Елена Хантинг – Секрет за секрет (страница 44)

– Кинг, привет, я тебя не… Привет.

Я привлек ее к себе – с как попало скрученными на макушке волосами, с зеленой и черной красками на щеке, в чересчур просторной рубашке на пуговицах, под которой я не нащупал ни шортов, ни юбки, хотя подол едва прикрывал бедра.

– Здравствуй.

– Я не ждала гостей, – виноватым тоном сказала Куини, оглянувшись на бардак в гостиной.

– Можно мне войти? Я пришел поговорить, – я сунул большие пальцы в карманы, чтобы удержаться от искушения заправить ей прядку волос за ухо или позволить себе иной физический контакт. Мне страстно хотелось обнять Куини и защитить от Кори Слейтера и неизбежной скандальной славы.

Сникнув, Куини опустила голову.

– Да, конечно, – она отступила, пропуская меня, и торопливо освободила место на диване, заваленном одеялами, толстовками и носками. С моего прошлого визита беспорядка в бунгало заметно прибавилось.

– Садись, – она указала на почти освобожденное от одежды сиденье и спросила, нервно ломая руки: – Может, тебе чего-нибудь налить?

– Спасибо, я не хочу. Присядь, – я похлопал по дивану.

Несколько долгих секунд Куини кусала нижнюю губку, но потом подошла и присела, правда, на некотором расстоянии.

– Как Джейк? – Вчера вечером я уехал скрепя сердце, но Куини была права – выдержать роль беспристрастного посредника было выше моих сил.

Она теребила свисающую с воротника ниточку.

– Да ничего… Отец был скорее задет, чем рассержен.

– Потому что ты утаила от него?..

Куини кивнула.

– Но злится он на ситуацию, а не на меня.

– Я тоже не злюсь на тебя, Куини.

Она прерывисто вздохнула и на секунду взглянула мне в глаза.

– Я понимаю, тебе этого не нужно. Зачем тебе подобный театр каждый день…

– Куини…

– Да все нормально, – она сжала мою руку и тут же отпустила. – Ничего не объясняй, я все понимаю. Моя жизнь – полный хаос, твоя, наоборот, порядок… Лучше нам расстаться, чтобы мое дерьмо тебя не пачкало.

Меня бросило в жар от страха.

– Ты правда хочешь все закончить? Расстаться со мной?

Куини снова подняла на меня глаза с покрасневшими веками. Вид у нее был усталый и очень печальный.

– А разве ты не за этим приехал?

Я почувствовал, что нужно действовать очень-очень аккуратно, сдерживая досаду, потому что в сложившейся ситуации Куини не виновата.

– Нет.

– А я подумала… – не договорив, она поднесла дрожащие пальцы ко рту и начала обкусывать коротенький ноготь.

– Что я приехал сюда расставаться? – закончил я за нее.

Она пожала плечами.

– Я бы не стала тебя винить. Я и в лучшие дни неслабая обуза, а сейчас даже не представляю, как со всем этим справиться.

Я не мог бы ответить, какая эмоция во мне пересиливает – грусть, гнев или раздражение, потому что самый близкий человек, который должен был любить Куини и всецело принимать ее необузданную, страстную натуру, внушил ей, что это недостатки, которых подобает стыдиться.

– Сядь поближе, ты слишком далеко сидишь.

И не дожидаясь, пока Куини передвинется, я подхватил ее за талию и усадил к себе на колени.

Беззвучные слезы потекли у нее по щекам, подбородок задрожал. От Куини пахло краской, стиральным порошком и свежим дождем. Я вытирал капавшие на рубашку слезы, которые все не кончались.

– Детка, я хочу, чтобы ты меня послушала и услышала, хорошо?

– О’кей, я постараюсь, – с трудом прошептала Куини.

– Я люблю тебя.

– Это не отменяет все дерьмо, которое я притащила в твою жизнь.

– Ты меня не слышишь, – я приподнял ее лицо и коснулся губами лба, щеки, кончика носа и наконец губ. – Ты можешь меня отталкивать сколько угодно, но от этого я не перестану тебя желать. Я люблю тебя за все твои мнимые недостатки, а не вопреки им. Я знаю, тебе знакомо разочарование, но я не планирую пополнять этот список. Дай нам шанс вместе выдержать трудности, Куини. Позволь подхватить тебя, когда ты падаешь. Дай мне возможность стать для тебя тихой гаванью.

Она обеими руками схватила мою руку и зарылась щекой мне в ладонь.

– Я сейчас такая нескладеха… Вся моя жизнь какая-то раздерганная, раздрызганная…

– Куини, ты совершила ошибку, но это не делает тебя незадачливой. Ситуация неприятная? Безусловно. Но в этом нет твоей вины, – я стер новые слезы с ее щек.

– Прости, что я тебе не сказала… Но я не думала, что об этом вообще придется рассказывать… Это такой невыносимый стыд…

– Я понимаю, отчего ты не сказала. Сперва мне было обидно…

– Потому что я от тебя скрыла?

– Потому что мне показалось, что ты мне не доверяешь. У каждого есть свои тайны, порой даже от самого себя. Ты привыкла, что та, кто должна тебя поддерживать, старается, наоборот, клюнуть побольнее, но я хочу, чтобы ты знала: я никуда не уйду, Куини. Я хочу все твои секреты, хочу тебя всю до мельчайших мелочей, из которых складывается твой характер. Мне все равно, если ты считаешь себя несуразной и слабой; позволь мне любить тебя всю.

Лицо Куини осветилось нежной улыбкой, и на мою щеку легла теплая ладонь.

– Обещаю, я постараюсь.

Глава 25

Сила эстрогена

Умяв за три дня пачек двадцать чипсов с луком и сметаной, я отекла от избытка соли. Я почти жалела, что не люблю сладкого: все лучше, чем припухшее лицо.

Хорошо, что сборная на серии выездных игр, а то изо рта у меня несет как от луковой грядки. Но это единственный плюс в отсутствии Кинга. После нашего разговора мне стало гораздо легче – я робко начала верить, что все закончится хорошо.

Кинг сел в самолет и улетел, а я осталась приводить в порядок свою жизнь. Решившись на давно назревшие перемены, я начала с поисков технически подкованной помощницы для отца. Пока я отобрала шесть перспективных кандидатур, решив тщательно проверить их рекомендации.

Отсутствие сборной означало, что, не считая минимальной бумажной работы, мне нечем занять свое время и голову, поэтому я рискнула выйти в Интернет – и провалилась в жуткую, шокирующую кроличью нору самого большого срама в моей жизни.

Сисси, конечно, законченная идиотка, но то, как меня размазывали и раскатывали в худших из худших таблоидах и писали отвратительные сплетни на всяких фанатских форумах, заставляло просто умирать от стыда.

На следующей неделе Кинг хочет знакомить меня со своей семьей, но я уже не знаю, стоит ли. Они наверняка сочтут, что я ему не пара.

До известной степени я была с ними согласна, что тоже делу не способствовало.

Может, Кори прав, и я не подруга, а кошмар? Может, Кингстон со мной только из жалости, щадит мои чувства? С одной стороны, я с нетерпением жду его возвращения, чтобы стряхнуть мучительно-тягостное чувство, усиливающееся в разлуке. С другой стороны, мне не очень хочется, чтобы он возвращался: ведь тогда приедут его родители, «мамстра» и брат, и мне придется с ними знакомиться и производить хорошее впечатление. И это после того, как меня обрисовали в соцсетях как разрушительницу семей, охотницу за деньгами и околоспортивную… девицу с пониженной социальной ответственностью?

По-моему, моя неуверенность абсолютно оправданна.

До матча еще несколько часов. Надо побросать в стирку хотя бы часть белья, скопившегося за несколько недель, но мне не хотелось этим заниматься. Мне вообще ничего не хотелось делать, а только жевать чипсы и бродить по сайтам, выискивая очередную гадкую статью.

Я забросила ноги на журнальный столик. Пустые пакеты захрустели под пятками, несколько упали на пол, и по ковру разлетелись крошки. Я оглядела бунгало, уныло думая, что окружающий хаос в точности соответствует моему внутреннему раздраю. Проверив, рядом ли коробка с носовыми платками, я открыла ноутбук и уже хотела задать поиск по хештегам, когда в дверь постучали. Я не ждала гостей и вначале не обратила внимания, но настойчивые визитеры постучали снова.

– Я тебя вижу, ты на диване! Куини, открывай! – крикнула Стиви и застучала в стекло над моей головой. – Уй-я! Блин…

Должно быть, она неосторожно подошла к розовому кусту, под окном же клумба. Розы давно увяли, но шипастые стебли остались на месте, потому что я не обрезала кусты.

Отодвинув занавеску, я приоткрыла окно.

– Ты что тут делаешь?