Елена Кисель – Расколотый меч (страница 6)
Ситуацию разрешил Йехар с подходящим к ней выражением лица классического спасителя миров.
— Если никто не будет возражать тому, то мы, как Поводырь, — он мельком взглянул на свою руку, проверяя, там ли знак главы Дружины, — просим вас предоставить нам какое-либо убежище, дабы рекруты Арки смогли бы отдохнуть и собраться с силами для предстоящей миссии…
Приветливое выражение с лица Игнатского будто мокрой тряпкой стерли. Макаренко же и раньше не отличалась приветливостью, а уж после этих слов ощетинился даже ее классический костюм. Нейтралы начали в темпе отступать, бережно утаскивая за собой бесчувственного Олеандра.
Обычная реакция нашего начальства, если дело касается просьбы о материальных благах, так что я даже не удивилась.
Но все-таки… моя квартира! О, моя несчастная квартира!
Глава 3. Проблемы с пунктом прибытия
А может, всё было не так уж и плохо?
Имею в виду мою жизнь в этом году. Спокойную такую жизнь, не омраченную присутствием в ней этих четырех экземпляров. Ну, подумаешь, пришлось пройти курс реабилитации после предыдущего призыва, подумаешь, ползала по полесским болотам, отлавливала затихарившихся стихийников! Подумаешь, наконец, Игнатский заявил, что раз теперь я в некотором смысле уникум — пора подтягивать учебу, а лучше вообще все сдавать экстерном и защищаться на мастера!
И даже то, что меня решили на полставки устроить целителем в наш сектор медобслуживания (чего я избежала только по причине появления Арки в третий раз) — и это тоже мелочи!
Когда через сутки после нашей эпичной встречи с нейтралами мы шли к Арке, чтобы пройти в очередной мир, я чувствовала себя постаревшей и помудревшей. И поседевшей — немного. Еще я чувствовала, что многих глупостей нельзя делать в этом мире, но одна из главных — запирать Дружину в полном составе в моей двухкомнатной квартирке.
Ибо случается так, что на кухне у тебя — алхимик с поварешкой комментирует твои продукты; в гостиной (хотя какая гостиная? Комната с телевизором!) светлый странник критикует современные передачи; ты пытаешься от них сбежать в ванную; дверь в нее распахнута настежь, и в ванной Виола любовно натирает твоим шампунем свой арбалет…
Заметьте, я описала самый мирный вариант развития событий, и в нем не было Эдмуса.
— Что? Я не знал, что это колдовское питье так действует на спиритов!
— Ряженка! Это была банальная ряженка! А вы в своем мире лакаете то, что страшнее тройного конька Веслава!
— Вы — опять? Оставьте в покое меня и мой… алхимию! И не доливал я ничего в эту вашу ряженку, в сотый раз говорю, у него странная реакция на молочнокислое брожение.
Иногда алхимик любил преуменьшать. В этот раз беспощадным преуменьшением стало слово «странно».
— Эдмус, притязания Ольги справедливы, — вмешался Йехар надлежащим суровым тоном учителя средней школы. — Ты знал, что мы не должны никому показываться, знал, что, несмотря на наложенные мороки, нам лучше не выходить из этой квартиры — и вместо того, чтобы воздать Ольге за гостеприимство должным образом, ты напился… ну, ряженки… и был, кстати говоря, весьма невоздержан во хмелю.
Эдмус только застонал сквозь сжатые зубы. Ему с трудом припоминались события четырехчасовой давности, а голова все еще ныла, несмотря на то, что средство для опохмелки мы нашли час назад. И никакой алхимии: молоко замечательно подошло.
— Да я же только вышел на этот выступ… балкон, да? Подышать свежим воздухом…
— А истерика у моей соседки снизу и у ее собачки — так, побочное действие дыхания?
Илоне просто на роду написано сталкиваться с Эдмусом. Прошлый эпизод благополучно стерли из ее памяти — так нет же, ей нужно было начать мыть окна в самый раз, когда Эдмус стоял на балкончике. Еще и музыку включила.
Спирит, который музыку любил и у которого реакция на ряженку значительно ослабила и без того слабые тормоза, незамедлительно спустился к окнам Илоны и радостно поприветствовал ее словами:
— Здравствуйте, а как там ваша собачка?
А в ответ на вопль: «А-а, кто ты такой?!» — скромно представился:
— Я Бэтмен. Как, однако, забирает это питьё…
И спасибо еще, он был под мороками, а то нервный срыв у моей соседки мог быть серьезнее. Но и видеть, как к тебе в окошко влетает пожилой респектабельный господин в солидном пиджаке и так представляется…
Ребята из отдела нейтралов, которые прибыли по тревоге, сначала полчаса покатались от смеха и только потом взялись за стирание памяти и соседке и собачке.
— «Бэтмен»! Откуда ты таких слов набрался?
— Из тел-еви-зора, который смотрел Йехар.
Странник густо покраснел и с оскорбленным видом залязгал клинком в ножнах.
— Как может защищать невинных человек-нетопырь? Да он вообще на моона похож!
Понятно. Просмотр в профессиональных целях.
Чем я гордилась втихомолку, так это тем, что даже в том нереальном кавардаке, который учинили в моем жилье остальные дружинники, мне удалось собраться более тщательно, чем в прошлый раз. Привыкать начинаю, наверное.
Я даже захватила с собой зубную щетку, отсутствие которой доставляло в прошлых двух походах массу неудобств. Чистить зубы листьями или полировать тканью — это, доложу я вам, удовольствие не из приятных. А когда я попыталась воспользоваться изобретением Веслава в этой области — мне показалось, что я набрала в рот соляной кислоты.
— Растворяет все органические вредные соединения, — помнится, пояснил тогда алхимик. — На эмаль не влияет.
Мой язык как раз чувствовал себя в ту минуту растворяемым органическим вредным соединением. Так что больше я не рисковала.
И теперь мы шли к Арке уже шагом бывалых профессионалов, игнорируя взгляды ребят из оцепления, а Йехар пытался вполголоса просчитать все, к чему мы должны были быть готовыми сразу же по прибытии в новый мир.
— Эдмус, взлетай непременно, едва окажешься там. Мы с Глэрионом будем готовы на случай нападения… ну, или темноты. Ольга! Если мы попадем в реку или болото, тебе доведется оказать нам ту же помощь, что и в прошлый раз, поэтому будь предельно внимательна. Алхимик…
— …готовься травить всех без разбору?
— Ни в коем разе, и уж мы знаем, что к этому тебе готовиться не нужно. Приготовься удержать пантеру, если вдруг Виола…
— Я гораздо лучше контролирую свои сущности теперь! — вскинулась оскорбленная триаморфиня.
— Да, но всем нам известно, как на тебя влияют переходы.
— Поэтому все — первым делом ищите глазами дерево! — напомнил спирит с сверхзаботой в голосе.
Но чем ближе была Арка, тем меньше становилось разговоров. Последним традиционно умолк Эдмус, который вслух анализировал возможность изготовления ряженки в своем мире.
Первым, как Поводырь и как тот, кто просто больше всего смыслит в путешествиях между мирами, шагнул Йехар. После — Виола, а Веслав галантно пропустил меня перед собой.
Сразу же стало ясно, что традиция не нарушена. Деревьев вокруг нас было в избытке. Арке почему-то очень нравилось выбрасывать нас именно в лесах. Хотя это был не совсем лес. Скорее, роща: деревья задумчиво шуршали листвой.
И на первый взгляд это был достаточно дружелюбный мир. Теплый, с глубоким синим небом и мягкой, чуть потускневшей травой под ногами. Стояло самое начало осени, и на деревьях уже было достаточно желтизны, но тень они отбрасывали все еще густую. Недалеко журчал ручеек. Ближе к нему россыпью на траве цвели незнакомые осенние цветы. Словом, при виде этого мира менее всего хотелось к чему-то говориться или хвататься за оружие, или хоть эмоции отрицательные испытывать.
— Не может быть.
Хотя некоторые из нас так не считали.
Йехар судорожно оперся о ствол ближайшего дерева. Вид у странника был обморочный, и на все окружающее он смотрел так, будто перед ним предстала совершенно нереальная картина, а не вполне такая миленькая полянка.
— Этого просто не может быть… столько лет…
Он сделал шаг, вытянув вперед руки, как слепой — и упал на колени в траву, сжимая ее в горстях. «Не может быть» он все еще продолжал повторять, но эти слова звучали все более и более сдавленно: светлый странник плакал.
Мы стояли рядом и молчали. Мы знали историю рыцаря и понимали: только один мир может вызвать у него такую реакцию.
Тот, в который он никогда не должен был вернуться при жизни. Несмотря на все свои странствия.
Но очевидно было, что Арке начихать и на это условие.
— Четвертое правило, — пробормотала Виола слова, которые со временем начинали уже звучать в наших устах как ругательство.
Остальное решает Арка. Нужно сказать, иногда она принимает такие оригинальные решения!
** *
Мы дали страннику десять минут, чтобы прийти в себя. Надо отдать емудолжное, он справился за пять, и, когда подошел к нам, лицо его не выражало особенного счастья. Как раз наоборот: на нем была печать задумчивой печали. Следы слез смотрелись на общем фоне очень органично.
— Ты точно уверен? — выпалила Виола, не дожидаясь извинений или пояснений.
— Я видел это место сотни лет в своих снах, — отозвался рыцарь тихо, — да, я уверен.
Кажется, он ожидал от своего мира большего при такой встрече. Или от себя.
— Значит, ты теперь Поводырь не только по Дружине?
— Да, Эдмус, да… — потом рыцарь уловил намек, встрепенулся и заговорил более живо: — Здесь недалеко должен быть дворец домина, где я когда-то был начальником стражи, и мы могли бы там узнать, что нам нужно… если, конечно, его еще не сравняли с землей время и войны.