Елена Хантинг – Секрет за секрет (страница 50)

– О, зацени-ка!

Он повернул ко мне свой телефон: Куини, Лейни и Стиви с прическами. Улыбающаяся Куини в джинсах и хоккейном свитере с моим номером и фамилией. Ее улыбка показалась мне искренней.

Когда мы вышли на лед, я оглядел трибуны и заметил девушек в ложе. Куини все-таки пришла на матч, хотя и сидела недостаточно близко, чтобы я мог поцеловать ее через борт. Своих родных я увидел на противоположной трибуне.

Я собрался, заставил себя забыть о семье и о Куини (последнее далось мне труднее, чем первое) и сосредоточился на матче. Вскоре на льду стало жарко, потому что играли мы против одной из сильнейших команд в НХЛ, но мне удалось не пропустить ни одного гола в первом периоде, притом что Рук забросил одну шайбу. Во втором периоде нашим соперникам повезло – шайба срикошетила от стойки и влетела в ворота, но Бишоп забил новый гол и вывел Сиэтл вперед. Третий период Слейтер, можно сказать, провел на скамейке, столько штрафов он заработал, и поставил нас в самое невыгодное положение. Нападающим пришлось стараться вдвое усерднее, чтобы удержать шайбу на половине соперника, а защитники умело пасли наши ворота. В итоге матч закончился со счетом три-два в пользу Сиэтла. Вина за минимальный разрыв лежала в основном на Кори Слейтере с его агрессивной манерой игры.

Но все-таки мы одержали победу, ко мне приехали родственники, развод Куини официально совершен – словом, обстоятельства складывались самые благоприятные, что я воспринял как добрый знак.

Через полчаса, приняв душ и переодевшись в костюм, я был готов к встрече. Мы с Бишопом вошли в бар. Мобильный разрывался от сообщений, были и несколько от Ханны – видимо, писала, что наконец-то приехала. Свою семейку я услышал раньше, чем увидел.

– Ого, сочувствую! Похоже, Джеральд уже в стельку и пополам, – на лице Бишопа появилась не то гримаса, не то насмешка.

– Беспокоиться начнем, если он будет трезв, – я потряс опущенными руками, почти как перед дракой. В общественных местах моя родня способна вогнать в краску. Хорошо хоть кузен Билли не увязался с ними на этот раз. – Куини нигде не видно?

– Стиви написала, что они в туалете, в очереди стоят. Хорошо, что нам с тобой сидя отливать не приходится…

В этот момент Джеральд заметил меня и на весь ресторан заорал мое имя. Семейка одновременно повернулась в указанную строну, будто они долго репетировали хореографическое па. Мать протолкалась ко мне через толпу, отнюдь не деликатно орудуя локтями. Я люблю своих родных, но, Господи, они просто шайка буянов!

– Кинг! Какая суперская игра! Я на месте усидеть не могла с первого периода! А твой отец пару раз чуть штаны не обмочил – счастье, что он клеит урологические прокладки, когда мы идем на хоккей! – Мама потрепала меня по щеке и крепко обняла. Насчет прокладок я не понял, шутит она или говорит всерьез. – Как дела, сыночек? Последняя неделя у тебя выдалась не сахар…

– У меня все в порядке, я как раз хотел…

– Отлично, отлично, я очень рада. А я тебе кое-кого привела, чтобы ты стал еще счастливее от встречи с близкими! Дай-ка я тебе покажу, – и она схватила меня за руку, похлопав на ходу Бишопа по груди: – Привет, Бишоп! Я уведу нашего мальчугана на пару минуточек!

– Да хоть на пару часиков, – дозволил Бишоп, и я пошел за матерью по переполненному бару к моим родственникам, отчего-то сидевшим с натянутыми улыбками. Ханна, пристроившись с краю рядом с Джеральдом, державшим по стакану пива в каждой руке, смотрела на меня широко раскрытыми глазами и что-то напряженно говорила одними губами. Увы, я не умею читать по губам и не понял, что она пыталась сказать.

Но это неважно, потому что как только я подошел ближе, папа и Джеральд расступились, открыв обещанный «сюрприз».

Джессика.

Моя бывшая.

Глава 28

Что за хе… фигня?

– Сюрприз! – и Джессика бросилась на меня, что стало для меня вторым, после ее появления, потрясением. В ее обычае скорее поцелуй в щечку и дружеское пожатие плеча, особенно в общественных местах.

К счастью, я повернул голову, ища глазами мать, и губы Джессики расплющились о мою щеку. Мать стояла сияющая, а у Ханны, стоявшей рядом с ней, был виноватый и беспомощный вид.

Я оглядел бар, высматривая Куини. Положение получалось очень далеким от идеала – я не могу представлять мою девушку моей семье, когда по непонятной причине с ними приехала моя бывшая! Я коротко похлопал Джессику по спине, взял ее за плечи и отодвинул от себя.

– Что ты здесь делаешь?

Ее улыбка дрогнула от моего резкого тона.

– Твоя мама пригласила меня в качестве сюрприза. – Она поглядела на мою мать, снова на меня, и радость на ее лице сменилось неуверенностью. – Она сказала, ты будешь счастлив меня увидеть, но ты выглядишь не очень-то счастливым.

Я с силой выдохнул, стараясь не сорвать досаду на Джессике: не ее вина, что моя мать родилась с талантом лезть всюду и везде. Она делает это из самых лучших побуждений, но, как правило, не понимает сути вопроса. Вот и сейчас, хотя я несколько раз сказал – мы с Джессикой уже не сойдемся, мама со своим «сюрпризом»!

– Дело не в этом, я… – и тут я заметил Куини на другом конце бара. Наши взгляды встретились. Куини тут же посмотрела на Джессику, которую я держал за плечи. А Джессика еще и положила ладони мне на грудь.

С большой долей вероятности предположу, что Куини знала, как выглядит Джессика. Восемь лет мы вместе появлялись на различных мероприятиях, и если мы расстались, я не могу начисто стереть ее из биографии.

Куини оглядела обступивших меня родственников – тут ошибиться было невозможно, они все явились в свитерах домашней вязки с моим портретом (кроме Ханны, потому что у нее мозги на месте, плюс она прилетела отдельно). Даже Джессика напялила такой свитерок.

При виде Джессики на лице Куини появилось выражение, которое я описал бы как безнадежность. Она не сделала движения подойти ко мне, а только улыбнулась печальной улыбкой, повернулась и пошла к выходу.

– У меня важное дело, – пробормотал я, пытаясь обойти Джессику. Она вцепилась в мой локоть.

– Я прилетела из самого Теннесси, чтобы тебя увидеть!

– Знаю и не понимаю зачем. Потрудись это объяснить, но сперва я поговорю с моей девушкой, – я высвободил руку от Джессики и пригвоздил мать к месту выразительным взглядом. – Это зашло слишком далеко, – бросил я на ходу, пробиваясь сквозь толпу. Сотовый зажужжал в кармане, когда я толкнул дверь и вышел на улицу, оказавшись в переулке, где смердело разлагающимися отбросами и мочой. Куини стояла там с телефоном, и лицо ее было будто в полумаске, потому что она уткнулась носом и ртом в согнутую руку.

– Господи, это невыносимо! – я обернулся и увидел Джессику, зажимавшую ладонью рот и нос. Она давилась, но ее деликатное обоняние в данный момент меня не заботило.

– Джессика, не могла бы ты вернуться в бар? Твое присутствие здесь неуместно.

Она невольно опустила руку и изумленно приоткрыла рот.

– Как ты нелюбезен!

Но тут же вновь поспешно зажала нос.

– Какой есть, – я прошел мимо Джессики, мягко взял Куини под руку и повел прочь от зловония.

Когда мы уже не дышали ароматами помойки, Куини опустила руку.

– Родные привезли твою бывшую подругу?

– Я ни о чем не подозревал до этой минуты. Извини.

Я потянулся – не знаю, коснуться ее, обнять, ободрить, хоть что-нибудь, но Куини выставила вперед руку и отступила на шаг, медленно покачав головой.

– Куини, пожалуйста, я и в мыслях не имел…

– Я верю, – она отвернулась в сторону и поглядела вверх. Единственная слезинка покатилась по щеке. – Но это весьма прозрачный намек с их стороны, ты не находишь?

– Я не… – я затряс головой, потому что нормального объяснения происходящему не было, однако молчать было нельзя. – Моя мать всю жизнь вмешивается в чужие дела, и опыт ее не учит. Мы с Джессикой были вместе довольно долго – должно быть, матери нелегко расстаться с мечтой.

– Я понимаю, Кинг. Ну, то есть на самом деле не очень, но я примерно представляю, как спустя столько лет Джессике сложно уйти от такого замечательного человека, как ты… – она вздохнула и потерла виски. – Но я туда не пойду. Не будешь же ты представлять меня как свою девушку, когда тебе привезли мириться Джессику?

Она отступила от меня еще на шаг и замахала, останавливая проезжающее такси.

– Что ты делаешь?

– Еду домой. Достаточно с меня унижений, это уже выходит за рамки недельной квоты.

– Я с тобой, – шагнул я к Куини.

– Это вряд ли, – она поглядела мимо меня, и я обернулся. Моя семейка высыпала в переулок, и за ними снова увязалась Джессика. – Они прилетели к тебе, лучше останься и разберись… – она стерла слезинку. – Моя боевая броня за сегодня получила достаточно ударов, нового раунда с твоими родственниками мне не выдержать. Да и не хочу я знакомиться с ними в присутствии твоей бывшей подруги.

Куини села в такси и уехала. Я ее не удерживал, потому что она была права. Я должен разобраться с моей семейкой, с их бездумием и безголовостью, а с Куини действительно хватит.

Каблучки Джессики дробно застучали по тротуару. Она вырвалась вперед, потому что пьяный Джеральд выписывал неровную синусоиду, а Ханна с отцом его страховали, не давая врезаться в кирпичную стену.

– Райан! Что ты делаешь? – крикнула мама, стоя в начале переулка.

– Я говорил с моей девушкой, которая уехала, расстроенная вот этим сюрпризом, – я указал на Джессику. Я сразу устыдился, что веду себя не по-джентльменски, но дерьма за неделю хватило не только с Куини.