Елена Кароль – Ветвь Арутты (страница 25)

Срываться с места с диким воплем было глупо, поэтому я лишь повыше вздернула подбородок и гордо дождалась, когда приблизится сам. Хотя коленочки уже подрагивали…

Что он задумал?

— Зря ты отказалась от обеда, Тиа. — Подойдя почти вплотную, Эррисан жестко усмехнулся, подтверждая мои самые худшие опасения. — Тебе было бы даже приятно… Но сейчас потерпи.

Обхватив мои виски ладонями и уставившись глаза в глаза, княжич начал что-то неразборчиво нашептывать, причем так быстро, что я не разбирала слов, понимая лишь, что это древнее эльфийское наречие. В какой-то момент показалось, что из его глаз в мои глаза струится нечто золотистое, как и изо рта в рот, в висках резко закололо, заломило в затылке, по внутренней древесной сердцевине прошла болезненная судорога, я схватила его за запястья, пытаясь оторвать от себя, прерывисто вдохнула…

И потеряла сознание.

В себя пришла достаточно быстро, потому что княжич ещё нес меня на руках, только-только подходя к спальне, но не спешила заявлять об этом миру, напряженно изучая происходящее из-под ресниц. Тело было неприятно вялым, откровенно чужим и я здраво опасалась, что Эррисан всё-таки что-то со мной сделал. Но что?

Тем временем эльф положил меня на кровать, сел рядом… И склонился, целуя.

Тут уж я стерпеть не могла! Мигом распахнула глаза, привычно напрягая левую руку для пощечины, но она лишь вяло шелохнулась. Зато желудок мгновенно сжало когтями ужаса, когда стало ясно, что чувствительность и сознание на месте, а вот подвижность практически на нуле.

— Очнулась, юный росточек? — с откровенно самодовольной улыбкой уточнил эльф, отстраняясь и ласково убирая волоски с моего лба. — Мне искренне жаль, что ты такая своенравная… Правда, жаль. Поэтому давай договоримся, Тиа. Ведешь себя прилично — не давлю. Капризничаешь — наказываю. Поняла меня?

Убила его взглядом, затем расчленила и под конец закопала, но он глядел на меня так, словно ничего не замечал, откровенно любуясь и поглаживая кончиками пальцев то лоб, то висок, то скулу.

— Кивни.

Моя голова подчинилась приказу, отданному таким ласковым тоном, что внутри меня всю перекосило.

— Умница. Встань.

Встав первым и протянув мне руку, которую тело приняло против моей воли, Эррисан с самодовольным смешком поймал меня в свои объятия. Секунд пять изучал меня с откровенным превосходством, но границ не преступал.

А затем отдал новый приказ:

— Потанцуй со мной, юный росточек.

Слегка отстранился, вставая в позицию для вальса, и снова моё тело подчинилось его воле. Поклон, рука к руке, вторая на плечо…

Убью, мразь. Точно убью! Не знаю как, но хотя бы напакощу!

— Поменьше кровожадности во взгляде, Тиа, — рассмеялся эльф, кружа меня по спальне под беззвучную мелодию. — Помнишь уговор? Ты должна вести себя прилично. Как истинная принцесса крови. Не злиться. Не буянить. Не истерить. Не устраивать провокаций. И тогда, может… — помедлил и очень задумчиво предположил: — Я дам тебе возможность говорить?

Мне понадобилось секунд пятнадцать, чтобы угомонить внутренний пожар ярости и уговорить себя сыграть смирение, но, когда я прикрыла глаза ресницами, загоняя гнев в самые глубины подсознания, эльф оценил мои усилия.

— Вот видишь, ты невероятно быстро учишься, Тиа. И понимаешь, что в этом противостоянии нет смысла. Просто смирись… И у тебя будет всё.

В этот момент я могла сказать многое. Ещё большее сделать. Княжичу стоило благодарить богов, что я не могла ни того, ни другого, а здравый смысл вовремя победил врожденную кровожадность, поэтому второе убийство взглядом не состоялось, а ещё через десять секунд, завершив танец, эльф снова прижал меня к себе ближе и соизволил дать новое разрешение:

— Говори.

— Ты так любезен… — прошептала, с трудом сдерживая рычание, потому что, несмотря на все мои усилия, из горла рвались лишь ругательства. — И что? Так будет всегда?

— Всё зависит лишь от тебя, Тиа, — он снова коснулся моего лица, словно не мог этого не делать. Прошелся невесомой лаской по щеке и подбородку, едва заметно коснулся большим пальцем верхней губы, и с явной неохотой убрал руку. — Поверь, мне не доставляет большого удовольствия ломать твою волю. Ты слишком нежный росточек… Можешь и не выдержать. Давай договоримся.

— О чём?

— Веди себя сегодня на приеме безупречно согласно нового статуса, и я позволю тебе выходить в парк. Одной. Границы будут под неусыпным наблюдением, сбежать не сможешь, но внутри парка тебя никто не будет сопровождать и контролировать. Договорились?

Поколебалась, но особого выбора у меня не было. Отказать — и он просто не возьмет меня на прием. А парк… В парке у меня куда больше шансов.

— Да.

— Умница.

Похвалив снисходительно, словно собачку, княжич отступил и тут на его губах заиграла многозначительная улыбка, которая не понравилась мне сразу. Всего несколько неразборчивых слов и золотистая дымка, словно живая, ворвалась мне в рот, заставляя судорожно вдохнуть.

Отшатнулась, заранее не ожидая от этого ничего хорошего, но Эррисан ловко поддержал меня за руку и наставительно произнёс:

— Это не позволит тебе нарушить данное соглашение. Ни жестом, ни словом. Я дал воли твоему телу, но лишь в пределах договоренности.

— Это… подло! — выдохнула, не понимая, что чувствую сильнее: обреченность или гнев.

— Это жизнь, росточек, — пожал плечами эльф. — Кто сильнее — тот и прав. Ты поймёшь это уже совсем скоро. И смиришься. Все смиряются.

Его последнее высказывание мне не понравилось особенно (какие такие все⁈), но княжич направился к выходу и вскоре я услышала его приказ, отданный Лиаль: наряжать госпожу к приему.

На негнущихся ногах подошла к ближайшему креслу, рухнула и, чувствуя невероятный упадок моральных сил, откинула голову назад. Итак… я на поводке. Дерьмо!

Это насколько же он силен, что смог обойти мой якобы прочнейший ментальный щит? Или дело не только в ментале? Что за золотистое дыхание? Наподобие моего личного яда?

Хм, а если…

Мысль ещё не оформилась до конца, а я, раздраженно отмахнувшись от горничной, которая примчалась ко мне с нарядным платьем, рванула в ванную комнату, чтобы проверить одну свою догадку. Моё дыхание растворяет все известные магические плетения. Так почему бы не растворить им то, что засело внутри меня?

Слабо, представляя, как надышать ядом на саму себя, тем не менее сконцентрировалась, дыхнула прямо перед собой, а потом торопливо заглотила обратно всё, что выдохнула. И так несколько раз. Под конец слегка закружилась голова и стрельнуло резкой болью в висках, но я на этом не остановилась и, стянув перчатку с правой руки, щедро надышала на пальцы-веточки. Им не страшен мой яд, я проверяла это неоднократно, но вдруг он станет тем самым противоядием, который будет подспорьем в самый решающий момент?

К сожалению, проверить это прямо сейчас невозможно, но… Шанс. Мне нужен лишь подходящий шанс!

И я его не упущу!

Глава 10

— Госпожа Тиа… — в дверь ванной комнаты жалобно поскреблась Лиаль. — Его светлость просил поторопиться…

Точно. Его светлость.

Решив, что для начала достаточно, тем более голова ещё немного кружилась и усугублять своё состояние не стоило, я натянула перчатку, распахнула дверь и протянула горничной руку.

— Платье.

— Я помогу…

— Нет. Я сама.

Не рискнув спорить с такой суровой мной, Лиаль протянула мне наряд и я снова заперлась. Для приема швеи расстарались сверх меры и создали не только ярко-зеленое платье из многослойного шелка, достойное самой родовитой принцессы, но и пошили к нему комплектом серебристое болеро, расшитое изумрудной нитью. Само платье было классическим бальным: облегающий корсет и широкая юбка с подъюбником, но болеро с длинными рукавами позволяло скрыть «увечье», к тому же к нему прилагались перчатки в тон, а значит все приличия соблюдены.

Переоделась быстро, не видя смысла в промедлении, и сразу вышла в спальню, чтобы Лиаль помогла затянуть шнуровку на спине.

С волосами тоже не мудрили, горничная лишь переплела косицы, добавив к ним ещё несколько, чтобы сделать на макушке своего рода «сеточку» из волос. Своих украшений у меня не было, но минут через десять, когда я как раз заканчивала подводить глаза, чтобы сделать их ещё выразительнее (я девушка, в конце концов!), к нам после вежливого стука вошел камердинер его светлости и передал бархатный футляр, внутри которого лежало невесомое ажурное колье из серебра с крошечными травянисто-зелеными камушками и такие же серьги.

— Красота какая! — восторженно пискнула Лиаль и я не могла с ней не согласиться.

Естественно, надела, полюбовалась собой в зеркало, сунула ноги в удобные мягкие туфли на довольно высоком каблуке и вышла в гостиную.

Эррисан меня уже ждал.

С недовольством отметив, что наши наряды выполнены в одной цветовой гамме (на мужчине были зеленые брюки и серебристый фрак), тем не менее безропотно приняла его руку, раз за разом напоминая себе, что этот раунд должен быть за мной. Он и так переигрывает меня по всем фронтам, если и сегодня у меня ничего не получится, то можно вообще лапки сложить и добровольно взойти на эшафот.

Ох, простите, на родовое ложе.

— Ты прекрасна, — комплимент от княжича звучал искренне, а вот совет уже в приказном тоне: — Улыбнись.

Улыбнулась, с отвращением чувствуя, что всё ещё подчиняюсь его приказам, хотя и в гораздо меньшей мере, ну а потом мы отправились встречать гостей. Сначала к центральному коридору, затем вниз по лестнице и в конце концов в сторону главного зала для приемов.