Елена Ивановских – Злюкен собакен (страница 3)

– Вот, дети, ваша одноклассница – предатель! Такие в войну рассказывали фрицам, где прячутся партизаны. Поэтому все мы сейчас, с сегодняшнего дня, объявим ей бойкот!

Не было ничего хуже для девочки. Этот публичный позор сковал её тело. Молча, не отрываясь, помертвев, она смотрела на своих друзей. А они, опустив головы, уткнулись взглядом в парты.

– Иди, садись на место, – процедила сквозь зубы Нина Никандровна.

Это была самая большая учебная четверть – третья. Ребята быстро позабыли про бойкот, а может просто делали вид, что всё закончилось. То один, то другой заговаривали с Ириной, смеясь или по делу. Через две недели уже весело бегали с ней по школьному коридору до столовой, одалживали ластики или учебники и играли, как обычно. А вот первая учительница не забыла ничего. Она демонстративно не спрашивала девочку на уроках. О! Ирина была готова всегда!

– Кто хочет ответить у доски?

– Я! Я!, – маленькая рука взлетала вверх.

Противная тётка уводила взгляд в сторону. Иринка, наученная горьким опытом, ничего не рассказывала об этом маме. А одноклассники? Делиться с ними, помня их стеклянные взгляды в парты при объявлении бойкота, девочка тоже не хотела. Как то горько и рано сделав взрослый вывод: а чем они могут помочь? И только за две недели до окончания четверти, Нина Никандровна начала опрашивать девочку на каждом уроке, гоняя по всему пройденному материалу. Конечно: отсутствие отметок в классном журнале заинтересовало бы завуча школы…

Тут, взрослая женщина, Ирина Витальевна, нечаянно наступила ногой в лужу. Поток воспоминаний прервался и она вздрогнула, возвращаясь обратно в погожий, солнечный денёк золотой осени. Вон оно что. Некрасиво поступила первая учительница, а за что я на ребят обиделась? Да так сильно, что доверие к коллективу пропало на годы? Вот тебе и вопрос, чтобы разобраться в себе.

Женщина рассеянно посмотрела на часы. Ого, ещё целый час до завершения работы. Между тем, невдалеке, как раз показался последний, запланированный на сегодня, офисный центр. Здание было небольшим, четырёхэтажным. На табличке громко обозначалось:" Бизнес центр "Капитал". На самом деле это был пристрой к огромному, длиннющему, панельному жилому дому. Золотые буквы на выцветшей красной вывеске облупились. Аренда, по всей видимости, недорогая. Хозяева экономили даже на уборке. На этажах царили грязь и запустение. На первом сидели девушки швеи. Там Ирине не посчастливилось. Она не продала ничего. На втором: три кабинета занимал финансовый отдел и бухгалтерия какого-то ООО. Там, светленькая девушка облюбовала себе яркие сладкие духи и тушь. Соседняя дверь пустовала. А Ирине ещё оставались третий и четвёртый этажи. Женщина внезапно устала. Подсчитав свой результат, она утешила себя тем, что вот ещё два этажа пристроя, и полетит она маленькой птахой домой. Кормить своего сына, наверное уже пришедшего из школы.

" Бензин кончился! – пошутила сама с собой Ирина. – Ну, подруга, давай ещё одно крохотное усилие, ещё два маленьких этажика, и домой". На третьем этаже вообще никого не было. Двери всех офисов были открыты. Кабинеты пустовали. Обломки старой мебели, вывернутые ящики для бумаг и характерный запах заброшенности и слежавшейся пыли. " Как в фильме ужасов, – подумалось Ирине, – может ремонтировать будут эти комнаты. Или вызовут клининговую компанию и сдадут кому нибудь." Перед входом на четвёртый этаж, Ирина остановилась, перевела дух и, только тут поняла, что она бежала по ступенькам.

Последний этаж был тоже какой то странный. К запаху пыли примешивался ещё какой то знакомый, но совсем не вяжущийся с обстановкой. Мозг фиксировал неправильность, но никак не мог сообразить в чём дело. Зато на этаже были люди. Два кабинета были закрыты на ключ. А в третьем на Ирину поднял глаза невзрачный узкоплечий мужчина. Взгляд его, одновременно заискивающий и затравленный, озадачивал. В углу комнаты, почему-то был дорогой гоночный велосипед. Факс старой модели стоял на тумбочке в углу. Нигде не было видно папок с бумагами и отчётами. Из под продавленного офисного диванчика, обитого треснувшей красной экокожей, сиротливо торчали две гантельки. Офисный дартс висел криво. Окошечко настенного календаря было выставлено на позапрошлом месяце. На письменном столе стояла чашка с остывшим чаем, вся в разводах. Мужик растерянно посмотрел на Ирину:"Женщина, Вам чего? "

Она терпеливо, вежливо улыбнулась:"Добрый день! Может быть у вас на этаже есть девушки? Духи, косметика… "

Кадык на тощей шее мужчины дёрнулся:"Нет! Нет никого."

Он даже привстал из-за стола и замахал руками для убедительности:" Идите, идите же… "

Ирина недоуменно пожала плечами и вышла. Странный какой человек. Чего только не навидаешься. Оставалась только одна дверь на этаже. Неприятный, не укладывающийся в сознании запах, усилился.

Дверь кабинета открывалась во внутрь. И это был не офис. Жилая комната. Ирина, почему то оробев, приоткрыла дверное полотно и увидела часть претенциозного белого кожаного дивана. Большую, расписанную вручную напольную вазу для цветов. Огромный плазменный телевизор что-то бубнил со стены.

В таких вот полузаброшенных офисных помещениях, случалось Ирине набредать на комнаты, где ютились рабочие мигранты. Или вахтовики, на пару-тройку дней перекантоваться. Но здесь было что-то другое, из ряда вон выходящее. Работяги жили в спартанских условиях. Железные кровати с панцирными сетками, табуретки, вместо тумбочек и въевшийся запах волглой непросушенной одежды и мужского пота. Всё это в один миг пронеслось в голове Ирины. Вдруг на роскошном диване произошло какое-то шевеление. Вниз с него спустилась жёлтая сморщенная старческая нога и стала нашаривать по полу красный ковровый тапок, стоявший подле. Ирина смутилась. Какая старуха? Откуда здесь взялась она? Разом получил объяснение неприятный запах. То был кислый, устоявшийся запах мочи и давно не мытого старческого тела. Обстановка в кабинете, с претензией на роскошь, абсолютно с ним не вязалась. Ирина аккуратно прикрыла дверь в комнату. Повернулась, чтобы идти, и вдруг, перед ней, как черт из табакерки, выпрыгнул давешний мужик. "Чего Вы здесь всё ходите? Я же сказал Вам, что нет никого. Впрочем давайте я Вас провожу. Как это Вы сюда попали? Нас обычно, никто не тревожит…"

В глазах его плескались ужас и тоска. Мужчина жестами предложил следовать за ним. Ошарашенная, ничего не понимающая Ирина, была практически выставлена со злополучного четвёртого этажа. Когда она спускалась по лестнице, ей хотелось только одного: воздуха, свежего воздуха. И, только отойдя от Бизнес центра " Капитал " на приличное расстояние, Ирина вспомнила этого мужика!

Встречаются на пути каждого "дистрика", такого, как она, трудные начальники. Нет, не над продавалой руководители, а над её потенциальными покупателями. Вот и этот такой же был. Всё норовил повысить свой авторитет, за счёт другого человека. Примерно года два тому назад, были у Ирины постоянные клиенты в одном Колл-центре. Девушкам надоедало говорить одно и тоже в микрофоны, сидя в наушниках и завороженно глядя в экран монитора. И они, с превеликим удовольствием, отвлекались от работы, минут на десять – пятнадцать, поболтать с Ириной о том, о сем, и прикупить себе попутно что нибудь из косметики. Но у них был кошмарный начальник, которого весь персонал боялся, как огня. Вот этот самый странноватый мужчина. Конечно она его сразу не узнала!

Тогда это был идеальный клерк. Прямо эталон офисного стиля. При очёчках в золотой (не меньше) оправе. Всегда в костюме и жёстком воротничке, с дорогими часами на лапке и феерически элегантными ботинками. При одном взгляде на которые, даже Ирина понимала, что и сколько стоит в этом мире. Только завидя Господина Начальника, девчонки съеживались и сдувались, как воздушные шарики. Отводили глаза от косметических богатств, лежащих перед ними и, серыми мышками, шмыгали на свои рабочие места. Начальство важно подходило к Ирине и начинало громко и утробно орать, чтобы было слышно в соседних кабинетах:"Вы! Опять Вы! Я же говорил, что нечего сюда таскаться! Вы мне весь коллектив с рабочего настроения сбиваете! Чего Вы сюда опять припёрлись? Делать что-ли больше нечего? "

И Ирина, хоть и была постарше этого невротика, смущалась и терялась от такого крика. Собирала свои духи и помады и отправлялась прочь. Каждый раз, когда у неё была территория, где обитал этот козёл, она тихо молилась про себя, чтобы его не оказалось на рабочем месте. Мысленно уговаривая себя:"Надо зайти к девушкам, я понимаю, он неприятный. Но тебе-то ведь что, зашла и вышла, а твои клиентки целый день в эдаком стрессе.. "

Так вот, кто это недавно со мной общался. Ну, братец, тебя и потрепало! Эге! Да он же живёт там, на четвёртом этаже! А старуха? Да это же мать! И запах этот. Конечно, в бизнес центре "Капитал" только туалет. Где же здесь вымыть её? А она старенькая, в общественную баню не отправишь! Ирина тяжело вздохнула, да уж: "Так проходит слава мирская". И, ускоряя шаг, пошла домой кормить обедом сына и учить с ним уроки.

Павел

Проводив наглую тётку, Павел уселся на ободранный офисный диван, и обхватил голову руками. Он ерошил волосы и раскачивался из стороны в сторону. Как это могло произойти с ним? С ним?! Он, конечно же не узнал Ирину. Но вот сам факт того, что он дожил до такой степени кризиса и отчаяния, что боится какого-то дистрика…Павел глухо застонал у себя в кабинете, чтобы не услышала мать. Впрочем, она уже мало что понимала.