Елена Инспирати – Тьма в объятиях света (страница 33)

– Я дам тебе фору, моя дорогая Ребекка, – сказал Правитель, начав наматывать круги вокруг Брайена. – И только попробуй разочаровать меня. Ты же не хочешь оказаться на одном уровне с дружком, который так отчаянно искал для тебя спасение, и потерять все почести? Сможешь скрыться – все вернется на свои места, если нет – тебя даже хоронить никто не будет.

Брайен продолжал бездвижно стоять и следить за нами. В прошлый раз я смогла привести его в чувство, просто поговорив с ним. Сейчас мне нужно было вновь добраться до него, помочь ему очнуться.

– Он не причинит тебе вреда, – попыталась я успокоить Ребекку.

– Да? Так уверена? Он уже взглядом несколько раз расчленил меня. Я, конечно, в восторге от собственных ног, но не настолько, чтобы хотеть взглянуть на них по-другому.

Начался громкий и медленный отсчет. В перерывах между озвучиванием очередного числа Правитель что-то нашептывал Брайену.

Почему он его слушался?

– Мне надо просто коснуться его, поговорить с ним. Он придет в себя.

– Моя хорошая, сейчас вообще не время разводить здесь обжимания.

– Но это поможет! – почти на крик перешла я. – У него сейчас в голове сплошные галлюцинации.

– Да, и в одной из них ты труп, а я убийца.

– Ребекка, – вдруг перебил нас Блэйк. Ему позволили приблизиться к нам. – Я не…

– Заткнись! – Ребекка двинулась к нему навстречу, и голова Брайена тут же повернулась в ее сторону. – Лучшее быстрее разденься.

– Зачем?

– В отличие от тебя, – она стянула с Блэйка толстовку и приказала снять носки, – я не желаю смерти своим друзьям.

Она вернулась ко мне и тут же в спешке натянула на меня толстовку и носки на босые, израненные ноги.

– Понимаю, что это не обувь, но другого варианта у нас нет. На моих каблуках ты вряд ли сможешь бежать так, как я.

Я была настолько тронута, что смогла только шепотом поблагодарить ее. Она проигнорировала мою сентиментальность и, услышав число десять, рванула к выходу вместе со мной.

– Главное – выбежать на улицу, – сказала она. В коридоре стояла тьма, поэтому я полностью полагалась на Ребекку. – Проклятие!

Я услышала, как за нашими спинами сначала отворилась, а затем захлопнулась дверь.

– Брайен, если ты хоть пальцем меня тронешь, мы больше не друзья! – кричала она, немного ускорившись. – Он еще, скотина такая, идет, а не бежит, словно зная, что все равно догонит.

Ее слова пролетали мимо меня, как и юмор, с которым она пыталась говорить. Меня даже не тревожило то, что я бежала словно по разбитому стеклу и чувствовала каждый осколок, впивающийся в ноги. Или головокружение, слабость. Меня волновало только то, как остановить Брайена, от присутствия которого где-то позади сводило лопатки. И то, как спасти темную, которую раньше я считала главным врагом, но которая в итоге стала мне другом.

Вдруг мы впечатались в огромную дверь, открыли ее и наконец-то вырвались на улицу. Теперь я видела и могла ориентироваться сама. И ветер, холодный, но все равно ласковый, сушил выступившую на лбу испарину.

Когда мы спустились по ступеням и почти добрались до автомобиля Ребекки, в дверях появился Брайен и прорычал, подобно зверю:

– Ребекка!

– Ух ты, он разговаривает, – прошептала она, подталкивая меня к машине.

– Нет. – Я остановилась. – Я его не брошу.

– С ума сошла?

Ребекка затихла, потому что Брайен подошел слишком близко. Я впервые видела ее такой напуганной, тем более собственным другом. В это же время я была уверена, что его любовь к близким куда сильнее взращенного зла и он не сможет никому навредить.

Путь Брайену преградила я. Он не замечал меня, смотрел поверх моей головы и в то же время расценивал как преграду, которую ему нельзя трогать.

– За что ты убила ее?! – слова вырвались будто прямо из его сердца, и меня прошибла дрожь от того, сколько боли было в них.

– Аврора, давай уйдем, – прошипела Ребекка, оттаскивая меня назад.

Но бежать я не собиралась. Тем более без Брайена.

– Я его не брошу. Ни за что, – уверенно повторила я.

Аккуратно и очень медленно я положила ладонь на грудную клетку Брайена. Сквозь рубашку чувствовались вибрация и стук, настолько сильный, что казалось, будто я держала в руках измученный орган.

Все его эмоции тут же передались мне, и я зажмурилась, чтобы не пустить слезы.

– Ты предала, Ребекка! Ты знала, как сильно я ее люблю, но все равно сделала это!

По всему его телу пронеслась дрожь. Она сковывала его, наполняла силой и превращала мышцы в камень, поднималась к шее и вырывалась в приглушенном рыке, как у дикого зверя.

– Я бы никогда не навредила Авроре, ты же знаешь об этом.

Ребекка предприняла попытку выйти из-за моей спины, но как только Брайен втянул с силой воздух и сделал шаг в сторону, прямо к ней, я вновь преградила путь. Когда я собралась попросить Ребекку уйти, на помощь подоспел Блэйк. Он насильно оттащил ее и стал держать, несмотря на протесты и просьбы не трогать.

Хотя бы в том, что касалось защиты Ребекки, ему можно было доверять.

– Брайен, ты слышишь меня? – Я переместила руку на его щеку. Брайен в это же мгновение замер, перестал пытаться прорваться к той, которая, как он думал, уничтожила его. – Это я, Аврора, я жива.

Он все же опустил голову и посмотрел на меня. Я все еще не видела его глаз, но чувствовала нашу связь. Даже через толщу тьмы, которая теперь плясала в его радужках, просачивалась нежность.

– Со мной все в полном порядке, видишь? – почти плакала я, но держалась ради него и мягко улыбалась. – Мне совсем не больно.

Я нежно прошлась пальцами по его лбу, бровям, спустилась обратно к скулам. Он так сильно стискивал зубы, что можно было нащупать напряженные желваки.

– И с ребенком, – добавила я. – С ним тоже все хорошо.

Дрожь от гнева наконец прошла. Тогда я сделала еще один шаг ближе, встала почти вплотную и ласково погладила ладонью его затылок и шею. Чтобы вернуть его, пробудить его окаменевшее тело и сбросить с него все терзания, мне не нужен был холодный расчет. Мне нужно было прислушаться к сердцу, напомнить обо всех моментах счастья между нами, когда мы не боялись потерять друг друга.

Я взяла Брайена за запястье трясущейся рукой, заставила пальцы разжаться и положила его ладонь на свой живот.

– Помнишь, когда мы только узнали о том, что я беременна? Мы повели себя, как два придурка. – Я усмехнулась, возвращаясь в тот самый день, когда мы оба от шока потерялись в собственных мыслях. – Но те действия и слова были продиктованы страхом и незнанием того, что делать. Как жить, когда ты не имеешь права на счастье. А потом я захотела… Мне в голову пришла мысль отпустить все тревоги и провести хотя бы несколько минут как люди, которые счастливы. Создать иллюзию.

Меня и саму захлестнули воспоминания, причем настолько сильно, что я ощутила губы, которые чувственно целовали меня. А потом в голове прозвучали его слова о том, что он был бы самым счастливым, если бы не обстоятельства.

Слезы все же пробились через слой самообладания. Попытки остановить их походили на добровольное вливание расплавленного металла в горло, поэтому я сдалась. Как бы ни пыталась дышать ровно, жмуриться, кусать губы, эмоции брали верх.

– Подумай об этом сейчас вместе со мной. Только вспомни, как прекрасно было смеяться без передышки, строить планы и даже составлять список гостей на свадьбу. А как ты удивился, когда узнал обо всех традициях? Ты был готов на все милости светлого мира, чтобы порадовать меня. Даже клятву свою хотел придумать, чтобы у нас все прошло по-особенному. Как будто без этого получилось бы иначе.

Брайен резко выдохнул и немного наклонился ко мне.

– Но, конечно, ты не собирался надевать белый смокинг. И уж точно не планировал оставаться на праздник или даже фотографироваться. Хотя на несколько фотографий я все-таки тебя уговорила. Ты хотел увезти меня подальше от суматохи и остаться наедине. И неважно, как бы мы все это провернули. Днем или ночью, при свете или во тьме. Нам казалось это реальным.

Его пальцы на моем животе сжались и собрали ткань толстовки в кулак. Он глубоко дышал и бормотал что-то невнятное.

– Мы еще тогда обсуждали, кого больше хотим: девочку или мальчика. Но и здесь опять же не смогли принять решение, потому что были счастливы просто стать родителями. Ты заикнулся, что в любом случае должен воспитать и девочку, и мальчика. А кто будет первым, значения не имеет.

Вторая рука Брайена легла на мою талию. Он пытался стать ближе, но все еще думал, что я нереальна, оттого и не осмеливался обнять, не мог окончательно вернуться ко мне.

– Аврора, – шепотом произнес он.

– Да, это я, – я воодушевленно заключила его лицо в свои ладони. – Помнишь, что ты еще тогда сказал?

Мне почти удалось пробиться сквозь стену его галлюцинаций и насладиться чувством такого нужного сейчас присутствия его рядом.

– Ну же, Брайен. Еще чуть-чуть.

Его пробрала сильная дрожь, и сквозь зубы протиснулся вой. От неизвестной мне боли он почти потерял сознание и слегка навалился на меня. Я была слаба, поэтому не смогла удержать Брайена, из-за чего он в конце концов вновь оказался на коленях, только теперь рядом со мной и не выпуская меня из крепко сжатых ладоней.

Я бы все отдала, чтобы проникнуть в его голову и избавить от того, что так сильно его мучило, выворачивало наизнанку и ломало.

– Брайен, все, что ты видишь, это ложь. С нами все хорошо. С нами тремя все хорошо. Пожалуйста, ты должен это побороть.