Елена Кисель – Источник пустого мира (страница 89)

Да ведь он же — чудо. Он может опустить руку в озеро — и оно очистится. Он может тронуть пальцем иссохшее дерево — и оно оживет. Он может развернуть в нормальном направлении этот ненормальный мир — без помощи Дружины!

И значит, нам вскоре пора домой.

— Хе-хе, — отметил свою нетипичность Эдмус. — Хе-хе.

Звучало настолько чужеродно, что к нему с возмущением обернулись все, кто слышал это.

— Прискорбно, что даже в такую минуту ты не можешь сдержать свою натуру, — отметил Йехар.

— Еще и как не могу, — отозвался спирит. — И если вас немножко утешит — я смеюсь не над библиотекарем, который, наверное, в жизни больше не возьмет книжку. Над вами, наивные мои детки. Над вами, потому что вы вообразили себе великого спасителя, а про мой бой с моонами и забыли.

— Эдмус, мы помним, что ты герой, но причем тут…

— А притом, что я не герой вовсе. Если бы спириты Города вовремя не поняли, что любят своих близких, свое небо… ну, сбила бы моя стихия с крыльев пять моонов, ну, двадцать, но не всех же! Джипс спасает, пока есть, что и кого спасать. А если жители этой благословенной страны, — тут спирит поклонился в сторону Виолы, — не оторвут все свои части тела от сидений и не поменяют головы местами… потому что простите, но мне кажется, что они пока нижней думают… так вот, если этого не случится, их равнодушие убьет последний источник. И они об этом даже вряд ли догадаются.

Мы помрачнели: спирит одним умелым ударом вдребезги разбил стекла в розовых очках. Конец был далеко, и он мог оказаться вообще делом не нашим. А может, конца этому и вовсе не предвидится, как бывает в большинстве случаев.

К нам подошел сияющий Джипс. Казалось, он разом скинул с себя полтонны учености.

— З-зацвело, — заметил он, кивая на поляну. Потом кивнул на ошарашенных детей, которые снова ревели, на сей раз просто от потрясений. — П-получилось! — и тише, своим привычным тоном: — Вы не знаете, как я это с-сделал?

К счастью, он не заикнулся о сносках ни на какую литературу. Либо понял, что мы убьем его при малейшей попытке, либо сносок на такие моменты просто не существовало.

— Полагаем, теперь мы можем оставить вас ненадолго, — торопливо пробормотал рыцарь, развернулся на каблуках и тоже зашагал в лес. За Веславом, враз поняла я, глядя, как странник переходит на смешную рысцу. Интересно бы знать, как он собирается находить Повелителя Тени посреди этого деревянного однообразия. Наверное, применит свой дар.

Я кощунственно и устало уселась на только что проросшую траву — никаких стен вокруг сейчас видеть не хотелось. А главное — раз уж растения эти ожили — я могу тут сидеть еще очень, очень долго, ждать этих двоих…

Лишь бы эта беседа не закончилась так, как моя в почти такой же ситуации — разбитой головой Йехара.

Эдмус как будто угадал мои мысли — с невинным видом подкатился поближе.

— Ну, я бы на твоем месте о них волновался бы сейчас, да… — начал он с мнимой нерешительностью и такой невинностью, что я сразу насторожилась. — Повелитель Тени только что принявший стихию… и светлый странник. Уж я даже и не знаю, что может выйти из такой беседы, и конечно — вот хорошо бы, если бы было средство как-то Йехара подстраховать…

— Ты что — опять поставил куда-то жучок?! — на ноги я подхватиться не смогла, насыщенный день брал свое. Подпрыгнула просто из положения сидя. — Да на что же ты его мог…

— Почему сразу «на что», — забубнил Эдмус, ковыряя когтистой ногой травку. — Хотя если ты нашего рыцаря неодушевленным считаешь — тогда, конечно…

— На Йехара?!

Эдмус попытался обойти Бо по невинности и — о, чудо! — у него получилось. И откуда у него такие хакерские замашки, просто не постигаю… неужели правда школа прежней Шукки?

— Я же ничего не предлагаю, — между тем начал Эдмус, рассматривая небеса, — это ведь так нехорошо, подслушивать… глянь, между прочим, какой наушничек симпатичный — обычно прозрачные все, а я под цвет неба выкопал! Нет-нет, я просто, посмотреть…

Огрев невозмутимого спирита взглядом, я сгребла наушник с его ладони и пристроила в ухо.

Повезло. Беседа рыцаря и алхимика только начиналась, а уж качество было отменным.

— …в чем не нуждаюсь — так это чтобы мне подставляли жилетку для слез и соплей, — ударил по ушам резкий голос Веслава. — Так что шел бы ты, светлый… откуда пришел. Заодно остальным передай, что я не нуждаюсь в утешениях.

— Нуждаешься, — спокойно возразил Йехар. Я услышала, как зашуршал его плащ, наверное, странник и в этот раз уселся рядом с Повелителем Тени. — Хотя, наверное, не в утешениях, ибо утешать нужно слабых. Но даже сильнейшие воины нуждаются в поддержке, когда им больно настолько. Не спорь, я чувствую.

Я замерла в неоднозначной позе, готовясь в случае чего бежать заслонять Йехара собой. Что Веслав ему спустит такие слова — рассчитывать не приходилось.

— Значит, ты чувствуешь, что еще пару слов — и над тобой насыплют аккуратный холмик? — поинтересовался алхимик в соответствии с моими предположениями.

— А здесь ты лжешь, — просто сказал странник в ответ. — Убивать ты меня не хочешь. Ну, может только покалечить.

Со смеху помрешь, их слушая, если не знать, что Йехар врать не привык. Так спасать его, или что?

— Веслав, послушай. Своим поступком ты вправе гордиться, несмотря на всю его… подоплеку. Как бы то ни было — ты избавил здешний мир от страшной участи…

— И перенес ее на свой.

— Я не так уверен в этом, как ты. То, как ты принял свою стихию — настолько неоднозначно, что…

Веслав засмеялся. Это был тот самый резкий, принужденный смех, который мне приходилось слышать от него много раз.

— Светлый, об одном прошу — не пытайся мыслить логически, ты меня в дрожь вгоняешь. Ты себе подвиг вообразил, а? Так я тебе скажу, как было дело. На судьбы этого мира, когда я взывал к Тени, мне было глубоко начхать с ближайшего небоскреба. Это были чисто эгоистические побуждения.

Молчание наступило и затянулось, и я уже вообразила себе рыцаря с горящими гневом глазами, молча выхватывающего свой Глэрион — мол, раз так, не сносить тебе головы! — но тут Йехар заговорил опять.

— Я сотни лет скитался по мирам, — сказал он задумчиво. — Я видел ложь, заблуждения и самые чудовищные искажения истины, какие только можно вообразить. Но никогда на моей памяти столь самоотверженную любовь не именовали «эгоистическими побуждениями».

— Счастлив тебя удивить, — проворчал алхимик раздраженно. — Всё сказал?

— Почти, — Йехар чуть помолчал, а потом проговорил четко и почти торжественно: — Я очень надеюсь, что мы с тобою никогда больше не встретимся.

Я помнила эту фразу. Она прозвучала больше трех лет назад, когда мы все расставались после второй миссии. Но в этой что-то было иначе: то ли подтекст, которого я, конечно, не поняла, то ли более теплый тон, и уж совсем поразительным был ответ Веслава:

— Спасибо, — а потом медленный, размеренный голос того же Веслава. — Какого веха?!

Что-то запищало в моем ухе, а потом уже гораздо более громкий голос Йехара возмутился:

— Что — прямо в волосах?! Это переходит всякое…

Я сообразила, что за этим последует, торопливо вытащила наушник из уха, а вот отнести его подальше не успела:

— Шпионы, цикуту вам… не только в глотку! — проникновенным воплем взорвался наушник голосом Веслава. — Только дайте мне до вас добраться — придушу Разверткой! Да я сделаю так, что…

— Что он обещает прямо сейчас? — не расслышал спирит. Он облюбовал себе местечко на почтительном удалении от меня и от опасного наушника.

— Прямо сейчас — что собственные тени совершат с нами манипуляции, о которых подробно я тебе не расскажу…

Просто потому, что не уверена, что смогу перечислить даже позы.

— Как хорошо, что мы ничего не подслушивали! — с наслаждением честного человека вздохнул Эдмус.

— Знаешь, просто даже как-то… от души отлегло, — одним движением я выключила наушник, который продолжал изобретать для нас казни, выкинула его далеко за свое плечо и продолжила очень легким тоном: —Знаешь, о чем я сейчас думаю, а?

— Я — об отдыхе, — таким же легким тоном отозвался спирит. — Правда, я о нем всегда думаю, даже когда отдыхаю, но я ж тебя знаю: ты сейчас наверняка мысленно прожевываешь все, что случилось за сегодняшний день, с самого начала. И вопросов, наверное составила — в Книгу Миров не влезут, а?

— В эту влезут, — отозвалась я с неприязнью. — Вопросов-то у меня немного, да и все по сути. В основном насчет Синона: если он так хотел поединка с Повелителем Тени, зачем дал Сиамам вполне определенное задание, убить Тео?

— Вопрос номер один, цена вопроса — голова одного архивариуса, бом-м-м… — тут же начал паясничать шут. Плюхнулся в траву рядом со мной, раскинул руки и заметил: — Но тут столько ответов, что они у меня в голове так и скачут, не дают себя поймать… вот один: Синон был светлым странником. Чтобы уничтожать города, ему нужно было твердое подтверждение того, что в этом мире не осталось никого и ничего… понимаешь?

— Ни зерна, которое может дать всходы, — с иронией отозвалась я. — Даже и не знаю, звучит не очень логично.

— Ну, так я придурок, а не алхимик, — еще с минуту мы наблюдали за детьми аномалов, которые уже перестали реветь и теперь в полном восторге носились от одного цветка к другому. Кажется, раньше в Заповедном Саду ничего такого не росло. Шукка не отлипала от Тео, зато Виола, переговорив о чем-то с Офроцем, направлялась к нам.