Елена Кароль – Камелия. Княжна соляных пустошей-2 (страница 35)
– И неймется же им… - проворчала с нескрываемым раздражением. - Не понимаю такой озабоченности. Сами себе проблемы создают!
– Османы, - пожал плечами Тимофей. - Горячие парни, которым море по колено и барханы по плечу. Для них понравившуюся девушку похитить, всё равно что за хлебушком выйти. Что делать будем, краса моя? Сами им по сусалам наваляем или звоним в техподдержку?
Несмотря на всю серьезность ситуации, я нашла её на диво смешной и рассмеялась, но потом всё-таки призвала себя к порядку и задумалась. Если (не дай бог!) сами не справимся, последствия могут быть весьма плачевными. От убийства Тихомирова до моего изнасилования.
Нет, не хочу. Лучше перестраховаться!
– Звоним, - кивнула в итоге. - Пусть подстрахуют.
– А ты в меня веришь, как погляжу, - уязвленно пробормотал Тимофей, но уже берясь за телефон.
– Я в тебя верю, - возразила ему. - Но я уже опытная жертва и предпочитаю перебдеть.
– Да понял я, понял, - проворчал мужчина и произнёс уже в трубку: - Иваныч, у меня форс мажор. Черномазый, ага. Да, с ней. Куда? Понял, еду.
Закончив разговор, Тихомиров любезно пояснил:
– Наш начбез тоже в курсе, где я и с кем. Мы с ним проговаривали риск подобного развития событий, так что группа перехвата наготове. Сейчас двинемся в нашу сторону, им там будет удобнее. Не переживай, домой ты сегодня попадешь. Только чуть позже. Хорошо?
– Хорошо.
Вот только планам Тимофея не суждено было сбыться.
Мы уже выехали из города по Началовскому шоссе, причем двигаясь неторопливо в редком потоке машин, когда мой спутник глухо ругнулся - буквально из ниоткуда перед нами возникла фура с распахнутыми дверями и опущенным пандусом, справа, слева и сзади нас зажали в жесткую коробочку из безликих внедорожников с затемненными окнами, а затем Тимофей ругнулся снова и плавно вьехал в темное нутро фуры, тут же выпаливая:
– Это не я!
Догадываюсь…
Он успел схватиться за телефон и ругнуться так смачно, что я аж почти заслушалась, следом сквозь зубы прошипев: “глушат, сволочи”, а потом я ощутила в салоне подозрительный сладковатый запах…
И отключилась.
***
Он очнулся рывком. В машине, аккуратно припаркованной у обочины. Всё так же сидя за рулем и сжимая в руке телефон.
Не болело ни тело, ни голова. Разве что во рту ощущался подозрительный сладковатый привкус…
Поморщившись, попытался вспомнить, что произошло.
Камелия. Свидание. Озеро. Кафе…
Османы!
Тут же рывком повернул голову в сторону пассажирского сидения и по спине прошелся ледяной холодок дурного предчувствия.
В машине он был один.
Дерьмо!
Глава 19
Не знаю, сколько времени я пробыла без сознания, но когда очнулась, то сразу поняла, что радоваться нечему.
Я на кровати. Я голая. Я в грубых металлических браслетах, очень похожих на наручники, но в первую очередь блокирующих магию.
И я… Под дурманом?
Мысли текли вяло, откровенно нехотя, по телу бродила совершенно несвойственная мне томная нега. В комнате приятно пахло незнакомыми благовониями, так и манящими расслабиться ещё сильнее, но тут они не угадали.
В прошлом я уже попадала в схожую ситуацию, хотя и на настолько пошлую, но память как никогда вовремя подкинула нужные воспоминания о том, как тяжело мне тогда пришлось, и в груди зародилась злоба.
Самая обычная животная злоба.
Не с той связались, мрази!
Не торопясь делать резкие движения и предпочтя встать плавно, чтобы не насторожить похитителей раньше времени, если за мной ведется видеонаблюдение, я поднялась с широченной кровати и осмотрелась.
Комната была обставлена в непривычном стиле, это определенно был восточный шик и кричащая роскошь. Слоновая кость и позолота, алые акценты и снова позолота. Мрамор, лакированное дерево… И снова позолота!
Кровать стоит на круглом подиуме со столбиками, на которых подвязаны полупрозрачные занавеси. На полу ковры с типичными восточными узорами. По углам расставлены обитые алым бархатом мягкие пуфики и диванчики самых разных форм. Вдоль одной из стен растянулось панорамное окно с видом на…
Чего-чего?! На какие, нахрен, барханы?!
Совершенно не стесняясь своего обнаженного вида, я подошла к окну вплотную и сосредоточенно изучила всё, что увидела. Если отбросить в сторону панику и ярость, получалось, что меня не просто похитили, но уже и увезли достаточно далеко от Астрахани.
Как минимум в какой-нибудь Стамбул, как максимум - в личное имение на территории Османской империи.
Плохо. Очень плохо. Получается, что обратно мне за пять минут не сбежать. Даже если выберусь из дома и чудесным образом избавлюсь от браслетов, блокирующих магию, то придется сначала разбираться, где я вообще очутилась. Увы, я крайне смутно знакома с географией соседней империи, но прекрасно знаю, что нравы тут оставляют желать лучшего. И одиноко путешествующая женщина без одежды и документов вызовет слишком много ненужных мне вопросов…
Дерьмо!
Поджав губы и скрипнув зубами, я поискала в комнате хоть какую-то одежду, но на первый взгляд тут не было даже шкафов. А если подумать?
На всякий случай подергав широкие двери, убедилась, что они заперты, и прошла вдоль стен, периодически постукивая. С одной из них мне повезло - за деревянными панелями находился вместительный шкаф, практически ещё одна комната, но на этот раз без окон, зато внутри была тьма полок и вешалок, а еще удобный диванчик и трюмо с пуфиком, но сами полки были полупусты.
Впрочем, мне хватило наглости и просто сообразительности, чтобы найти среди халатов, сорочек и прочих полупрозрачных тряпок одежду поприличнее и всего через десять минут я была уже в трусах и платье, а ещё искала в ящиках хоть какую-нибудь заколку, чтобы скрепить ею косу.
Нашла.
Ещё час я маялась от безделья, прохаживаясь по комнате и строя планы побега, попутно обнаружив ряд минусов: окно не открывалось, туалета в комнате не было, подозрительный запах не выветривался и его источник я обнаружить не смогла. Как и камеры, если они вообще тут были.
Браслеты тоже бесили и пускай я чувствовала, что внутри меня магия есть, зажечь даже крошечный светляк не получалось.
Твари!
Но вот со стороны двери послышался приглушенный шорох, затем щелчок и в комнату вошла женщина. Уже немолодая, ближе к пятидесяти. Темноволосая, кареглазая. Совершенно невзрачная, хотя и одета в богато расшитое золотой нитью и бисером платье, поверх которого был накинут традиционный халат без рукавов более темного цвета. Куча украшений, яркий макияж с густой подводкой, но если всё это снять и смыть, то получится самая обычная тетка.
Быстро найдя меня взглядом и изучив сверху до низу, женщина недовольно поджала губы, давая понять, что я ей не нравлюсь.
Это было взаимно.
– Зови меня госпожа Зухэ, - заявила она неприятным визгливым голосом. - Вижу, ты уже освоилась и понимаешь, зачем здесь оказалась. Тем лучше…
– Не понимаю, - оборвала её, не собираясь облегчать тетке жизнь. - И требую объяснений! Я княжна Горчакова! По какому праву вы удерживаете меня взаперти?
– Ты никто, девочка, - цинично хмыкнула тетка. - Думаешь, ты первая, кто приглянулся молодому господину? Естественно… нет. Таких, как ты, тут побывали сотни. А сейчас иди за мной, если хочешь есть. Не пойдешь или начнешь дурить - останешься голодной.
– Классные у вас тут порядки. И аниматор креативный, - пробормотала я вполголоса, кривя губы, но за женщиной пошла без колебаний.
Еда - хороший стимул притихнуть и осмотреться получше.
Забавно, но когда мы вышли из спальни, то очутились не в коридоре, а в роскошно обставленной гостиной, и сначала Зухэ разрешила мне сходить в туалет и умыться, и только потом мы отправились дальше. За дверями гостиной шел длинный коридор с кучей дверей справа и слева, но мы дошли до самого конца и прошли через арку, очутившись в очередной комнате.
Раза в четыре больше, чем спальня, где я очнулась, она была обставлена ещё роскошнее и намного более функциональнее. В одном углу низкие диванчики и полноценное лежбище на коврах с кучей подушек. В другом углу несколько столиков и удобные мягкие кресла для трапез. В третьем и вовсе небольшой подиум с инструментами, лежащими на подставках.
При этом я сразу поняла, что эта комната предназначена для общего пользования - за столиками уже сидели девушки и в целом непринужденно общались. Хотя тут как посмотреть…
Всего их было пятеро, все молодые и примерно одного типажа: утонченные, изящные, светловолосые. Лишь одна была рыженькой с забавными конопушками и выдающейся грудью, остальные же похожи друг на друга, как сестры.
И ни одной старше двадцати.
Скользнув внимательным взглядом по каждой, пока подходила, ведомая надсмотрщицей, отметила, что более или менее расслабленно чувствуют себя только две из них, остальные же явно тут не по своей воле: потухший взгляд, опущенные уголки губ и равнодушие в целом говорили сами за себя.