Елена Инспирати – Тьма в объятиях света (страница 67)

Блэйк аккуратно открыл дверь и после секундного обследования потянул меня в прохладный коридор, наполненный суетой. Наше появление во всеобщем хаосе осталось незамеченным. Я ему верила, хоть сама не видела ничего, так как в коридорах не было окон.

Как и планировалось, я делала вид, что сильно пьяна и удовлетворена, и идти самостоятельно толком не в силах. И Блэйк, мой горе-любовник, помогал мне выйти на свежий воздух после суток алкогольного забытья и страстных кувырканий в постели. Видимо, охранники часто приводят к себе девчонок на день, а после выводят в таком состоянии на улицу, раз картина успела стать обыденной и скучной для других.

С каждым шагом я все больше верила в гениальность плана моего напарника. Мы преодолевали поворот за поротом, слыша только довольные изречения о том, что скоро начнется новая эра для темного мира. Брайена упомянули раз сто, и сто раз в мое сердце впились иглы. Кое-как я выдерживала это давление благодаря одной-единственной цели – сбежать как можно скорее. Блэйк чувствовал мою слабость, поэтому держал крепко и торопился, чтобы разговоры проносились мимо наших ушей. Только до нас все равно доходили реплики о том, что мы были десертом сегодняшнего праздника.

Скоро наше отсутствие обнаружат. Это станет полнейшим крахом всех грандиозных планов Правителя, и на наши поиски отправят какие-нибудь огромные отряды обученных бойцов. Хотя я надеялась, что у нас будет фора из-за страха Правителя упасть в грязь лицом, еще и публично.

Мы вышли в центральный коридор, в конце которого находился выход на свободу. Дверь была открыта, так как люди выносили что-то на крыльцо, и благодаря проникающему лунному свету я смогла видеть.

Сдерживая желание перейти на бег, мы терпеливо брели к спасению в образе пьяных любовников. Но тут к нам кто-то обратился:

– Почему вы в таком виде здесь расхаживаете?

За секунду я оказалась где-то в стороне, в каком-то тесном углу. Уловив неровное дыхание и сильные ерзанья рядом с собой, я слегка приподняла капюшон и от шока чуть не сбросила его полностью, раскрывая белые волосы.

Блэйк прижимал к стене Ребекку, одетую в шикарное платье с глубоким декольте и высоким вырезом от самого бедра, открывающим стройную ногу. Одной рукой он закрывал темной рот, а второй захватил в плен тонкие запястья. Свет почти не проникал в этот закуток, поэтому я не видела ее глаз, но могла ощутить искры, вспыхнувшие между этими двумя.

– Тихо, хорошо? – предупредил Блэйк. Девушка кивнула, и тогда сильная хватка темного ослабла, но шаг в сторону от нее он не сделал.

– Ребекка, – обратилась я, – нам надо уйти. Мы все знаем.

Долгие переглядывания оборвались. Ребекка повернулась ко мне. Она поймала мою ладонь в свою, и в ответ я сжала ее так крепко, как только могла.

– Что с ним? Все плохо?

Когда я увидела слабый кивок, по телу прошел холод.

У нас не было возможности поговорить, не было шанса объясниться. Я просто взяла Блэйка за руку и потянула его обратно к нашему маршруту.

– Будьте осторожны. Оба, – промолвила Ребекка нам в спины.

Без лишней суеты мы вышли на крыльцо, которое успели превратить в сцену. Темные уже начали собираться на площади в ожидании торжества. Мы быстро спустились по лестнице и влились в толпу, где уже можно было сделать передышку. Вот так просто мы, гвоздь программы, только что слегка подкорректировали планы и стали крупицей в общей массе зрителей.

– Нам нельзя останавливаться, – сказал Блэйк.

Но я все равно замерла на какое-то время, посмотрела на сцену и поняла, почему на нас никто не обратил внимания. Ребекка вышла вместе с нами, и все зрители стали наслаждаться ее красотой, ее идеальным телом, облаченным в тонкую ткань легкого длинного платья. Она фальшиво улыбалась, ища нас в толпе, но не успела сделать это, так как кто-то подошел к ней и попросил вернуться за дверь.

Ведь совсем скоро все начнется.

Глава 27

Остались часы до того самого момента. Последний шрам на челюсти, полученный еще в далеком детстве, стерли лекарствами. Волосы подстригли, щетину сбрили. Взгляд, который еще сутки назад отражал все муки владельца, стал пустым, и холод в нем затыкал даже самые неугомонные рты.

Он стоял уже не в той комнате, где каждая трещинка в бетоне была заполнена его кровью, а в роскошных апартаментах, как и полагалось преемнику темного мира. Вокруг него семенили прислужливые дамочки, которым поставили задачу в лучшем свете выставить обездушенное тело. Они были бы рады даже обтереть в ванной каждую его часть, только получили на это предложение громкий хлопок дверью.

Пожалуй, только в ванной он все еще мог делать что-то самостоятельно, оставаться наедине с самим собой. Толпу прислуги возле двери ему помогал заглушить поток воды, бьющий прямо в лицо. В эти мгновения он был свободен от мыслей, от картинок и образов, от всего, чем пытали его это время.

Недолгое время, хотя для него минуты давно обрели размытые границы и превратились в поток одной сплошной издевки.

После душа он вновь становился тем, кого можно наряжать, как куклу, для масштабного мероприятия.

– Вам подготовили речь, – сказала одна из девушек, вошедшая в комнату. В руках она держала конверт. – Ее написал Правитель.

Несмотря на то, что его мышцы после силовых тренировок прислуга натирала обезболивающим, он все равно послушно протянул руку и забрал то, что ему предстояло выучить.

– Он будет готов? – Вопрос уже не к нему. С ним лично вообще перестали общаться, так как он не был способен на разговоры, если они не касались Правителя и его приказов. Только подчинение. Больше в нем ничего не оставили.

Прекрасный, крепкий «овощ», как и планировалось. Презентабельное лицо, огромная сила и полное отсутствие свободы воли.

– Сами посмотрите, – темные отстранились от объекта своей работы. Девушка, которая принесла конверт, пробежала взглядом по его телу и с удовлетворенной улыбкой похвалила всех за проделанную работу. Им удалось скрыть любые признаки издевательств.

По щелчку пальцев в комнату занесли выглаженную одежду: черный костюм и черную рубашку, а также начищенные ботинки.

– Можете одевать его. Скоро все начнется.

Одели, довели до блеска образ идеального будущего правителя.

Еще совсем немного, и он получит новый статус.

Еще совсем немного, и власть поменяет свой внешний облик.

Власть Правителя обретет новую, обожаемую всем миром оболочку.

– Нам надо уходить, – злился Блэйк на меня, пока я все еще глазела на Ребекку, которую уводили прочь со сцены.

Может, если я задержусь на минутку, мне удастся увидеть его? Я не хотела верить, что Брайена, того Брайена, которого я любила всем своим расстрелянным напрочь сердцем, больше нет. Даже слова Ребекки не могли заставить меня принять страшную информацию. Хотя она так сильно верила в нее и никогда бы не ошиблась.

Против воли Блэйк поволок меня через толпу, игнорируя возмущения в нашу сторону, а у меня не нашлось сил воспротивиться. По пути я несколько раз чуть не раскрыла всем цвет своих глаз, один раз капюшон, прятавший мои светлые волосы, немного сполз с головы. За это Блэйк выругался мне в лицо, будто я намеренно подвергала нас риску. В ответ я послала его самым грубым образом.

Через несколько минут упорного бега мы оказались за пределами толпы, от которой то и дело отделялись люди, не заинтересованные в шоу.

– Весь темный мир пришел на это посмотреть? – спросила я, озадаченно оглядываясь на сцену, ставшую слишком крошечной для того, чтобы рассмотреть происходящее на ней.

– Ты считаешь, у нас такое маленькое население? Возможно, не все приглашены, хотя это странно. Когда проходило назначение нынешнего Правителя, я еще не родился, не могу сравнить.

Я думала, что церемония будет куда более торжественной и грандиозной. Хотя, возможно, из-за трудной ситуации Правитель все же постеснялся кричать о своем триумфе.

Неужели он боялся, что люди заметят неладное?

– Хотел бы остаться?

Возможно, не стоило спрашивать его об этом. Несмотря на то, что Брайен будет центральной фигурой, Ребекка получит не меньше внимания. Она нужна для украшения, именно поэтому ее нарядили в роскошное платье, показывающее все прелести ее фигуры.

Очевидно, Блэйк переживал.

– Ты знаешь ответ, – пробурчал он.

Мы смотрели друг другу в глаза, ругая таким образом за слабость. Даже на сквернословие у нас не осталось сил. Подобное поведение помогало нам не раскисать.

– Уходим. Нужно увезти тебя. – Блэйк крепче сжал мою руку и повел меня в сторону брошенных машин. Там было безлюдно, поэтому мы пригибались и петляли между автомобилей, стараясь не привлечь случайно внимание странным поведением. – Надеюсь, ты не против угона?

Даже не думала о том, чтобы возразить. Меня больше волновало то, как он собирался это сделать.

Блэйк подобрал несколько камней и швырнул их в окна выбранного автомобиля. По ним пошли трещины, и руками он уже пробил себе путь к водительскому сиденью. Сигнализация не сработала, поэтому он спокойно открыл для меня пассажирскую дверцу.

Когда я села, то слегка сползла по сиденью вниз, чтобы в случае чего меня не увидели, а Блэйк достал из багажника инструменты, оторвал пластиковую панель под рулем и стал возиться с проводами. Я ничего не понимала, поэтому не лезла. Когда машина издала характерный звук, темный самодовольно хмыкнул.