– Смотрите вот сюда. Не бойтесь, она на предохранителе. Не выстрелит.

– Спасибо.

Я «прицелилась» в темноту пещеры. По правде говоря, я ничего не планировала увидеть и придумала эту отговорку, чтобы потянуть время. Мне все еще не хотелось втягиваться в спор между сержантом Роджерс и командиром спасателей, который явно начался не сегодня и закончится не завтра. Но вдруг в темноте я заметила едва уловимый блик. Что-то белое мелькнуло у самого входа в пещеру, как будто кто-то на мгновение выглянул из-за поворота коридора и тут же спрятался. Но, возможно, мне это только показалось. Я ведь не охотник и не следопыт.

– Так что скажете, доктор? – наседал Вальтер. – Можем мы рисковать…

– Не думаю, что доктор Фишер должна… – вступился за меня Лева.

А я уже не могла удержать свое воображение. Внезапно я увидела нас со стороны. Нас всех. Как будто огромный макет горы. На ее вершине маленькие человеческие фигурки, пещера, уводящая вглубь, в тот самый лабиринт, о котором рассказывал Лева. Галереи, залы, озера… И маленький человечек, прячущийся в темных коридорах. Ему холодно, он напуган, не понимает, что с ним происходит. Ему кажется, что он бредит…

– Почему мы до сих пор живы? – спросила я.

– Что? – Вальтер встал и шагнул ко мне, так что я хорошо смогла оценить разницу в росте. – О чем вы, доктор?

Лева тоже придвинулся на шаг, встав за моей спиной.

Но мне было уже плевать на их самцовые игры – я увидела всю картину полностью, в том числе то, что спрятано между линий, как на заданиях в детских журналах. «Найди собачку». Я их в свое время нарешалась в больнице до одурения.

– Почему он еще ничего не сделал? Не обрушил гору вместе с нами? Не смыл нас огромной волной? Не снес смерчем? Что ему мешает? Он ничего не сделал девушке, только оттолкнул и убежал. Не попытался преследовать ее. Не напал на родителей, а у него наверняка было что им предъявить. Он все еще пытается сдерживаться. Он все еще ребенок в беде, а не стихийное бедствие.

– И где гарантия, что от ваших гранат не сдетонирует вся гора? – сержант Роджерс точно выбрала время, чтобы подать реплику.

Вальтер промолчал, изучая лица своих подчиненных. Потом сплюнул.

– Делайте что хотите, но в пещеру я людей не пошлю.

– Может, попробуем выманить Курта? – осторожно спросила Клавдия. – У нас есть ампулы с фенокаином, – пояснила она мне. – Расстояние здесь небольшое, мне нужно всего мгновение.

Вальтер нахмурился.

– Как выманим? Покричим «цып-цып-цып»?

– Если позволите, я попробую, – предложила я. – Успела изучить его сексуальные предпочтения. Можно сыграть в «секс по телефону».

3

Клавдия выглядела шокированной. Остальные спасатели заулыбались – им тоже не хотелось лезть в пещеру. Но и идея взрывать ее не нравилась. А тут – умирать, так с музыкой. И обеспечивать им развлекуху должна я. Сама вызвалась. Думала отсидеться, дура с пространственным мышлением? Ага, надо было себя лучше знать. Развели на «слабо», как малолетку.

– А он услышит? – встряла сержант Роджерс.

Честно говоря, она уже и меня начала раздражать. Решительно ничего нашу полицейскую мадам не устраивает!

– Услышит, – успокоил ее один из рейнджеров. – Там выше по склону есть колодец. В пещере будет хорошо слышно – мы всегда через него переговариваемся, когда в Лунную галерею спускаемся.

– Раз спелеологи дают добро, Крис, я возражать не буду, – проявила наконец сговорчивость сержант Роджерс.

Вальтер демонстративно шагнул из круга, пошел расставлять своих людей на позиции. Почетное место в центре заняла Клавдия – она, кажется, была лучшим снайпером в команде.

Крис повел меня в обход скалы. С ее тыла обнаружилась широкая лестница, прорубленная в камнях.

– Часто ходите сюда? – спросила я.

Крис улыбнулся.

– Я свадьбу в Лунной галерее играл. Теперь думаю дочку крестить.

Понятно. Еще один турилла.

– Не страшно? – спросила я, сама не зная, что имела в виду.

– Да ничего, – ответил Крис сразу на все варианты вопроса. – Прорвемся. Вот и пришли. Ложитесь и ничего не бойтесь, я подстрахую.

Колодец был на самом деле узкой щелью, так что свет проникал в него едва на пару метров. Узкой-то узкой, а голова начинала кружиться, стоило взглянуть вниз и подумать, какой он может быть глубины. Но я послушно легла, втиснув голову между камнями. Мне было очень страшно. И дело тут не в глубине колодца и даже не в выскочке внизу. Дело в том, что представления о сексе по телефону и без телефона у доктора Фишер оставались весьма… э-э-э… умозрительными. И как ни смешно, но я боялась опозориться перед столь глубоко (во всех смыслах) женатым Крисом. Умереть девственницей – не беда, но умереть девственницей, изображая шлюху, – в этом есть какая-то запредельная ирония. Стоп, я, кажется, заболталась.

4

В общем, я легла животом на камни и начала завывать:

– Парень, ты слышишь меня? Я пришла к тебе. Я так давно тебя хочу, что вся мокрая там, между ног. И волосы у меня мокрые… рыжие волосы… потные пряди на висках. А кожа белая и тонкая, так что под ней видны все вены. У меня тонкие запястья и руки, и я так хочу ласкать тебя. Чтобы ты лежал подо мной неподвижно, расслабленный, а я касалась бы тебя нежно-нежно, сначала пальцами, потом сосками, потом языком…