Елена Кисель – Пастыри чудовищ. Книга 2 (страница 90)
Смотрит на меня. И медленно вползает под шапку совсем.
Будто я не знаю, что знатным охотничкам подавай «настоящую потеху». «Кабана-то может и «пустой элемент» завалить, — похохатывал отец, любуясь своим атархэ. — А вот яприля — ещё не каждый маг сумеет».
— В Заброшенных лесах не так уж пусто, — говорит Грызи терпеливо. — Животные туда забредают за пищей: можно поживиться корнями, грибами, шишками. Снежные антилопы и яприли приходят за ягодами. Хищники — за зайцами и кабанами. Кое-где в окрестностях серные источники — к ним собираются раненые звери. Да ещё Тёплое озеро. Туда даже одиночные альфины забредают время от времени.
Если там альфин, то охотнички — фаршик. Я такого красавца видела только раз, издалека: огромный, погладить — в прыжке вряд ли достанешь, пушистый… и кисточка на хвосте.
— Профессионалы? — если с этими придурками серьёзные охотники и егеря, животным может и не поздоровиться.
Грызи качает головой. Ну да, ехали-то развлекаться, а не на настоящую охоту. Каждую зиму кучу трупов таких вот развесёлых охотничков откапывают из снегов.
Пухлик поясняет дальше. Что свора собак у недоохотничков была, и даже неплохая. А слуг при них было мало — и то, больше обслуга, чем егеря. Половину обслуги они оставили на этих самых кораблях, когда двинули искать приключений на всякое. В Заброшье.
— Не зная местности, — уточняю. Похоже, тут и работы всего ничего: добраться до тел и дать сигнал тем, кто их погрузит.
Пухлик цветёт всеми цветами. На нём три шарфа, и все — то в пламени, то в кувшинках. А вон на том беспамятники. Нойя его, что ли, собирала?
— А вот здесь готовьтесь повалиться от изумления. Оказывается, единственный, кто знает местность — это тот самый Халлен Аграст. Потому что, видите ли, это вот уже четыре года как — земли его папашки. Охотничьи угодья. Знаете, как у аристократов Крайтоса водится: ты там, где потеплее, а угодья — где у зверей мех получше. И купил он эти земли, надо полагать, за бесценок.
Пауза обозначается разве что тем, что Мясник перестаёт изображать истукана. Поворачивает лицо и начинает кушать Пухлика взглядом. Неспешно. По кусочку.
Морковка выныривает из-под шапки — и как еще не задохся?
— Может, конечно, я повторяюсь… но зачем? У Скорпионьих гор дурная слава. Все эти легенды о белых скорпионах. О тайных орденах, которые ютились в той местности и убивали каждого, кто сунется. И сама Катастрофа Обнищания…
Дай волю Его Светлости — он про это самое Обнищание в красках распишет. Ещё и иллюстрации намалюет. Руками в воздухе. Он-то про это поэмы в своё время писал. И мне на мозги капал теориями в духе: оу, пы-пыщ, посмотри, из Кайетты уходит магия, рождается всё больше «пустых элементов», и нет сильных Целителей или Стрелков, да и из земли магия вытекает тоже — всё, нам конец, катастрофа, помрём.
Правда, пока это самое Обнищание коснулось только Алчнодола, который непонятно почему лет пятьсот назад так обнищал, что теперь магию прямо-таки жрёт. С Заброшьем всё не так гадко. Там что-то не так с водами — связь то сбоит, то её нет совсем, и в виры лучше не соваться, точно не туда вынесет. Ещё Дар на Печати использовать тяжело: тоже сбоит.
— Трудная местность, — шелестит Нэйш. — Неровный рельеф. Испарения, гул и Обнищание. Там теряют нюх ищейки. Сбиваются артефакты поиска. И не могут работать Следопыты. Верно, Мелони? Ты же там…
— Полезнее некоторых.
Вылез, тоже, знаток. Я его и без Дара уделаю. Грызи тоже так думает: когда Морковка начинает своё «кудах-тах-тах, но как же Мел тогда…» — она чеканит:
— Мел отлично читает следы и ладит с животными, Господин Олкест, за вас я вполовину не так спокойна.
Морковка дуется, Пухлик добивает аудиторию:
— Да, а я ещё не говорил, что поведение нашего клиента — выше всяческих похвал? Он, знаете ли, на коленях ползал, чтобы мы нашли его сыночку. При этом не обронил ни полсловечка о том, что у него там в угодьях — хотя уж поверить можете, мы пытались.
— Нужно было не брать дело, — хором выдаём мы с Его Светлостью. И удивлённо глядим друг на друга.
— Нужно было, — соглашается Грызи. — Он явно искал группу не из Крайтоса. Это тоже подозрительно.
Как и то, что он позвал варга, а не направил слуг или наёмников.
— В Крайтосе же тоже ковчежники, — вспоминаю, — две группы.
Грызи отвечает коротким, раздражённым жестом.
— Я пыталась с ними связаться, но они не очень-то желают делиться сведениями.
У Грызи нелады со своими. В общинах её считают предательницей из-за побега. Другие ковчежники нашу группу тоже недолюбливают. Потому что, видите ли, мы перехватываем у них заказы. И потому что в группе устранитель.
Задание — тухляк. Понятно без слов Пухлика.
— Понимаю, — отвечает Грызи на мой взгляд. — Но там счёт может идти на минуты. Может, кто-то ещё жив.
По тону её ясно, что она сильно в этом сомневается. И что сейчас начнёт своё вечное: «Идут только добровольцы, остальные сидят на подстраховке». Нет уж, подруга, выкуси.
— Что с местностью?
С местностью просто. Речная пристань. От неё по прямой на запад — десять миль до Скорпионьих гор. Между горами и пристанью — в основном лес. Гуще и реже. С валунами, зарослями терна и кустами кровяницы. Последние три дня там были снегопады, ночью тоже порошило. Стало быть, следы могло скрыть.
Есть несколько виров, но это без толку. Да ещё Тёплое озеро — это за две с лишним мили от пристани на юго-запад.
— Вот здесь, — отчёркивает Грызи пальцем, — на берегу Тёплого озера стоит зимний охотничий домик Аграста. Строился специально для таких поездок. Там припасы, спиртное. Очень может быть, что охотники свернули именно туда. Это нужно проверить. Лайл и господин Олкест, этим займётесь вы. Нэйш, присмотри. Мы с Мел пойдём по следу.
Нэйш отвлекается от окна и ухмыляется так, будто Грызи притащила ему давно желанный подарочек в честь Перекрёстков. Рыцарь Морковка давится возмущением.
Пухлик оглядывает их лица и завершает всё коротким «Боженьки».
— Что?! Но… госпожа Арделл, я прошу прощения… вам это кажется удачной идеей? Мы же понятия не имеем, что там — и идти по следу, который может привести в ловушку, только вдвоём, вооруженными кнутом и атархэ…
Шум воды — это «поплавок» всплывает из реки. Бурчит в своей кабинке Фреза: «Вечно понесёт их вир знает куды. Вон, лошадушки-то аж мимо пристани промахнулись». Грызи открывает дверцу и взлетает на пристань. Выхожу за ней — и низкое небо падает, наваливается на плечи. Будто пыльный балдахин, который повесили над чистыми простынями. Вокруг всё в снегу, за лесом поднимаются вершины Скорпионьих гор — сейчас ужалят. Пар валит изо рта: первая ступень холода. Не то что в Вейгорде, где разве что по ночам лужи замерзают.
Снег лёгкий, рыхлый. Местами по щиколотку, а во впадинах — до середины икры и даже до колен. Если местность неровная — так просто по нему не побежишь.
— Корабли, — Гриз кивает на два судна, которые бросили якорь ниже по течению реки. Одно прогулочное, с богатой резьбой и отделкой, и одно — баржа с широкой палубой, по ней нервно расхаживают два единорога. Придурки что — ещё и единорогов потащили туда, где снег и мороз?!
— Опросим, — соглашается Пухлый. Уже усмотрел на палубах растерянные рожи команды и слуг.
— …я не навязываюсь, Единый упаси, но это же просто безрассудно, то есть даже для вас безрассудно, и я рад был бы выступить страховкой для вас или Мелони…
Рыцарь Морковка всё не умолкает, и Грызи наконец-то к нему поворачивается.
— Господин Олкест, счёт может идти на минуты. Вы за нами просто не успеете.
— Но если там опасность…
— То Лайл и вы — наименее защищены. Вы не ориентируетесь на местности, не читаете следы и пока еще слишком мало разбираетесь в повадках зверей. К тому же здесь могут быть проблемы с Даром, — деликатное макание мордой в снег. — Поэтому…
Мясник перехватывает её взгляд и принимает вид образцового работника.
— Не беспокойтесь, госпожа Арделл. Вы же знаете, со мной они в безопасности.
Морковка доходит от рубинового оттенка до почти гранатового.
— Я не о своей безопасности думаю! — у него чуть ли не фальцет прорезается. — Но если там разбойники, или хищники, или…
— Значит, у нас с Мелони останутся те, кто нас вызволит. Господин Олкест, у нас есть маск-плащи и Дар Следопыта. И если там животные, то я варг, вы же не забыли?
— Но, кажется, у вас нет способа контролировать с десяток тварей, как у Петэйра?
Мгновение Грызи смотрит на него и будто колеблется. Потом отвечает коротко:
— Не волнуйтесь об этом, — и поворачивается ко мне. — Мел, уходим в поиск.
Давно бы ушла, если б Морковка перестал орать. Кручусь у пристани: снег истоптан, воняет людьми. Слуги топтались сапожищами. Но вон там — ямки от копыт, навоз от коней. А вон кобель пометил дерево. Следы не выдохлись за ночь, и снегом их прикрыло только слегка. Можно поохотиться.
Позади раздаётся:
— Нэйш, если господин Олкест вздумает последовать за нами — выруби его и передай Фрезе. Всё, не тратим времени.
Его Светлость что-то там ещё бурлит на пристани, но Грызи уже оказывается рядом со мной, легко подхватывает ниточку следа и переходит на бег. Выравниваю темп: бежим теперь там, где снег протоптали лошади охоты. Приглядываемся: кто-нибудь отбился? Может, кто свернул? Четверть часа бега по утреннему лесу, разодетому в снежный траур. Замедляемся, ещё пять минут — и я взываю к Дару.