Елена Кисель – Расколотый меч (страница 18)

— Может быть, кто-то натравливает их на нее? — предположил за спиной Стэхара тихий, опасно ровный голос нашего рыцаря.

Наследничек вытянулся во весь рост, как будто клинок проглотил, и побледнел. Верхняя губа у него странно задрожала и поползла вверх. Он вдруг начал очень сильно напоминать кролика.

— Видим, ты не оставил попыток получить медальон своего отца, — продолжил рыцарь. Поскольку уже видно было, что домиций оборачиваться не намерен, он сам обошел его и прислонился к массивному камню, скрестив руки на груди, сам тверже скалы, возле которой стоял.

Стэхар дальновидно сменил свое расхлябанное положение на напряженное. Практически принял позицию «на старт». Глаза его при этом не отрывались от руки рыцаря, которая небрежно покоилась на Глэрионе.

— И ты можешь подумать, что я мог так поступить со своей любимой сестрицей! — упрекнул он.

— Хотелось бы подумать иначе, учитывая то, что ты обязан ей жизнью после нашего боя. Но как видно, благодарность твоя… коротка.

— Прошло два года, — напомнил Стэхар, — и я не молил ее тогда тебя останавливать.

— Так, может, стоит довести до конца то, что мы тогда не закончили?

Стэхар посмотрел рыцарю в глаза и понял, что если тот вдруг решит провести в жизнь то, чем грозит — бежать заведомо бесполезно. Домиций бросил теребить свой медальон и приготовился, если что, кричать.

— В порядке ли здоровье моей сестры?

Йехар с лязгом выдвинул меч из ножен наполовину.

— Я не натравливал на нее призраков! — попытался еще раз Стэхар, который понял, что еще пара неверных фраз — и кричать он будет разве что головой, разлученной с туловищем. — Я только…

— Запер дверь, — любезно подсказал алхимик. Он умудрялся быть гадом даже из состояния полудремы.

Стэхар начал пятиться, а Йехар — медленно двигаться вперед. Он резко побледнел и начал казаться вдруг непохожим на самого себя — в основном из-за выражения холодной ярости на лице.

— А ведь теперь ты можешь меня убить разве что ради ее взгляда, — отметил Стэхар, который понял, что либо Йехар остановится сам, либо его не остановит ничто, и теперь договаривал до конца. — На большее-то рассчитывать глупо, а? Ну, хотя многие и раньше сомневались, что домин соединит руку своей наследницы с рукой какого-то стражника. Скажи, а во время ваших тайных встреч вы…

Глэрион вылетел из ножен, зацветая пламенем, Стэхар сжался и закрыл глаза перед ударом, и в ту же секунду дунуло воздухом, а хриплый голос проговорил над ухом наследничка:

— Я ангел смерти и пришел взять тебя…

Патетичная фраза оборвалась на середине: домиций ойкнул и куда-то подевался. Мы даже не увидели, в какую именно сторону он удрал.

— До чего хороший день, — с умилением произнес спирит, — право слово, для полного счастья мне бы еще кого-нибудь из вас довести… совсем чуточку!

Он приземлился прямо на камень, на который опирался раньше Йехар, залихватски зацокав когтями. Перед балом спирит попытался укротить свои когтистые лапы ботинками, но ботинки не выдержали неравного поединка, и теперь из каждого высовывались по пять пальцев, увенчанных кокетливо отполированными когтищами. Для бала старался, наверное.

Вообще же у Эдмуса был самый боевой вид: парик его превратился в мокрую тряпку и сполз на левое ухо, на носу красовалась хорошая царапина, а изо рта высовывался клык, на который была кокетливо нанизана вишенка.

— Спасибо, что тебя домиций в таком виде не увидел, — пробормотала я. Шут обиженно затянул вишенку в рот, сняв ее с клыка длинным языком.

— А я и хотел, чтобы увидел. Специально вот готовился… похоже, что у меня зубы в крови, а? Решил повеселить окружающих и вас, между прочим, тоже, я ведь так понял, что если это была бы сказка — то он был бы нехорошим персонажем?

Йехар, который все еще мрачно смотрел на свой клинок, наконец упрятал его в ножны. Затем прислонился спиной к валуну и медленно сполз на траву. Он выглядел опустошенным и очень усталым.

— Сколько его помню — он всегда пытался получить медальон домина…Наследница престола пока что — Даллара, здесь наследуют по первородству… и он всегда прилагал все усилия, чтобы сделать ее жизнь невыносимой. Однажды даже перешел к прямым оскорблениям…

— На пиру два года назад? — уточнила Виола.

Йехар кивнул и не стал уточнять меру ненависти к брату своей Дамы. Может, здесь просто не было меры. Мы все хорошо знали, кто вступился за Даллару тогда и к чему это в конце концов привело.

— Сейчас она как? — это было потрясающей новостью, но Веслав в кои-то веки заинтересовался чьим-то самочувствием. Кроме своего собственного, которое он почитал чуть ли не важнее всего на свете.

Впрочем, Йехар не удивился — он был погружен в себя.

— Потрясена, но здорова. Столько лет выносить выходки Стэхара… это закалило ее, — он изо всех сил сдерживал нежность в голосе, но Эдмус за его спиной все равно старательно выполнил на камне инсценировку «смерть от передоза». — С ней сейчас Ксахар.

Последнее уточнение было сделано хмуро и уже без намека на нежность в голосе.

— Думаешь, ее обручение — тоже Стэхар и придумал?

— И нажил себе еще одного противника в виде возможного мужа сестры? Нет, это решение домина, — он потер лоб и пробормотал: — Однако мы не слышали об этом человеке, когда были в своем мире, и это весьма странно. Впрочем, чего не бывает. Все, что нам удалось о нем узнать — он богат и отважен, то есть…

— Начисто лишен мозгов, — вставил Веслав. — По сути, вы с ним похожи, но у тебя-то хоть опыт есть!

Йехар не услышал. К счастью, а то его рука так и лежала на рукояти клинка.

— Глэрион волнуется… — бормотал он. — Что-то грядет. Поклясться можем, Ксахар вскоре вызовет нас на поединок… что? — он удивленно оглядел, как вскочили мы с Виолой, а Эдмус приподнял голову. — Не волнуйтесь, просим вас… повторения не будет.

Мы вздохнули с облегчением, но тут Йехар договорил таким же отвлеченным тоном:

— Мы ведь опытные бойцы, так что вы можете не опасаться повтора арены Эдмуса…

Спирит, услышав такое, едва не помер по-настоящему.

— Моей? Моей?! Йехар, глянь-ка на их лица — похоже, они опасаются как раз того, что как-то случилось с тобой после поединка с этим Стэхаром.

— На сей раз мы никого не настроены миловать, — успокоил нас Йехар, сжав зубы. — И да, Веслав, не нужно кашлять из травы, я не забыл о том, что я Поводырь. Нужно расспросить население и придворных — этим займутся Ольга и Виола. А тебе придется…

— Хаос, — пробурчал алхимик в небо. — Опять в библиотеку!

Будем надеяться, Виола не вспомнит о нашем с ней маленьком споре.

Глава 8. Проблемы с местными

Глэрион волновался. Значит, что-то надвигалось.

Откуда и что — никто конкретно сказать не мог, за десять дней мы не продвинулись ни на йоту. Мы с Виолой честно каждый день ходили опрашивать население и даже достигли в этом кое-каких успехов: например, обнаружили, что домин не просто так хочет воевать с вампирами. Оказывается, те за последние годы распоясались, и не проходит недели, чтобы в окрестностях не появился новый покойник. Причем, кровососущие твари истребляли исключительно магическое население. Особенно дурно приходилось темным магам со стихией огня: почему-то вампиры считали их особенно лакомым блюдом. Виола мрачно подшутила по поводу «любят горячую пищу, гады», мне же было не до смеха. Ну, ладно, положим: то, что поблизости не шатаются маги огня, меня только радовало, поскольку как ни крути, а огонь — стихия враждебная, и из всех «палильщиков» я, сколько себя помнила, доверяла только одному. Йехару. Но ведь кроме огненных стихийников погибают и остальные, а местные жители все едины во мнении, что «кровососы, никак, все побесились».

Йехара мы смогли поймать с трудом, но он все же обмолвился, что вампиры, хоть и считаются нацией нежити, до сих пор в конфликты не вступали и вообще были редко замечены в чем-то подобном, и что надо было бы с ними связаться, с гадами этими, потому как они наверняка поблизости… Не успев договорить, Йехар оказался за порогом двери, и я с самой собой побилась об заклад, что направляется он по своему любимому маршруту последних дней — к двери Даллары.

Воздух вокруг жениха доминессы, едва тот взглядывал на нашего рыцаря, недаром начинал искрить.

От Веслава же можно было добиться разве что раздраженного махания руками и несвязного:

— Да… да… запишите и оставьте, я просмотрю… Хаос бы брал местных архивариусов!

Пребывание в местной библиотеке алхимик счел неудобным для себя и заседал в общей комнате, только вылазки время от времени совершал за новыми материалами и зверски ругал здешнюю непонятную систему архивов.

— Как бы тут не прибавилось привидений после его визитов, — заметила как-то раз Виола.

— А смысл? — ответила я. — Хуже не будет. Есть же Эдмус!

Эдмус после своего приключения с Бешеными Няньками получил титул Грозы Местных Призраков. Популярность его стала невероятной. То и дело у нашей двери обнаруживалась какая-нибудь рыдающая дамочка с просьбой освободить ее от Кровожадного Конюха, а то и от Неистового Повара. Эдмус надевал на лицо трагически-суровую маску героя и улетал освобождать — всегда успешно. Местные призраки боялись его больше, чем Йехара со всем местным священством в совокупности, и разлетались, кто куда. Правда, у Эдмуса хватило ума не приписывать себе эту заслугу.