Елена Кисель – Пастыри чудовищ. Книга 2 (страница 45)

— Ну, а поскольку ни у кого из новичков обычно как-то нет желания делить койку с двумя-тремя старшими коллегами — то тут ты тоже представил правильно. Обычно собирается трое-четверо, новичку как следует дают по почкам, а потом уж… кх… по графику.

«Морских коньков» у нашего корпуса было немного. Я успел увидеть четырех, так, мельком, к заключенным их близко не ставили, гоняли по курьерским поручениям. Да и что на них смотреть — навидался «коньков» барачных. Бледные, с выпитыми взглядами — те, которые не смирились. Бывает, прыгают в море или еще как-то кончают с собой. Могут и покончить с каким-нибудь из своих мучителей. Гибкие, развязные, с улыбкой шлюх — те, которые смирились и научились ценить преимущества.

И зная, что Нэйш не выглядел ни тем, ни другим…

— Скольких он положил?

— Четверых. Господин Джарви сказал, что потом вмешались еще двое… но этим попало, так сказать, от двух сторон, так что они, скорее всего, разнимали. Господин Джарви занимался последствиями драки лично. И решил не докладывать наверх, поскольку повреждений было немного. Строго говоря, повреждения были только у Сакриста: разбит нос, синяки, что-то вроде того. У остальных каких-либо ран не наблюдалось — вот только они не сразу смогли разогнуться от боли. Пришлось привлекать целителей с серьезными зельями. Но самое странное — то, чем кончилось разбирательство. Остальные охранники утверждали, что новенький их спровоцировал и он был зачинщиком драки. Но у господина Джарви явно были сомнения по этому поводу, так что он предложил Сакристу рассказать — что произошло, и по желанию перевестись в другой блок, раз уж возникла такая… м-м, ситуация. На что Шев Сакрист ответил, что все в порядке, и небольшое недоразумение — тут я цитирую — свое небольшое недоразумение они разрешат с другими охранниками сами.

Я не выдержал и загоготал, вызвав в Злобной Берте поток недовольного бухтения из-за стойки. Боженьки — могу себе вообразить, как это прозвучало! И с какой ухмылочкой было сказано.

— Хороший способ сказать «вы все уже завтра перевидитесь с вашими покойными пра-пра!»

— Если это тебя веселит, — желчно выдал Крысолов, — то вот еще: остальные участники драки настаивали, чтобы его перевели. Господин Джарви удовлетворил эту просьбу — так Шев Сакрист попал на Северные Рифы, прослужил там год с лишним… и, как я понимаю, просто исчез куда-то однажды. Не вернулся из увольнительной на берег — насколько я сумел понять, со «скатами» такое случается.

— Нашел себе другую работёнку или вовсе наплевал, — я всё подносил запись к глазу, так и этак, силился рассмотреть — что же там может быть. — В его стиле. Ты, случайно, не припомнишь — этот господин Джайви не обмолвился насчёт его Дара?

— Шева Сакриста?

— Нет, Эвальда Шеннетского — мне всегда было интересно, что у Хромого Магистра под перчаткой. Само-то собой, Сакриста. Ты не спрашивал? Тут ни шнырка не разберешь, а начальник мог бы помнить: Дар Щита — редкая штуковина.

С Крысолова слегка облетела торжественная позолота.

— Это разве первостепенно?

— Вроде бы нет.

Только я вот уже больше девятницы пытаюсь вспомнить — и не могу: он носил перчатки? Должна же быть какая-то причина — почему ни я, ни остальные не обратили внимание… такой редкий Дар. Заключенные должны бы обсуждать в бараках…

Может, и носил — двенадцать лет прошло, кто теперь разберёт. «Скаты» на Рифах часто перчатки надевают. Магия всё равно используется только при бунтах, а перемазаться о заключённых в кровищу и грязищу — то ещё удовольствие.

А на допросах? Ладно, на допросах я был больше сосредоточен на том, чтобы визжать от боли… да и Нэйш предпочитал оставаться в роли зловещего голоса из-за плеч. Но когда я уже начал доносить на своих — он же то расхаживал по допросной, то присаживался за стол напротив… и почему мне кажется, что я помню пальцы на своём плече?

— Просто странно, что с такими данными его не взяли в охрану дедули Детраска. Слушай, что ты вообще знаешь о Даре Щита и ребятах, которые его получают?

Тербенно оттопырил верхнюю губу с надменно-обиженным выражением. Наверняка решил, что это — здоровая каменюка в его огород. Милое напоминание о его собственном музыкальном Даре.

— Щит считается одним из Даров, которые вложил в Камень Хорот-Мечник. Несмотря на то, что все прочие редкие дарования обычно относятся к Дарам Перекрестницы… — он чуть дернул своей правой ладонью, — это исключение. Дар неуязвимости — один из редчайших: во всей Кайетте сейчас едва ли две дюжины людей с этим видом магии.

Надо признать, что-то в него да вложили в Корпусе. Или Крысолов просто наводил сведения о Даре Нэйша.

— Неуязвимость, — пробормотал я, вспоминая стальную хватку на плечах и бьющегося в агонии фамильяра. — Только к магии?

— Во многих случаях — к любому виду оружия, ударам, а также ядам и амулетам, однако это уже реже. В редчайших случаях Дар Щита защищает не только своего обладателя, но и тех, кто стоит с ним рядом, однако это зависит уже от мастерства самого мага. Вопрос мастерства при этом сложен: поскольку количество магов с этим Даром ничтожно мало, они не обучаются в прихрамовых школах. Как и в случае с… кхм… моим Даром, к примеру… есть определённые стандартные методики, но в основном практикуют индивидуальное обуче…

— Ты когда-нибудь видел, как его применяют? — перебил я. — Дар Щита?

Уровень подозрительности на физиономии законника подрос с «обычный высокий» до «башня Кормчей».

— Полагаю, что как обычно. Воззвание к Печати и магические пассы, чтобы отрегулировать воздействие.

— Пассы, — пробормотал я, бессознательно потирая плечо. — Интересно, какие… А когда магия истощается — не знаешь…

Но Тербенно уже нагнулся вперед, пронзая меня взглядом, полным сыщицкого запала:

— Знаешь, что я думаю, Гроски? Весь этот разговор о Даре Щита — обманка. Ты хочешь отвлечь моё внимание от чего-то важного.

— Неужто от новых убийств Душителя, который ещё и предположительно Нэйш? — ахнул я, хватаясь за сердце.

— Представь себе, убийств пока что не было. Что тоже наводит на некоторые размышления. Кажется, Душитель занят…

— …убивает керберов, препарирует бабочек на досуге…

— …возможно — по чьей-то указке. Скажем, своего прямого начальства — ты никогда не думал, почему Арделл взяла в питомник явного маньяка?

Я посмотрел в кружку, но не обнаружил в ней подсказок, кои смогли бы удовлетворить господина Великого Сыщика. Который явственно склепал теорию вроде «Гриз Арделл заодно с Душителем Нэйшем, и вообще, у нас тут заговор, и я его раскрою».

— Ну, э-э, ты не рассматривал, просто как возможность… теорию о том, что он вроде как… неплохо устраняет, имеет Дар Щита и разбирается в анатомии, да ещё плюёт на «Постулаты телесной нечистоты» и не нуждается в деньгах?

— А также не выполняет приказы и не уживается с персоналом, — Тербенно заложил ногу за ногу и бросил на меня снисходительный взгляд, как бы говоря: ну и как такое-то могло попасть в законники? — И убивает без распоряжения — словом, делает всё то, что противоречит принципам варгов. Которые гласят: не убивать, не проливать крови.

— Тебе нужно подружиться с нашим новичком, — от души посоветовал я. — Будете встречаться по вечерам. Обсуждать, насколько Арделл невыносимая.

— Я говорил с господином Олкестом. И он только подтвердил мои подозрения. Оказывается, эта Арделл — темная лошадка, и прошлое у неё явно небезупречно. Я ещё не узнал о её жизни в общине, но там её считали то ли отступницей, то ли преступницей, так что я не исключаю, что она может быть связана с этим.

— С Душителем и его вывертами?

— С безумием в питомниках и в городах.

Тербенно настолько наслаждался моим ошарашенным видом, что даже соизволил щёлкнуть пальцами — заказать себе пиво для триумфального глотка. Злобная Берта мрачно поглядела из-за стойки. Похоже было, что пиво будет подано прямой наводкой бравому законнику в голову.

— Это происходит по всей Кайетте. Только за последние две девятницы — случаи в Вейгорде, Тильвии и Дамате. Почерк один и тот же. Внезапное бешенство зверей, которые начинают крушить всех вокруг. Это уже прозвали «синдромом Энкера», Корпус Закона подключился к расследованию — и нити ведут именно к варгам. Я не в группе этого расследования, и подробности пока что мне неизвестны, но если зайти с другого конца…

— То у Арделл железное алиби — ты хоть понимаешь это? Её за последние пару месяцев несколько раз дергали на такие вызовы. Всегда после того, как что-то случалось. А до того она всегда была на виду. Да и на вызовах она и те, кто отправлялся с ней, всегда успокаивали животных.

— А после — не удавалось обнаружить никаких следов. Верно? Жертвы, успокоенные животные… и нет следов. Очень удобно. Коллеги из группы, которая ведет расследование, предполагают, что тут действует целая группа варгов-отступников… и, кажется, одного я могу назвать. Что скажешь?

— Скажу, что тебе следует поосторожнее кидаться такими подозрениями. Знаешь ли, без доказательств…

— Будь спокоен, — ухмыльнулся Тербенно. — Я собираюсь взять её с поличным.

Звучало как нечто, что тянет на следующую кружку. Грызун внутри меня начал потихонечку завывать.

— Это что, обозначает, что я теперь должен следить ещё и за Арделл? Которая — просто к твоему сведению — носится по питомнику быстрее алапарда со своей тысячей дел? Ха, да раз плюнуть. За Арделл, за Нэйшем… в свободное время могу пошпионить, ну не знаю, за Эвальдом Шеннетским — его ты ни в чём не подозреваешь?