Елена Кисель – Пастыри чудовищ. Книга 2 (страница 28)
— Если там кровный обряд — на любом расстоянии действовать должно. Как Полный Брачный.
Голубица со своим муженьком могли бы рассказать.
Грызи вскидывается, когда я упоминаю насчёт семейки «фениксов». Начинает расхаживать туда-сюда, пока я поглядываю на пушистую неубиваемую тварь. Вот же селезёнка грифонья — у этого Орэйга даже шерсть отросла там, где я её состригала.
У меня есть простое предложение. Как закончить всё это. Грохнуть Пореста Линешента, и дело с концом. Сделать так, чтобы никто из его деточек не принял титул Главы Рода. Как там говорил Морковка? В обезглавленных семьях фамильяр протянет не больше, чем год или два.
Гриз останавливается. Разворачивается к Морковке, который тоскливо листает фальшивую родословную Орэйга.
— Говорите, в местной библиотеке о фамильярах мало?
— Думаю, Линешенты изъяли эти книги, — выдыхает Морковка. — Во всяком случае, я искал несколько часов…
А мог бы — и несколько суток, я-то уж его знаю.
— Значит, не всех в семье посвятили в дела… Вряд ли они опасались гостей, — Грызи щёлкает пальцами. — Так. Информации слишком мало. В идеале надо бы нарыть побольше о самом обряде, о том, почему фамильяр вдруг начал беситься, и о том, как его можно от рода отвязать. Можно было бы, конечно, смотаться в Академию Таррахоры, но там могут быть проблемы с доступом. И я верно понимаю, что книг о таких штуках больше в частных коллекциях?
— Ну, в общем, да…
— И вы о фамильярах читали в имении Драккантов?
Морковка смотрит на меня так, будто сейчас заслонится стулом. Потому же я, вроде как, должна орать. Топать ногами и взрываться на месте.
Но я только с мрачным видом жму плечами.
В конце концов, мне-то это на руку.
ФАМИЛЬНАЯ ДРАГОЦЕННОСТЬ. Ч. 4
ЯНИСТ ОЛКЕСТ
Водный портал в поместье Драккантов был соединён только с северными охотничьими угодьями. Пришлось воспользоваться общим — за четверть мили от поместья, на перекрёстке дорог. Дальше к воротам Дракканте-касла можно было пройти по выездной дороге, Мелони решительно нырнула в рощу вековых тополей и зашагала напрямик.
Я шёл чуть позади и пытался отмахнуться от отвратительного образа перед глазами. Согнутый старик с тростью — главный из Линешентов, тот, что скармливает собственных потомков древней реликвии. Хихиканье в ушах.
Нет, спорил я с невидимым Линешентом. Есть то, что стократ ценнее. Чистоты крови и реликвий. Памяти и чего угодно.
Жизнь. Свобода. Возможность чувствовать себя счастливым. Цельным.
«Но ты же хотел привести её сюда, — ухмылялся Линешент в моем воображении — и упорно не желал уходить. — Разве не чтобы напомнить ей — вот твоё место? Не чтобы указать — насколько она выше всех, кто её окружает?»
Нет, — мотал я головой. Я хотел напомнить ей о другом. О доме, от которого она отказалась. О прошлом, от которого отвернулась. О части её самой, которую она зачем-то — выбросила и забыла.
«Олкест, воспитанник Драккантов, — щерился жутковатый призрак старика. — А не сам ли ты хочешь вернуться в это самое прошлое и в этот самый дом?»
Может быть — всё вместе, — молчал я, глядя, как впереди за высокой оградой воздвигается замок Драккантов — поросший мхом древний великан, выставивший над землёй исполинские плечи и голову.
Пройти по мрачноватому парку среди седых причудливых изваяний. Разжечь гигантские пасти каминов. Вернуться к чему-то незыблемому, чтобы — оттолкнуться от него как от опоры и принимать потом верные решения.
Мелони остановилась. Подняла ладонь с Печатью, повела головой… прислушиваясь? Принюхиваясь? Она что, использует Дар? Но ведь до замка осталась четверть мили, он уже виден, и…
— Подожди меня там, — Ткнула пальцем в сторону замка Драккантов. — Буду через пару-тройку часов. Дело.
И не взглянув на меня больше, устремилась на северо-запад — так, будто намеревалась обойти поместье слева.
Вот почему она так легко согласилась поехать. У неё здесь какие-то свои планы, и если судить по Печати — она ищет кого-то…
— Мелони? Ты куда? Какое дело? Арделл же сказала… да подожди же ты!
Рукав из моих пальцев она тут же вырвала, развернулась на пятках и ткнула меня пальцем в грудь.
— Тебе вода в уши попала? Дело. Моё. Не твоё. Ты под ногами будешь путаться. Так что давай в поместье. Скоро приду.
И ускорилась, и мне тоже пришлось прибавить шаг. Огибать шершавые, седые от мха стволы тополей и изо всех сил стараться не потерять её… опять.
— Арделл об этом не знает? Что ты ищешь? Мелони! — я сделал пару скачков и перегородил ей дорогу. — Я могу хотя бы узнать? Пожалуйста.
Наречённая закатила глаза и бросила сквозь зубы пару слов про гибрид морковки с репьём.
— Тут возле Белобочья керберы повадились нападать на местных. Выводок, скорее всего. Деревенские вызвали Мясника.
И что ей сказать на это? Что это разумно? Я был далёк от симпатии к господину Нэйшу, но ведь это же его работа, устранять опасных зверей.
— Но ведь если там людоеды…
— Да какие людоеды? — это она крикнула в голос. Подлетела ко мне, схватила за отвороты куртки, зашептала яростно: — Да у них тут наверняка логово и детёныши, а эти придурки из деревни или капканов наставили, или всю дичь перебили, или кого из мелкоты обидели. Там жертв-то среди людей пара-тройка. А Мясник, думаешь, будет разбираться? Он их до одного положит, если я не успею раньше!
— Успеешь рань…
Единый и его ангелы… она собирается опередить устранителя. Опередить! Найти кербера… керберов… или логово. Что потом? Наверняка усыпить, вызвать Фрезу.
— Мясник тут с ночи, но они с Пухлым завязнут в деревне. Пока всех опросят… да они о зверях не знают ни шнырка. И местности не знают, а я знаю, и где раньше жили керберы — знаю, а сейчас они точно ещё ближе к замку перебрались — тут вон следы и метки свежие на деревьях. Я найду быстрее, ясно?
— А как же Деймок? Наше задание и наш поиск в библиотеке? Мальчик же может умереть, если мы не…
— Так пойди и постарайся, чтоб не умер.
Мне захотелось тоже схватить её за отвороты куртки. Потрясти как следует, крикнуть в лицо: «А ты? Не хочешь сделать так, чтобы он не умер? Или что — жизни заслуживают только керберы-людоеды?!»
— Ты сама знаешь, что без тебя мне не пройти в библиотеку.
Так же, как в реликварий, ритуальный зал, приёмный зал, сокровищницу и все основные помещения. Я лишь воспитанник Драккантов — не один из Рода. Замок на «магической консервации» — и меня не пропустят внутрь.
— Значит, подожди, я ж сказала. Грызи нам дала весь день на разборки.
Почему-то грудь саднила так, будто Мелони меня всё-таки ударила.
Пропорола чем-то ржавым и тяжким — насквозь.
Она, видно, почувствовала вину или смущение, потому что сердито дёрнула головой, спрятала взгляд. Повторила упрямо:
— Всё, хватит мешаться. Хочешь — вызывай Грызи. Но я найду их быстрее, понятно?
Единый, хоть бы мальчику там не стало хуже. Но ты же знаешь — я всё равно не смог бы её бросить.
—
— Да на кой чёрт мне там…
— Или можешь меня усыплять. Ты собралась мало того что спасать керберов, так спасать их от…
Две девятницы рядом с Рихардом Нэйшем вполне достаточно для выразительного молчания, за которым бездна эпитетов.
— …в общем, просто уже скажи, что мне делать.
Мелони бросила на меня хмурый и выразительный взгляд.
— Помимо «заткнуться и держаться с подветреной стороны», — уточнил я.
Наречённая коротко дернула ртом и пробормотала раздражённо:
— Не швырять в керберов ботинки, перешла на лёгкую рысцу — и вслед за ней я тоже отвернулся от поместья Драккантов, глотнул сырой осенний воздух и нырнул в тополиные хоромы.
Холодный воздух обдавал горящие щёки — здесь, в Крайтосе Северном, бывшей вотчине Ледяной Девы и Дарителя Огня, всё же было прохладнее, чем в Ирмелее. Листья похрустывали под ногами — серебро на золоте, утренняя изморозь… изо рта клубами рвался пар, и хорошо ещё, что приходилось бежать — потому что я не успевал замёрзнуть.
Мелони обозначила маршрут на ходу: «Сейчас к речке, потом в лес, пещеры помнишь?» Я помнил: в глубине соснового леса прятались гористые холмы, поросшие кустами и деревьями. И в детстве мы любили влезать на валуны и исследовать пещеры при свете факелов — воображая себя то спасителями животных, то пиратами-разведчиками (смотря во что играли). Но в моей памяти пещеры пустовали. Там можно было встретить разве что ежей да куниц.