Елена Кароль – Попаданка. Если вас убили (страница 51)

– Это вам.

На стол передо мной легла кремовая роза, а рядом с ней – маленькая открытка. Официантка же, принесшая это, больше ничего говорить не стала. Просто ушла.

Что на этот раз, Оверъяр?

«Не грусти, все не так плохо, как тебе кажется».

Вот как? А откуда ты знаешь, как все обстоит на самом деле?

Злость вспыхнула буквально на пустом месте, но как вспыхнула, так и пропала. А может, и правда, я просто устала. Суматошные дни, лавина новой информации, открытие за открытием, а я… Я лишь хочу, чтобы все стало как раньше! Просто, понятно и решаемо!

Не замечая, как мну лепестки ни в чем не виноватой розы, опомнилась, только когда укололась о ее шипы. Резко замерла, перевела взгляд на руку и сдавленно охнула: от розы остался один стебель, а по моей руке текла тоненькая струйка крови, перемешиваясь с грязной кашицей остатков лепестков.

– Я ошибся? – огорченно прошептали мне практически на ухо, а когда я испуганно дернулась и заозиралась, так же тихо шепнули до боли знакомым голосом пятнадцатого темного лорда: – Не ищи, меня нет рядом, это магия. Но я неподалеку и вижу тебя, моя несравненная Катерина. За тобой очень профессионально присматривают… Кто?

– Д… друзья… – с трудом выдавила я, сглатывая вязкую слюну.

– Странные у тебя друзья, Катюша, – так же тихо шепнули мне на ухо с труднораспознаваемой интонацией.

То ли угроза, то ли просто констатация факта… Одним словом, мне просто стало жутко.

– Что тебе надо? – стиснув зубы, прошипела я, когда молчание затянулось.

– Встретиться, – твердо ответил невидимый собеседник. – Без друзей и иных соглядатаев. Я хотел сделать это позже, но, кажется, вновь ошибся. Сегодня. В полночь.

– Где? – Мой голос обрел твердость, которой я сама еще не ощущала, но Эд был прав.

Встретиться нам необходимо как можно быстрее. Жаль, что не на моих условиях, которые я практически досконально распланировала днем, а на его, но тем лучше для психики окружающих. Возможно…

– Я приду сам.

Почему-то я сразу поняла, что на этом беседа завершена. Просто пропало едва уловимое ощущение стороннего присутствия, и лишь спустя несколько неимоверно долгих секунд я потянулась за салфеткой, чтобы стереть натекшую в ладонь кровь. Так просто. Никаких многоходовых интриг, никаких коварных ловушек и подключенных специалистов со стороны. Просто приду. Сам. В полночь.

Наверное, дико смотрелась со стороны непонятно с чего истерично захохотавшая девица, размазывающая по ладони окровавленную салфетку…

Петру я позвонила лишь спустя сорок минут. Сначала успокоилась, сходила и умылась, выпила еще кофе, не постеснявшись заказать к нему стопку коньяку, вкус которого не почувствовала, и только после этого набрала номер опера. Трубку взяли после второго гудка.

– Мы закончили. Отвези меня, пожалуйста, домой.

И, не желая больше ни говорить, ни слушать, сразу же отключилась. Я понимала, что тем самым лишь озадачу и насторожу, но иначе не могла. Мозг паниковал, отказываясь признавать, что всего через несколько часов я вновь встречусь с одним из Оверъяров, которого не могло быть на Земле по всем законам логики, а тело задеревенело и элементарно не желало двигаться.

Мое нервное оцепенение не прошло, даже когда ко мне за столик подсел явно обеспокоенный Петр и, хмурым взглядом пройдясь по разрухе на столе, сурово потребовал:

– Рассказывай.

– Это Эд, – только и смогла выдавить я.

– Он был здесь? – еще сильнее нахмурился опер и, кажется, к чему-то прислушался.

– Нет. Но он… – Я с трудом сглотнула, жалея, что вновь нечем запить, но заказывать кофе больше не стала. – Он говорил со мной. Шепотом. Так, словно был рядом, но… Но его не было.

– Что он сказал?

И в эту секунду я поняла, что не скажу всей правды. Если скажу – встречи не будет. Или будет такая, что выживут не все. Я не понимала, почему так боюсь. Это не поддавалось здравому смыслу, но меня просто парализовало от ужаса при мысли о том, что со мной на встречу может прийти кто-то еще.

Он ведь темный. Оверъяр. Ящер из иного мира. который даже внука своего не пощадил, когда подумал, что у нас с ним роман. А что он сделает с тем, кто ему не родственник? Кажется, только сейчас до меня в полном объеме начало доходить, что Эд – это не парень с соседней улицы. Не раздолбай-программист в растянутом свитере, не офисный планктон в дешевом костюме, гордо называющий себя менеджером, и даже не мажористый папенькин сынок, сорящий родительскими деньгами направо и налево. Это темный лорд. Гроза и ужас Темной (а может, и не только) половины мира Галион. Тот, о ком живые говорили лишь шепотом и постоянно оглядываясь. Тот, кого боялся собственный внук, не говоря уже о правнуке. Все так же магически силен и непредсказуем. С той же небрежностью, что Эдмунд одаривает меня цветами, он может в любую секунду забросать мнимого соперника чем-нибудь смертельным.

И сейчас он здесь.

– Катя? В чем дело? – Петр наклонился ко мне, словно пытаясь заглянуть через глаза прямо в душу. – Он тебе угрожал?

– Нет. – Улыбка вышла тусклой, но я постаралась взять себя в руки. – Я просто не ожидала, что он так умеет, и немного испугалась. Эд сказал, что хочет встретиться.

– Когда?

– На днях…

Не знаю, насколько убедительной вышла ложь, но в эту минуту я смотрела не на Петра, а на истерзанную мною розу. А ведь он наверняка видел и это…

– Не бойся. – Мою руку накрыла широкая мужская ладонь и легонько сжала. – Мы будем рядом.

Не поверишь – этого я боюсь намного больше, чем встречи.

– Отвези меня домой.

– Идем.

Поездка домой прошла в тяжелом молчании. Я не рвалась раскрывать душу и делиться сомнениями, предпочитая смотреть в боковое окно, а Петр тактично не приставал с расспросами, хотя я чувствовала его частые косые взгляды. Тузика тоже выгуливали молча и расстались, пообещав встретиться завтра. С братом я перекинулась лишь парой ничего не значащих фраз, а затем ушла к себе, чтобы продолжить то, что не закончила в кафе.

Я вновь начала себя накручивать.

Не помогла ни музыка, ни легкая физическая разминка, ни контрастный душ, ни кофе с вафлями, ни запущенная на компьютере игрушка, которую я выключила уже через пять минут после того, как бездумно поелозила по экрану мышкой. В сторону алкоголя я даже не смотрела, прекрасно понимая, что мне необходима ясная голова, а за двадцать минут до полуночи поняла, что пора бы и подготовиться.

Мало того, что я так и не разделась, до сих пор перемещаясь по квартире в брюках и блузке, так я еще раз наведалась на кухню и вооружилась лучшим оружием всех времен и народов. Скалкой.

За пять минут до полуночи выгнала сонного и откровенно недоумевающего Тузика из спальни, переживая, что Оверъяру ничего не стоит просто испепелить моего пса на месте, а затем нервно плюхнулась в компьютерное кресло, предварительно развернув его к окну, закинула ногу на ногу и положила на колени скалку.

И все равно я ошиблась и почти прозевала появление Оверъяра, который, вопреки моим предположениям, не пришел через окно, а вышел из портала в стене за моей спиной. Лишь по едва уловимому шуршанию и практически неслышимому треску я поняла, что что-то происходит, и торопливо крутанулась, чтобы тут же стать свидетельницей потрясающего волшебства: часть стены пошла рябью, образовался двухметровый темный овал, очень похожий на зеркало с зыбкими рваными краями, а затем сквозь него шагнул он.

Высокий, статный, гладковыбритый и стильно подстриженный, одетый с иголочки в дизайнерский темно-синий костюм-тройку. Белая рубашка, кирпичного цвета галстук в мелкую косую полоску… Эдмунд Оверъяр собственной персоной. Только живой.

Это и сорвалось с моих губ, прежде чем я смогла их крепко сжать.

– Живой…

– Слава роду, – скупо улыбнулся тот, кто не уступал по красоте личине Грига, а по окружающей его ауре ужаса – Туру. – Доброй ночи, Катюша. Вижу, ты… – лорд замялся, когда его взгляд остановился на моих коленях, а затем его губы тронула понимающая улыбка, – меня ждала?

– Ждала, – зло процедила я сквозь зубы, не сводя с гостя подозрительного прищуренного взгляда, и показательно погладила орудие самозащиты, а в случае чего – нападения. – Чем обязана?

За дверью глухо зарычал Тузик и несколько раз настойчиво поскребся.

– Не стоит меня бояться, – почему-то устало прикрыл глаза Эдмунд и, сделав шаг к кровати, присел на ее край. – Я пришел поговорить.

– Хорошо. Говори.

– Ты обижена. Вновь обижена… – Лорд будто говорил сам с собой, при этом рассматривая мою комнату так, словно не мог поверить, что такое вообще возможно. – Но на что в этот раз?

– Может, на твое здесь присутствие? – вспылила я, но шепотом, потому что боялась разбудить брата. – Какого черта, Эд?! Это мой мир. Моя жизнь! Твое место на Галионе!

– Позволь мне самому решать, где мое место, Катюша, – раздраженно отрезал лорд, полыхнув в мою сторону огненными бликами, которые поселились в его янтарных глазах.

– А вот это интересно! – Нервы откровенно сдавали, страх сменился безумным куражом, и я взмахнула скалкой. – Так мы вернулись к цели встречи? Давай говори! Какого черта ты делаешь на Земле?

И тут на меня посмотрели. Задумчиво. Пронзительно. С тем жутким прищуром, который заставлял искать защиты. Хоть где! Да хоть за шторой!

– Обживаюсь, – неожиданно улыбнулся Оверъяр, но в этой улыбке я не увидела приязни. Лишь ледяную констатацию факта. – Вот, зашел проверить, как у тебя дела. Арчибальд переживал, что первые дни пребывания в родном мире тебе может грозить опасность, но вижу, что он ошибся и у тебя все в порядке. Семья, питомец, друзья…