Елена Инспирати – Тьма в объятиях света (страница 63)

У двери Брайен остановился и с сожалением в голосе произнес:

– Прости за все, что было. И за все, что будет дальше.

– О чем…

Мой вопрос растворился в скрипе тяжелых дверей. Руки Брайена, еще недавно крепко державшие меня и заботливо гладящие саднившую кожу, толкнули меня вперед, и я упала на колени.

– Я привел ее! – воскликнул Брайен, после чего одинокая полоска света от двери сомкнулась. Все погрузилось в полнейший мрак, и я не смогла больше видеть.

Звуки торопливых шагов, восторженные свисты и полное непонимание происходящего в совокупности порождали панику, а она включала в моем теле дрожь и пускала новую порцию адреналина. Я судорожно цеплялась за картинки из прошлого, когда мы с Брайеном были совершенно беспечны, заставляла себя чувствовать его руки на своем теле, чтобы не находить поводов верить в этот холодный тон за спиной.

Все вокруг затихло, и по полу стали расходиться слабые вибрации шагов. Шел он, Правитель темных, прямо ко мне.

– Невероятно! – Раздались редкие и тяжелые хлопки. – Брайен, а мы ведь слабо верили в осуществление твоего безрассудства.

– Ложь, вы верили. В противном случае не отпустили бы меня.

– Хорошо, подловил. Должно быть, все удивились: темный стоит прямо под солнцем! Немыслимо! Ты превзошел все наши ожидания и достиг того уровня, когда в тебе совместились способности двух миров.

Я подчеркнула это для себя в качестве позитивного момента.

– Мы долго будем обсуждать меня? Может, разберемся с ней для начала? – произнес Брайен надменно, с отвращением… Он будто видел под ногами крысу и испытывал немыслимое презрение.

– А что бы ты хотел с ней сделать? – лукаво спросил Правитель.

– Вы знаете, что сейчас на меня действует ваш идиотский препарат. Очень скоро эффект начнет спадать, и я вновь начну испытывать желание помогать таким немощным, как она.

Хорошо, звучало почти убедительно. За месяцы адаптации Брайен смог обрести по-настоящему важные навыки, например, способность искусно лгать. Но недоверие со стороны Правителя все еще исходило: он боялся просчитаться, не заметить один важный момент, который мог бы порвать туго сплетенную паутину системы. Поэтому я, высвобождая другие эмоции, не имеющие отношения к Брайену, постаралась ему подыграть.

– Зачем? – Я шмыгнула носом и предприняла попытку встать, потому что знала, что повалюсь обратно, и рассчитывала на эффектную и жалкую картину. – Зачем ты меня забрал? Чтобы издеваться здесь? Всех этих месяцев тебе было мало?

Мои слезы не были игрой, как и полное бессилие.

– Я же уже не нужна! Родила вам научный объект! Все! Выполнила миссию!

– Просто заткнись, противно смотреть на тебя, – заявил Брайен.

И хрип в голосе его выдал.

От Правителя это не ускользнуло: я резко почувствовала себя наиглупейшим существом.

– Сукин ты сын! – миновав меня, Правитель разгневанно подошел вплотную к Брайену. – Думаешь, все так просто?

Я слышала только удары: после каждого глухого или звонкого хлопка сжималась сильнее, словно били меня. Брайен терпел все, что с ним делали, без попыток сопротивляться. Ведь так надо было, да? Сдерживая свои порывы, я лбом терлась о холодный пол и зажимала рот руками.

– Если бы только у нас было немного больше времени! Если бы только ты не обладал всеми нужными качествами! Я бы лично расчленил тебя и скормил собакам!

Послышался торопливый стук каблуков. К нам прибежала девушка, и по одним своим ощущениям я поняла, что это Ребекка. Первым делом она аккуратно подняла меня и прижала к себе. Теперь она чувствовала, как сильно я дергаюсь после каждого удара.

– Хватит его трогать! Достаточно! – крикнула она, и ее слова разнеслись, кажется, по всему зданию, отскакивая от застывших на месте наблюдателей.

Правитель остановился. Его тяжелое, бешеное дыхание смешалось с моими всхлипами.

– Я превращу тебя в овощ. Я выпотрошу всю твою суть, все, что ты считал собой, из каждой клеточки твоего тела и подчиню тебя своей воле, на этот раз окончательно, чтобы впредь ты не пытался разрушить мои планы. И мы проверим твою готовность одним весьма показательным методом.

Почему-то именно после этих слов руки Ребекки обхватили меня с большей силой. Я могла лишь предположить, что именно во мне заключался «финальный этап превращения».

– Вколите ему тройную дозу, после чего посадите на капельницу, – приказал Правитель одному из своих подчиненных.

– Смешивать питание с веществом нервно-паралитического действия?

– Самое слабое и в самых малых дозах, чтобы не буйствовал. Предпочтительно используйте вещества с галлюциногенным эффектом. У него порой бывают весьма полезные для нас видения.

– А что насчет терапий?

– Обговорите их с другими врачами. И не забывайте контролировать его здоровье и физические данные: внешняя оболочка должна оставаться прежней. Залечите все ссадины, избавьтесь от шрамов. Будущему правителю не полагается так ужасно выглядеть.

– Будет сделано.

Мой крик в пустоту с просьбой о помощи Ребекка оборвала ладонью. Она держала меня и не давала мне рвануть к Брайену, которого тащили куда-то далеко от меня. Снова нас отрывали друг от друга, так просто, так сладко смакуя наше поражение. И они смеялись. Все они насмехались над нами, словно наша трагедия – один сплошной анекдот.

Через какое-то время нас с Ребеккой оттолкнули друг от друга: меня схватили за обе руки, а ее Правитель, вероятно, стал удерживать за скулы цепкими пальцами, потому что она издала глухой визг и тут же злобно шикнула в попытке что-то сказать.

– А ты, – начал Правитель, обращаясь к ней, – будешь очень внимательно следить за тем, чтобы наш дорогой Брайен следовал плану. Иначе я лично убью вашего сына, заставив тебя наблюдать за тем, как его крошечное тело борется за жизнь. А после я отправлю тебя в твою самую любимую комнату с большой кроватью. По тебе все очень соскучились, дочурка.

От шока она не могла говорить, дышать, двигаться. Правитель приказал увести ее в ту самую комнату, чтобы она смогла там под действием воспоминаний принять верное решение.

– А эту посадите за решетку. И дайте ей лекарства, чтобы она не сдохла раньше времени.

Очнулась я, когда уже наступила ночь. Поняла это по незаколоченным окнам, сквозь которые проникал свет луны.

Я лежала на бетонном полу, касаясь коленями холодной лужицы. Неторопливо привстала на руках и оглядела все вокруг: моим домом стала клетка из толстых прутьев с неизвестным закутком. Помещение само по себе напоминало маленький подвал с крошечными окнами у самого потолка. То, на что падал лунный свет, я могла отчетливо разглядеть, хотя раньше это казалось нереальным.

Невероятно… Теперь я не видела только при полном отсутствии света! Это осознание на мгновение воодушевило меня, пусть и перемены произошли благодаря потрясениям.

Рядом с собой я обнаружила поднос, на котором лежали неизвестные таблетки.

– Выпей их, – раздался низкий голос из угла соседней камеры. Я не на шутку перепугалась, но сдвинуться с места не смогла: все болевые ощущения усилились многократно.

– Кто ты? – несмело спросила я, до сих пор испытывая трудности с полным пониманием происходящего.

– Серьезно, Ангелочек? Забыла мой голос?

От удивления мое лицо вытянулось. Я медленно повернулась всем телом и сфокусировала взгляд на силуэте человека, который сидел в самом углу, откинув голову на стену, и не выходил из мрачного укрытия.

– Блэйк?!

Он усмехнулся. Лениво встал и сделал несколько шатких шагов в мою сторону, после чего резко сел на корточки, обхватив руками металлические прутья. Его лицо оказалось напротив моего настолько близко, что я смогла разглядеть даже самую мелкую морщинку в лунном свете. Не выдержав его тяжелого взгляда, я отползла назад.

– И я рад тебя видеть. – Блэйк сел и облокотился на разделяющую нас решетку. – Какими судьбами?

Пожалуй, он был первым человеком, в глазах которого я видела львиную долю незаинтересованности. Он походил на скучающего монстра, которого разбудили. Возможно, дело было в моем предвзятом к нему отношении, но если лицо Брайена казалось отражением аристократичности, власти, надежности и внутренней силы, то, глядя на Блэйка, я чувствовала лишь противную хитрость. Кого-то это могло соблазнить: нахальная полуулыбка, вечно злобный взгляд. Но я честно хотела, чтобы он перестал портить свою внешнюю привлекательность гнилыми внутренними изъянами.

– Сравниваешь нас с ним? Давай вслух, я заинтригован. Ведь меня ты увидела в первый раз.

– Ты и рядом с ним не стоишь, – уверенно заключила я.

Блэйк громко рассмеялся.

– Все еще трепещешь над Его Высочеством? Его идеальность мне не перебить, ты права.

– Идеальных людей нет. У Брайена есть свои изъяны. И я не виновата, что он старается стать лучше, в отличие от некоторых.

Мои слова укололи Блэйка. Он явно ждал мои горячие речи о том, как прекрасен преемник Правителя по всем фронтам. Только я никогда не была слепа в своей любви. Да, для меня лично Брайен был идеален, но я прекрасно осознавала, что кому-то он может совершенно не нравиться. Я всего лишь всегда готова была защитить его от оскорблений, особенно со стороны моего сокамерника, который слишком узко мыслил на его счет.

– Видимо, он нашел, ради кого становиться лучше. – Он многозначительно посмотрел на высохшее кровавое пятно в районе моего живота.