Елена Кисель – Герои (страница 4)
8. И не рыжий, и не конопатый, и не лопатой...
Вообще-то, ошибка думать, что великий герой всея Эллады Персей все свои подвиги творил исключительно с подачи божественных родственников и с помощью головы Медузы. Сам он тоже был способен натворить неслабо.
После того, как царь Серифа чисто случайно сделался статуей, Персей усадил на трон брата Полидекта – того самого Диктиса, который спас с его матерью. А на справедливый вопрос: «А ты того… сам править не хочешь?» – ответил, что, конечно, оно бы надо, но тут во дворце архитектура неприветливая, да и вообще, ностальгия чего-то замучила, хочется на родину и дедушку повидать.
Загадочно ухмыльнувшись на прощание, Персей взял мать, жену, торбу с головой Горгоны и отчалил в сторону Аргоса.
Восторгам Акрисия, когда он узнал, кто к нему плывет, не было предела первые пять секунд, пока он не вспомнил, что…
1. По пророчеству его должен убить внук.
2. Он сам пытался утопить этого внука вместе с матерью.
3. Внук направляется к нему вместе с этой самой неутопленной матерью и женой-эфиопкой (последняя была угрозой неясной, но мало ли…).
4. Внук недавно обогатил Эфиопию и Сериф коллекцией каменных статуй, потому что у внука – голова Медузы Горгоны.
При таком раскладе восторгам пора было смениться обширным инфарктом миокарда, но Акрисий оказался мужиком крепким и с хорошей скоростью. Прибыв в Аргос, Персей узнал, что его дедушка «отбыл в неизвестном направлении на неопределенный срок». Разочарован герой не был и стал тихо-мирно править в Аргосе, перед этим сдав регалии: меч и сандалики – Гермесу, а голову Медузы – Афине. Афина от подарка осталась в девчачьем восторге и незамедлительно повесила его на грудь (у! страшненькие змейки! выпученные глазки! пойду Гере покажусь…).
Но история без исполнения пророчества была бы все-таки неполной, а потому как-то Персей закатил пышные спортивные состязания, а Акрисий – явно тайный фанат здорового образа жизни – притащился на них посмотреть. Конечно, инкогнито.
Персей, от души радуясь, что может, наконец, что-то делать без помощи богов, молвил: «Эх, отведайте силушки богатырской!» – и запустил в небо медный диск.
Акрисий, который сидел на трибунах далековато, успел подумать: «А что там за атлет?» – потом «А что там за свист?» – потом увидел медный диск, идущий ему прямой наводкой в голову со скоростью неизвестной в те дикие времена ракеты «земля-воздух»…
«Понятно», – мрачно додумал Акрисий и помер, ибо жить с половиной черепа затруднительно.
Персей же впал в отчаяние и скорбь, запричитал, что «ах я, криворукое чмо, убил милого дедушку, который пытался меня утопить» и от безмерной печальки не захотел править в Аргосе, показав себя не только героем, но и крутым логиком.
Потому Персей отдал Аргос родичу, а сам двинул в Тиринф, где благополучно доправил, нажил уйму потомков, между делом повоевал с Дионисом и основал Микены, то ли потеряв меч, то ли найдя гриб и от этого проникшись желанием что-то основывать (грибы – всегда стимул). В конце жизненного пути Афина в благодарность за украшение на панцирь прилепила Персея и Андромеду на небо как созвездия. Потому что «Брат, мы бы взяли тебя на Олимп… но Зевс как-то опасается твоей меткости».
Античный форум
Часть 2. БЕЛЛЕРОФОНТ, ИЛИ ОЧЕНЬ ЛОШАДИНАЯ ИСТОРИЯ
Немного позже, чем Персей (тот, который великий герой и меткий кидатель дисков в дедушек) жил другой герой, тоже в своем роде. Внук Сизифа, грек с кармой «это не я, это вышло нечаянно», друг крылатого коня и первый греческий летчик-истребитель (и не просто истребитель, а ценной фауны!). Человек-метеорит и просто сумасшедший, о котором в одной главе рассказать нельзя.
Поэтому мы расскажем в трех.
9. Заберите это! Заберите!!
История начинается с того, как Беллерофонта, внука Сизифа (да-да, того самого, который немного одессит и за это катит камень в Аиде), и прекрасного греческого мачо, начали перекидывать туда-сюда, как будто Ананка решила поиграться им в мячик.
Началось с того, что в родном городе герой совершенно случайно убил какого-то горожанина. Почему-то жители города не захотели слушать доводов: «Но это может случиться с каждым!» и «Но я же няшный, мне можно!» − а потому желающих очистить героя от убийства не нашлось, и из Коринфа Беллерофонт сбежал в Тиринф, к царю Пройту. Пройт был не против гостя, потому что граждан в Тиринфе много и «если какая случайность… ну, чего уж там».
Случайность вылезла не с той стороны. Жена Пройта Антейя рассмотрела красивого гостя и вознамерилась с гостем познакомиться с понятной стороны. Но Беллерофонт, наивная и чистая душа, заявил, что «Я мальчик нецелованный» и «Уйди, тетка, не для тебя мой цвяточек зацвел».
Богоравной Антейе это совсем не понравилось, а потому она нажаловалась мужу, что «гость твой – охальник, совсем проходу не дает, оскорбляет и преследует любовью – сил никаких нет». Жалоба предполагала скорое свидание героя с Танатом. По сугубо деловому вопросу для последнего.
Вопрос встал за средством, которым надо было убирать героя. Гость – он, однако, гость, а покровитель гостей – однако, Зевс, который грозен. Потому Пройт скоренько написал письмо папе Антеи Иобату, вручил таблички Беллерофонту и отправил с посланием.
В табличках была горячая просьба к тестю оказать услугу и прикончить подателя оного, потому что, понимаешь «жену оскорбляет».
Беллерофонт философски побрел к Иобату, который так обрадовался гостю, что девять дней чествовал его пирами. И только потом вспомнил, что гонец-то – с письмецом, надо бы прочитать…
И прочитал.
Что творилось в голове у Иобата, можно описать только приблизительно. Тут и мысли о том, что зять все-таки – свинья изрядная, и скорбь по потраченным на девятидневный пир средствам, и жалость к гостю-герою, которого надо мочить… о, минуточку, а как его мочить? Он же гость, а покровитель гостей – однако, Громовержец…
А как там героя можно убить не своими руками? О! Есть же пример Полидекта и Персея: послать убивать что-нибудь страшное, что может героя сожрать.
Жизнь Иобата становилась интересной. Ему срочно нужен был монстр.
Античный форум
10. Кони, в облаках летали кони...
По счастью, нужный образчик мутагенной фауны как раз обретался неподалеку. Тифон и Ехидна в те благословенные времена плодились, как кролики, и одна их трехголовая огнедышащая деточка забрела к Иобату. Спереди Химера была львом, сзади – змеей, посередине – дикой козой, а по характеру она была козой на все сто процентов, что плавно переводило миссию Беллерофонта в разряд невыполнимых.
Правда, Беллерофонт об этом не знал, а потому решил немедленно забарывать чудовище. Начал он с безупречного умозаключения: «Нужен конь!» Кому и зачем был нужен конь и при чем тут вообще Химера – было неясно, но Беллерофонт твердо решил обзавестись не какой-то лошадкой, а крылатым Пегасом, родившимся из крови Медузы Горгоны. Герой выждал время, создал стратегические запасы морковки и пошел караулить Пегаса к водопою.
То ли морковка была несортовой, то ли Пегас унаследовал характер матери, но на долгосрочную службу к герою он поступать не желал. Беллерофонт гонялся за парнокопытным днем и ночью, грозно взывая: «Лошаааааадка!!», − а Пегас издевательски ржал с большой высоты, время от времени проводя сеансы навозометания.
В конце концов добрый прорицатель дал герою совет из народных русских сказок: «Утро вечера мудренее!». И герой улегся спать у источника, где впервые встретился с богатырским конем. И во сне привиделась ему богиня Афина, которая явно решила оформлять шефство над всеми героями Эллады. «Ну, ты дурень, − ласково сказала богиня, − морковкой озаботился, а об уздечке забыл! Ладно уж, давай так. Морковку лучше сам съешь от греха. Приноси жертву Посейдону, он у нас по лошадям. А золотую уздечку я тебе за так подарю, не жалко».