Елена Клещенко – Млечный Путь. Номер 3, 2019 (страница 52)
- В 1986-1988--х годах. До меня и до того также добирались всякие "изобретатели". Они откуда--то узнали, что я что--то такое "сломал в квантовой механике", и они искали единомышленника. И несли чушь, при этом показывая образцы изделий на основе своих "замечательных" открытий. Например, изобретение "нового излучения", которое "ничем нельзя померить". Говорю: "Откуда вы знаете, что оно есть?" - "Его чувствует экстрасенс! Как только на него такой луч попадает - он вздрагивает". Причем все эти "изобретатели" работали в закрытых НИИ. Показывали мне образец своей "продукции" - генератор нового излучения. Устроен он так: "берем кристалл и возбуждаем". Спрашиваю: "Какой кристалл?" - "Да какой угодно! Например, кварц. Его возбуждаем и ставим свинцовые заглушки, чтобы из него ничего, кроме наших лучей, не выходило. А дальше мы ставим резонатор, настроенный на частоту магнитного резонанса в воде". Я говорю: "А какая это частота?" - "Я не знаю". После этого мне показывает идеально сделанный микроволновой резонатор, снабженный какой--то печатной электроникой - все очень основательно. Я вижу: действительно, люди работают. Спрашиваю: "Что вы с ним делаете?" - "А мы в этот резонатор помещаем, скажем, анальгин, и когда наш луч проходит через этот анальгин, он заряжает воду, и вода действует как анальгин". То есть они таким образом "производят лекарство". И главное, что анальгин при этом не убывает. Это было покруче Чумака! Потом я узнал, что и в нашем ГОИ уже давно делают голограммы лекарств, которые работают "лучше самих лекарств".
- Ею занимались в закрытом порядке. На ученый совет это не выносилось и от меня это скрывали. У меня была секретарша, которая мне выдавала секреты. Но это уже потом было. А тогда я боролся с этими отчетами. Потом получаю приказ о том, что наш институт включен в новую работу, которую объявил Совет министров СССР, - планировался общесоюзный проект, в котором должны были участвовать большинство "номерных" институтов и множество институтов Академии наук. "Спинорная техноло-гия и биоэнергетика. Совершенно секретно". И я должен в это включиться! Прочитал все указания и понял, что это - та самая ахинея, которую я до сих пор пытался разоблачить, но только в новой упаковке. И оказывается, что это уже постановление правительства.
- Да. И я тут же написал министру письмо, что все это - ахинея, что нет никаких "новых частиц", "новых полей" и "новых лучей". В итоге - ни ответа, ни привета. А потом меня пригласили на какое--то новое инструктивное совещание, где я услышал нечто неописуемое! Какой--то относительно молодой человек, примерно моего возраста, нес что--то сногсшибательное. Откуда знал, что это все ахинея? В то время я как раз поддался некой западной моде и искал новые силы. Было известно, что есть четыре фундаментальных взаимодействия. Но были мечтания открыть какое--нибудь новое, пятое взаимодействие, которое до сих пор ускользало от нас из--за его слабости. Скажем, попробуем измерить гравитационное притяжение на очень маленьких расстояниях. Может, найдется отклонение от закона квадрата расстояния. Очень интересно. Но ясно, что если до сих пор не найдено, то искать надо что--то жутко слабое, очень малые отклонения. Я в начале 1980--х годов организовал эксперимент по поиску немагнитного взаимодействия спинов электронов и ядер - именно гипотетические взаимодействия такого типа и подразумевались под словами "спинорные технологии". (Потом они стали не менее красиво называться "торсионными".) Так вот, в этих экспериментах было показано, что если такое взаимодействие между спинами и существует, то оно на 11 порядков слабее магнитного взаимодействия между спинами. (Это была работа с кооперацией трех учреждений - ГОИ, МГУ и ЛИЯФ.) А тут этот человек заявил, что им найдена новая сила, которая не то что слабая - она вообще превосходит все остальные. И мы будем сшибать ракеты, будем качать энергию из ничего - из вакуума, будем уничтожать живую силу противника, а своих людей, напротив, лечить! И в этом постановлении правительства было указано более 40 пунктов применения новой силы. При этом утверждалось, что великому открытию "спинорных полей" уже 30 лет и страна переходит к широкому внедрению "спинорных технологий" во всех отраслях обороны и народного хозяйства.
- Оказалось, что Академия наук в этом деле давно участвует. "По секретной линии". Я спрашиваю у Прохорова: "Как вы могли такое подписать?" А он отвечает: "А деньги не пахнут".
- Да. Но за это получали живые деньги, а настоящей науке денег всегда не хватало. Подписываешь карточку на 20 миллионов рублей, а через год от тебя требуют всего ничего - бумажный отчет. Некоторые в своих отчетах врали. А некоторые писали как есть. А заказчикам не так важно. Им важно было получить отчет, подписанный академиком. Я даже не знаю, на чем они больше зарабатывали. Потом мне объяснил один из заместителей директора ГОИ, как получить финансирование новой темы. Надо договориться в министерстве. Тебе дадут на тему 20 миллионов на год, а ты должен принести назад чемодан налички.
- Новое время внесло в эту советскую практику новые прагматичные черты. Если раньше был чемодан налички, то потом появились счета в зарубежном банке. Открой счет или переведи на такой--то номер. И раньше все это было, но кустарно. Тогда начальники, распределявшие деньги, мало зарабатывали на этом. В чемодане с наличкой могло быть 10-20% "отката". Ну, еще дополняли канистрой спирта, привезенной в министерство. Это мне по секрету рассказали, я ничего не знал.
Возвращаюсь к рассказу. Я это дело так не оставил и поднял шум. Мне удалось докричаться до тех, кто принимает решение. Министерство оборонной промышленности все время мои реляции заметало под ковер, не хотело разбираться. И я тогда, увлеченный перестройкой, "вывалил" все это на Общем собрании Академии.
- В 1990--м. В то время президентом АН СССР был Гурий Марчук. Его очень напугало мое выступление. Потому что я говорил, что всей этой лженаукой занимается КГБ. Но тогда действовал демократический Верховный Совет, в котором депутатом был Виталий Лазаревич Гинзбург, и он предложил это дело расследовать на комиссии по науке в Верховном Совете. И заодно в Бюро Отделения общей физики и астрономии. Я и там, и там давал показания. Было принято несколько постановлений "о недопустимой практике". Оказалось, что и наше отделение замешано в этом деле. Было решено "привлечь" и "расследовать", но все ушло в песок, потому что очень скоро случился путч. Было уже не до того. Исчез Государственный комитет по науке и технике, который заправлял всей этой аферой. А вся публика, которая этим занималась, финансировалась по всяким скрытым статьям бюджета. "По спецтематике". И эта публика стала организовывать венчурные предприятия и заниматься этими частицами, полями и прочими уже для лечения граждан. Уже не для сбивания ракет.
- Совершенно верно. Когда они совсем распоясались, через несколько лет В. Л. Гинзбург предложил это дело снова вытащить на свет и организовать Комиссию РАН по борьбе с лженаукой.
- Нет, еще до этого. Он был таким "главным физиком" нашего отделения, очень уважаемым человеком, а председателем Комиссии назначили Эдуарда Павловича Круглякова. Он тут же взял меня к себе, не то что заместителем, тогда никакой структуры еще не было, а просто записал меня в эту Комиссию.
- Не знаю. Он был тогда "молодым академиком", его только--только избрали. Он был энергичен, очень в это дело "врубился" и со мной постоянно был на связи по электронной почте, давал мне какие--то задания: идет такая- то конференция, сходите, потом мне напишите. Сначала мы как комиссия ничего не публиковали, он писал только свои книги - "Ученые с большой дороги", три тома были изданы. А с 2006 года стали издавать бюллетень "В защиту науки". В первый же номер Кругляков попросил меня написать большую статью о лженауке. А я до этого "оскоромился" тем, что написал в "Науку и жизнь" статью под названием "Теневая наука", где не называл имен ("Наука и жизнь" боялась что--нибудь разгласить), но после этой статьи дядя, который уже ушел из президентов, позвонил мне и сказал: "Мне звонят, что ты что--то такое написал, что тебя выгонят с работы. Я не знаю, смогу ли что--нибудь сделать". Меня вызвали к министру. Мою статью опубликовали в 1991 го-ду в январском номере. Она в министерстве была воспринята как предательство. Я ожидал, что меня снимут или даже посадят. Но произошел путч, и с меня все обвинения слетели. (Более подробно эту историю я рассказал в бюллетене "В защиту науки" No 22, который доступен на сайте РАН.)
В 2019 году весь мир отмечал юбилей первой высадки на Луну экспедиции "Аполлон-11" [3]. К этой дате в России вышло несколько переводных книг, посвященных американской лунной программе, а издательство АСТ выпустило научно-популярную книгу "Луна. История, люди, техника. Книга первая" российского автора Павла Шубина. Сейчас Павел не только работает над вторым томом, но и подготовил для энтузиастов приложение-сборник "Программа "Аполлон" в секретных советских документах", обобщив недавно рассекреченные архивные данные. О том, какие материалы можно будет прочесть в сборнике, почему финансирование на издание приходится искать с помощью краудфандинга, и о будущих планах корреспондент "ТрВ - Наука" Александр Хохлов побеседовал с Павлом Шубиным, математиком, историком космонавтики.