Елена Кароль – Претендентка номер девять (страница 46)
Черт! А можно не так витиевато? Вообще-то мы не во дворце, а на пиратском судне. И если уж на то пошло, то среди простых людей (условно людей) мне намного комфортнее, чем среди слуг и высокопоставленных демонов.
– Желаю. Но без вас.
Вдохнула, вместе с воздухом набираясь и решимости, и выпалила, при этом предпочитая смотреть в район широкой груди демона:
– Мне неуютно рядом с вами, и я не желаю находиться в вашем обществе больше необходимого. И если капитан Варго согласился взять вас на корабль магом и моим наставником, то я в свою очередь согласна обучаться у вас магии. Не более. Остальным временем я вправе распоряжаться самостоятельно, и его я планирую проводить подальше от вас.
Все произнесенное являлось прямым вызовом всем возможным правилам поведения достопочтенной махеши, но я уже окончательно решила для себя, что никогда не вернусь к прошлой жизни. Может, и не быть мне таким великолепным корсаром, как Эльба и Варго, но в любом случае я никогда не стану чьей-то бесправной вещью.
Никогда. Любой ценой. Даже ценой жизни этого конкретного демона.
Молча и без единой видимой эмоции выслушав мое заявление, эфенди тихо хмыкнул и чуть громче прокомментировал:
– Не получится, Юли. Первое правило наставника – полный контроль воспитанника. Помощь, защита, опора и ответственность за его поступки до завершения обучения. И мог бы нарушить это правило тебе в угоду, но не стану: ты моя первая воспитанница и я намерен с честью выдержать это испытание, данное мне самой судьбой. А теперь прекрати стегать ни в чем не повинный воздух хвостом и идем обедать, я тоже голоден.
Жестом предложив мне пройти в кают-компанию, демон терпеливо дождался, когда я отойду от шока и возьму себя в руки, развернусь и отправлюсь в указанном направлении, и только после этого зашагал следом.
Словно неумолимый конвой…
Дерьмо!
В груди вновь разбушевались утихшие ранее чувства, а в мыслях воцарился хаос. Полный контроль? Он издевается? Чего он хочет этим добиться?
На автомате переставляя ноги, я вошла в кают-компанию, села за стол и только после этого обратила внимание на то, что находится передо мной. Действительно еда.
Корсары не стали утруждать себя разносолами, и на столе лежали «долгоиграющие» продукты: большой кусок окорока, сыр, буханка хлеба и немного овощей. Решив, что и мне выгоднее забыть о манерах и тем самым хотя бы слегка, но привести добровольного надсмотрщика в недоумение, я оторвала себе ломоть хлеба, отрезала лежащим рядом ножом формата «тесак» мяса и сыра, соорудила довольно суровый бутерброд и с удовольствием впилась в него зубами, принципиально не замечая севшего напротив Камаледдина.
Надо отдать демону должное – он позволил мне сначала доесть бутерброд и только после этого осуждающе цыкнул.
– Три недели вне дворца, и, как итог, – полное отсутствие манер. Юли, тебе категорически противопоказано данное общество. Ведешь себя, как…
– Как? – Раздраженно вскинувшись, зло сузила глаза, запрещая себе бояться своего «наставника», который (по идее!) не имел права причинить мне любой мыслимый и немыслимый вред. – Как штатный маг корсарского судна?
– Нет. – Демона явно покоробил мой вызывающий тон, недопустимый для «достопочтенной махеши». – Как оборванка и голодранка, даже случайно не знакомая с манерами. Подростковый максимализм, Юли? Демарш наперекор традициям и законам?
Что?
Удивленно приподняв брови, сначала фыркнула, а затем и вовсе расхохоталась. Бедняга. Не укладывается в голове, что я больше не махеши и не собираюсь вести себя соответствующе?
Дождавшись, когда я отсмеюсь (не эфенди, а прямо воплощение терпения!), демон снова чуть наклонил голову и вынес вердикт:
– Я прав.
– Нет. – Фыркнув снова, я снисходительно прищурилась, одарила Камаледдина загадочным взглядом и вновь сосредоточилась на создании бутерброда. – Ты не прав. Видишь ли…
Дав себе время на раздумье, я перевела все внимание на еду и с удовольствием занялась уничтожением второго бутерброда, не забывая периодически коситься на демона и отслеживать его все нарастающее нетерпение. Ага? Не нравится, да? Ничего-ничего, это только цветочки!
– Так что ты хотела сказать? – задал вопрос эфенди (или уже не эфенди?), когда я прожевала и проглотила последний кусочек хлеба.
– А? – Ища взглядом что-нибудь жидкое, чтобы запить, я небрежно отмахнулась. – Нет, ничего. Тебя, кстати, владыка не потеряет? Не пора вернуться к своим основным обязанностям придворного пса?
И светлым взглядом невинного дитяти уставилась на демона, явно возмутившегося моим очередным наглым выпадом. Да, Ками, да. Я доведу тебя до белого каления в кратчайшие сроки!
А рискнешь принять ответные меры – пожалуюсь Ждану!
– Не потеряет, – раздраженно процедил эфенди, явно с трудом сдерживая более сильные эмоции. – Я оставил заместителя.
Немного помолчал, явно о чем-то раздумывая, а затем спокойнее и одновременно с этим язвительнее добавил:
– И свои обязанности я определяю сам, мои полномочия весьма обширны и не ограничиваются приказами лишь магараджи. Видишь ли, девочка моя капризная, эфенди – это не только статус при дворе одного определенного владыки. Это пожизненная должность, утверждаемая после того, как соискатель проходит определенную подготовку и тестирование. Хочу – служу владыке. Не хочу – не служу и занимаюсь тем, чем желаю сам. Главное – соблюдать нейтралитет и не идти вразрез с пожеланиями власти, которая мне доверилась.
С тонкой усмешкой рассматривая мое вытянувшееся лицо, демон кивнул.
– Верно, Юли. Здесь я не в качестве посланника магараджи. Ему до тебя вообще больше дела нет, он уже успешно забыл о том досадном недоразумении и сделал выбор в пользу другой кандидатки. Заместителя я оставил, так что сроки моего возвращения неограниченны.
Ни чая, ни чего-то иного на столе не наблюдалось, а я вдруг подумала, что пора заглянуть в заветный сундук, откуда в прошлый раз Ждан достал бурдюк с алкогольным содержимым.
Нервишки-то не железные!
– Тогда тем более не понимаю! – Я все-таки решила остаться на месте и не давать демону повода для насмешек (махеши алкоголичка? Вот умора!). А заодно кое-что и прояснить. – Зачем ты здесь?
– Зачем? – Переспросив, демон откинулся на спинку стула и сложил руки на груди. Внимательно осмотрел меня, вновь задержавшись взглядом на раненой щеке и поморщившись (ах ты ж черт, надо умыться!), затем развел руки в стороны, словно охватывая ими помещение, и с легкой насмешкой, в которой мне почудилась и угроза, пояснил: – Здесь я ради тебя, достопочтенная махеши. Не поверишь, не проходило вечера, чтобы я не думал о тебе. И вот сейчас, сидя напротив, понимаю, что ожидания были не напрасны – ты еще прекраснее и непостижимее, чем я запомнил. Правда, я предпочел бы продолжить наше непростое знакомство в ином месте, но раз уж ты настаиваешь, то уступлю тебе в этой малости и немного поплаваю с вами.
Очень хотелось сказать колкую гадость, но я удержалась. Значит, действительно сменил тактику? Умно.
Но каковы истинные цели?
– А что потом? – Тоже откинувшись назад, я в свою очередь снова и снова скользила взглядом по суровому лицу демона, щедро располосованному шрамами.
Кстати да, надо будет как-нибудь поинтересоваться, где он их получил и от кого.
– Потом?
Ну что за дурацкая манера переспрашивать?!
– Да, потом. Или это минутный порыв души, а о дальнейшем ты даже не думал? Догнать, поймать, овладеть и… И что? – Злясь все сильнее, потому что демон смотрел на меня весьма удивленно (неужели я права?), я подскочила и наставила на мужчину коготь. – Уясни себе одно: то, что я тебе поддалась в тот вечер, было огромной ошибкой, и я безмерно жалею, что сразу не начала с магии, которая оказалась моим спасением и помогла покинуть негостеприимные стены дворца и обрести свободу. Но больше подобного не повторится. Я не собираюсь уступать и ложиться под тебя только потому, что ты «эфенди» и таково твое единогласно принятое решение.
Выплюнув должность, как самое грязное ругательство, и принципиально отказываясь замечать потемневшие от демонической ярости глаза Камаледдина (Не боюсь! Не боюсь, черт возьми!), язвительно закончила:
– В моих планах на будущее нет тебя, демон. И сейчас я терплю твое присутствие только потому, что это желание моего капитана.
Из кают-компании я уходила с гулко колотящимся сердцем, но втайне радуясь тому, что нашла в себе силы высказаться. Пусть знает. Пусть знает все!
Первые минут пять Камаледдин просто сидел.
Шок?
О да.
Глубокий. Основательный.
Достопочтенная махеши? Юная и неискушенная шестнадцатилетняя девственница? Дочь уважаемого визиря, интересующаяся лишь сплетнями и женскими безделушками?
Нет, нет и нет.
С кем он только что разговаривал?
Моргнув, эфенди перевел задумчивый взгляд на дверь. Сейчас он как никогда ранее желал догнать ушедшую демоницу и вытрясти из нее признание.
Все признания.
Откуда, как, почему? Что дало толчок и почему именно такой? Ну не могла домашняя девочка всего за три недели стать зрелой женщиной с множеством тайн и недомолвок, да еще и с такими неоднозначными взглядами на будущее! Не достопочтенная юная махеши, а сплошное противоречие.
Медленно сжав и разжав кулаки, эфенди уговорил себя не торопиться. Он на чужой территории и под присмотром – это раз. У него явно не хватает данных – это два. И Юли…