Елена Кисель – Серая радуга (страница 15)
— По периметру стоят артефакты против атак с воздуха.
— На это и был расчет, когда нас атаковали.
— То есть вы свалились сюда специально? — глаза завуча угрожающе сузились, и Кристо почувствовал, что сердце опять спускается к коленям.
— Мы долетели сюда специально, — уточнил Макс. Машинально он похлопал дракона по морде.
Бестия бросила настороженный взгляд на Дару, потом вопросительный — на Кристо.
— Ага, — сказал тот, — на нас тут вроде как навалились в воздухе. Не драконы, поменьше твари, с кожистыми крыльями.
— Смахивают на гигантских птеродактилей, — подтвердил Макс. — Пытались сбить, и им это почти удалось.
— С кожистыми крыльями?
Завуч нахмурилась, но сердце у Кристо мало-помалу начало возвращаться на место. Авось, и не прибьет. У Бестии был такой вид, будто сердится она не на них.
— Мишенью были вы?
Дара впервые открыла рот, но сделала это по делу:
— Судя по всему, пытались сбить дракона. Вы знаете, что это? Это нежить?
— Не твоего ума дело, — осадила Бестия, — всадники у них были?
— Вам-то какая разница, — огрызнулась Дара. Бестия взглянула на Макса.
— На одном был точно, — отозвался тот. — Это не может подождать?
Бестия не ответила, отодвинула его в сторону и обошла вокруг нелепого дракончика-«Ниссана». Пробормотала что-то вроде «это становится интересным», потом сделала пару пассов артемага, хмыкнула, и развернулась на каблуках в сторону праздника.
— Сегодня День Витязя, — заметила она напоследок. — На гуляниях сейчас все. Приведите себя в порядок и присоединяйтесь. Советую избегать Зерка, если не хотите длинных воплей о попорченных кустах. Я пришлю кого-нибудь присмотреть за драконитом.
Возвращалась Бестия даже быстрее, чем шла к ним. Боевая тройка безмолвно смотрела ей вслед.
— Каждый год такой прикол? — спросил потом Кристо, трогая ушибленную скулу.
— Не настолько, — пробормотала Дара. — У нее, конечно, улучшается настроение в День Витязя, но чтобы оставить нас без наказания — это просто…
— Угух, и я так подумал, — Кристо поискал взглядом Макса, но Ковальски уже отправился ко входу в артефакторий и успел умотать достаточно далеко. — А тебе не кажется, что она вроде как… ну, поглядывает на Макса?
— А? — Дара уже поднялась на цыпочки, высматривая Экстера Мечтателя.
— В этом самом смысле. То есть, конечно, на словах она: «Иномирец! Ща твой рост уменьшится на голову!» А вот нет-нет, да как-то и…
— Да? — Дара обернулась к нему с такой надеждой, что Кристо стало плохо. — Ты точно видел?
— Во припадочная, — пробурчал Кристо и подергал ее за рукав. — Неточно-неточно, всё, хорош вытягивать шею, директор тебя не видит. И вообще, ты сама-то на себя посмотри, в каком ты виде?
Дара осмотрела себя лунатичным взглядом и поинтересовалась глазами: а что не так?
— Кристо, такое не говорят девушкам! — весело возмутилась Мелита, подбегая к ним вместе с Хетом. Нольдиус заявился чуть позже, не растеряв солидность и с вопросом на устах:
— К какой породе относится зверь?
— «Ниссан», — недружелюбно ответил Кристо. — Сами вывели. Сейчас сдадим кому-нибудь, а там можешь над ним опыты ставить.
Нольдиус пришел в щенячий восторг. Тоже, личность. Выше Кристо на полторы головы, в плечах — косая сажень, лицом тоже уродился, чего надо еще? Нет, считает себя самым умным, а через это и лезет во все щели, вот и теперь первым делом попер дракона осматривать. Мелита обиженно надула губки.
Очень скоро за драконом явился Фрикс с похоронным лицом. Хотя приветствовал всех в обычной дружелюбной манере:
— Дара, Кристо, мы вас узнали еще на подлете. Никому другому в голову такое бы не пришло. Отличного зверька себе завели, из внешнего мира притащили? Чистая работа, Магистрат изойдет на свитки предписаний и штрафов. Давайте объясняйте, а то я с драконами лажу не очень, но… э-э… Фелла вежливо попросила.
Как же, попросила. Небось, припомнила в подробностях тот эпизод, когда Фрикс с сестрицей «боролись со злом» во время боевого рейда.
Фриксу хватило одного слова — «драконит». Артемаг просветлел и беспечно заявил:
— А-а, ясно, посмотрю, что можно сделать. Обратная трансформация, ясное дело, невозможна, раз пока форму не потерял. Но я посмотрю — либо заблокирую нити подпитки, либо наоборот — подкормлю зверька, пусть будет на радость экспериментаторам. А вы можете идти веселиться, я уж тут как-нибудь сам.
Ковальски бы сказал, что в его жизни и так слишком много веселья. Но для подростков такого понятия просто не существует.
Глава 5. Конец бала
Кристо нежданно-негаданно очутился на вершине блаженства. Успел, стало быть, отловить несколько особенно вкусных подносиков; да ещё ему издалека кивнул сам Оранжевый Магистр; да девчонки не давали прохода — ну, кроме пяти-шести тех, с которыми он малость на свиданки ходил, в перерывах между рейдами. Эти, кажись, строили какие-то планы мести, но за праздником он на это не обращал внимания и пока что (самое важное!) танцевал с Мелитой.
До упаду и боли в ногах, потому что Мелита просто летала по воздуху, успевала ещё напевать, и ей не приходилось сегодня летать на драконах. Грохаться вместе с драконами с небес ей нынче тоже не приходилось.
— Ну дык… дела-то как? — приходилось перекрикивать задорную, журчащую отовсюду музыку, но Кристо справлялся. Мелита в вихре танца отозвалась весело:
— Как всегда лучше всех. Завалила десятую квалификацию. Теперь по внешнемирью.
По внешнемирью квалификацию завалить было трудно, но Мелита на завалах специализировалась. Она искренне хотела стать действующим артефактором, но пока не дошла даже до практических заданий.
— И что ты выдала Гелле?
— Ну, она не согласилась что во внешнем мире дракси можно подзывать свистом! Если б меня хоть раз выпустили за Кордон, например, с вами, я бы, наверное, сдала квалификацию… привет, Нольдиус!
Бледная и академически серьезная физиономия практиканта мелькнула перед ними в тридцатый раз. Нольдиус торчал на краю поляны и смотрел на танцующих то ли тоскливо, то ли неодобрительно. Вокруг него жались поклонницы из практёрок.
— Заболел, что ль? — крикнул Кристо.
— Не-а! Серьезность не позволяет. Если он танцует — все будут думать, что он просто красавчик-ловелас, здрасьте, Фрикс!
Артефактолог без церемоний шагнул в общий круг танцующих — этот никогда не страдал от лишней серьезности.
— Вы уже справились с драконитом?
— Куда там! — с хохотом ответил Фрикс, выкидывая коленца. Его свободную рубашку цвета бирюзы развевал ветерок. — Связь с предметом — на заглядение. А пробуешь остановить подпитку и пройтись по энергоуглам — он зубами щелкает и дышит, когда дышит — страшнее. Чем вы его спаивали, признавайтесь?
Музыку перебил далекий старческий вопль и испуганное «Би-и-и-и?!». Фриксу пришлось выскочить из круга танцующих.
— Ох, лихо, вот и Вонда познакомился со зверушкой… побегу спасать!
— Вонду? — дружно крикнули ему вслед.
— Зверушку! — захохотали безжалостные практёры. Они не обращали внимания на то, что спиртное на этом празднике только для взрослых (спрашивается — а маскирующие артефакты на что?), и умудрились хорошо поднять себе настроение. За что и поплатились через секунду.
Из ближайших кустов выросла черная фигура и ближайший практёр испустил хриплый вопль умирающего:
— Смерть! Это смерть моя!
— Ну, разумеется, — мягким и жутким голосом отозвалась фигура из-за капюшона, — И если ты, Стамак, еще раз попытаешься пробраться в Провидериум — ты поймешь, как был прав сегодня.
И Гробовщик, которому с чего-то вздумалось вылезти из возлюбленной Особой Комнаты, прошаркал прямо через расступающиеся перед ним ряды танцующих дальше, к ограде.
— Что это ему взбрело? — удивилась Мелита.
— Ну, праздник… может, погулять пошел?
Ляпнул. Но как тут скажешь что-нибудь умное, когда в голове — полный набор правил Дары: не ругаться, не чесаться, не плеваться, не сморкаться, не… Холдоновы портки! Его будто по рукам-ногам сковали.
— Гробовщик гуляет? — усомнилась Мелита. — Да в последнее время он и не появлялся, мы уж думали — помер… радовались вот. Надо бы пойти да посмотреть — куда это он?
— Можно же Хета послать…он сейчас данный момент он на другом конце сада расписывал кому-то пикантные новости из личной жизни Зеленого Магистра. Ладно, танец все равно кончился. Кристо двинулся за Мелитой, по пути торжествующе оглядываясь на Нольдиуса. Тот, конечно, решит, что они пошли уединяться — ха, вот и пусть мучается, пижон!
Путь за Гробовщиком проделывали осторожно, стараясь получше скрываться за зарослями — сперва жасмина, потом сирени, потом магнолий. По пути пришлось потревожить несколько зажимающихся парочек и обогнуть три-четыре площадки для поединка. Попутно посмотрели, что делается в остальном саду, и увидели, как Оранжевый Магистр танцует с Феллой Бестией и радуется жизни всё больше и больше (у Бестии на лице было ясно выписано: «Только в честь этого праздника»); как Экстер Мечтатель уже опять читает кому-то стихи, а на него издалека тоскливо поглядывает Дара…
— Злое дело любовь, — вздохнула Мелита.