Елена Ха – Аленький цветочек. Снять заклятие Яги (страница 8)

Слезы по щекам Аленки потекли с новой силой. Поток эмоций обрушился на нее лавиной, угрожая окончательно лишить ее разума. Матвей! Красивый, чуткий, добрый… и оборотень! Как же это страшно. Зато все объясняло: его уединенный образ жизни, дружбу с лисой, частые отлучки в лес. Пожалуй, примириться с его сутью девушка могла бы. Его двуликая натура не смогла бы убить на корню несмелые ростки первых чувств. Но Алена понимала, что он уже сделал свой выбор. Разве она, простая девчонка из крестьянской семьи, может соперничать за его внимание с жар-птицей, сказочно прекрасной и такой же двуликой, как он.

От режущей боли в сердце захотелось выть. Случайная свидетельница чужого свидания зажала рот ладошкой, чтобы не потревожить уединение двух птиц. Алена отошла на десять шагов вглубь леса, а потом понеслась к дому со всех ног, стараясь усталостью выбить из себя все мысли и чувства.

Только забравшись с головой под одеяло на своей лежанке, она позволила себе немного расслабиться, и тут же горькие рыдания вырвались наружу, а вместе с ними и поток вопросов:

— Зачем он поцеловал меня? Хотел обмануть? Воспользоваться моей наивностью? Почему у них с жар-птицей тайные отношения? Неужели родные царевны против Матвея? Возможно ли, что он ищет у меня утешения?

Ох уж эта надежда, ничем ее не убить! Казалось бы, Матвей — оборотень, встречается с прекраснейшей из женщин, да еще и себе подобной, но нет, влюбленное девичье сердце продолжает верить. Алене очень хотелось быть любимой им… Тут скрипнула дверь. Матвей вернулся.

«Так быстро?» — удивилась девушка и вытерла слезы.

С замиранием сердца она слушала, как скрипят половицы под тяжестью хозяина, как недовольно тявкнула лиса, а Матвей ей что-то пробормотал в ответ.

Успокоенная тем, что хозяин дома, Алена попыталась уснуть.

Матвей

После случайного поцелуя и выходки Алисы, Матвей выскочил из дома как ошпаренный, он был на взводе и сам не понимал, как осмелился так сблизиться с Аленкой. Теперь все станет еще сложнее, ведь он узнал, какой податливой и отзывчивой она может быть. Нести девушку на руках было истинное наслаждение, чувствовать ее руки на шее и плечах, вдыхать аромат ее волос. Они пахли свежескошенной травой. Ее тепло передавалось ему, сжигая тело в пламени страсти, раздирая сердце между муками совести и потребностью обладать.

«Любовь этой милой, доброй и смелой девушки могла бы превратиться в клетку для моего ворона, но это же погубит ее саму… Ей бы стать женой хорошего парня, родить детишек да любить их. А что ждет ее здесь? Жизнь в лесу с хмурым оборотнем и вредной лисой?» — боролся сам с собой Матвей.

Но стоило вспомнить вкус мягких и нежных девичьих губ и сразу же хотелось вернуться в дом и закончить начатое. Чтобы этого не сделать, он обернулся и полетел куда глаза глядят. Ворон давно беспокойно ворочался внутри, требовал выпустить его наружу, пытался взять верх над мужчиной. Матвею всегда было тяжело справляться с порывами пернатого, но в последнее время птица стала особенно беспокойной.

«Может, ворон тоже реагирует на Аленку? Нет, если бы это было из-за нее, он сидел бы подле девушки, а не рвался так неведомо куда», — размышлял мужчина, полностью отдавшись животным инстинктам, расправив крылья, он летел над макушками деревьев и наслаждался зрелищем: бескрайнее зеленое море неспешно колыхалось под бездонным голубым небом.

Ближе к вечеру Матвей напряженно прислушался к своим ощущениям. Он устал, но домой лететь передумал. И не из-за ссоры с Алисой или неловкости перед Аленкой. Он учуял жар-птицу, где-то близко, на его территории. Он давно выслеживал ее, надеялся однажды поймать. Ему отчаянно хотелось верить, что она сможет спасти его или хотя бы дочь.

Жар-птица — нечастый гость в Тридесятом царстве. Но именно сегодня она решила осчастливить лесных жителей своей неземной красотой. Даже просто находиться рядом с ней было невероятно полезно. Любое живое существо, будь то зверь, рыба или человек наполнялись магией просто от одного созерцания этого чуда. Люди, как и животные, не умели пользоваться этой сверхъестественной энергией, но она приносила им удачу, дарила умиротворение, оздоравливала.

«Что ей стоит снять с нас заклятие?» — с надеждой в сердце вопрошал сам себя Матвей.

Он чувствовал, что она где-то кружится по лесу. Снова доверившись инстинктам ворона, мужчина очень быстро оказался возле лесного озера, и прилетел он туда вовремя, потому что, сам того не желая, узнал тайну жар-птицы. На его глазах золотая птаха превратилась в обворожительную, привлекательную девушку. Ворон подлетел к ней, покружил приветствуя. Она тут же поняла, что он не прост, потянулась к нему, не боясь, и Матвей обернулся мужчиной.

— Красивый! — восхитилась девушка.

— Ты тоже восхитительна.

— Зачем ты меня искал? — улыбаясь, спросила царевна-птица.

Матвей даже не стал спрашивать, откуда она знает про его поиски, просто честно ответил:

— Хотел попросить тебя снять заклятие с меня и моей дочери.

Царевна погладила мужчину по щеке и с печалью в голосе ответила:

— Мне жаль... — задумчиво проговорила чудо-девушка, — Я не могу снимать заклятия. Обычно это должен делать тот, кто их наслал. Единственное, чем я могу тебе помочь, — подарить свое перо. Оно принесет удачу!

С этими словами царевна вновь обернулась птицей и улетела прочь, но на берегу у ног Матвея осталось лежать длинное перо из ее хвоста, переливающееся малахитом, яшмой и гранатом.

Мужчина вздохнул, спрятал подарок за пазуху и пошел домой.

Глава 5. Баня

Как ни пыталась Аленка уснуть, ничего не получалось. Даже обрывки дремы не приносили продыху взволнованному сознанию. Всю ночь ей не давали покоя назойливые мысли о чужой любви, мучили наивное сердечко, а воспоминания о поцелуе заставляли пылать тело.

«Может расспросить его о жар-птице?..» — неуверенно размышляла девушка.

Ураган чувств и сомнений закружил ее сон и унес в неизвестном направлении. Она смотрела в потолок и мечтала вновь ощутить на своих губах его вкус, почувствовать нежность его мощных рук и твердость тела. Теперь она понимала, почему он такой привлекательный, откуда в нем столько скрытой силы. Он оборотень. Ворон! Мудрая птица с несгибаемым характером.

«Он и внешне похож… Такой же резкий!» — Аленка сама улыбалась своим мыслям.

Стоило только первым лучам солнца показаться за горизонтом, Алена, уставшая крутиться на узкой кровати, встала. Она решила, что лучше уж потратить бессонные часы с пользой, например, приготовить вкусный завтрак. Но едва она вышла из своего закутка, как тут же натолкнулась на два горящих в полумраке глаза. От неожиданности девушка даже вскрикнула, но присмотревшись, успокоилась.

— Фух… Алиса, ты меня напугала! Ты чего здесь сидишь?

Лиса угрожающе зарычала.

— Ты что? Ты меня караулишь? — предположила Аленка.

Алиса утвердительно мотнула головой.

— Ты думаешь, я могу ночью пробраться к Матвею в постель? — догадалась девушка, и от возмущения даже голос повысила.

В ответ она снова получила короткий кивок.

— Да нужен он мне больно… Уходи. Я блины пожарить собралась! — топнув ногой, проворчала Алена.

Лиса еще пару секунд внимательно изучала девушку, а потом рыкнула, встала, задрала пушистый хвост и медленно проследовала в комнату хозяина дома.

Алена, возмущаясь про себя наглостью некоторых рыжих животных, напекла блинчиков, заварила ароматный чай с черникой и только хотела позавтракать, как к ней вышел Матвей.

— Доброе утро, Аленушка! — поприветствовал он девушку.

Выглядел мужчина печальным, а на юную помощницу смотрел с нежностью и одновременно настороженностью.

Под этим внимательным взглядом Аленка вмиг засмущалась. Она так и не придумала, как дальше вести себя с мужчиной. Рассказать ему о том, что она все знает, расспросить о жар-птице или сделать вид, что ничего и не было… Матвей тоже заметил подавленное состояние Алены и истолковал по-своему:

— Прости меня, если я вчера тебя обидел, — присев рядом с девушкой на лавочку, начал он, — Я всего лишь одинокий мужчина. Не смог устоять перед твоей красотой… Но если я тебе не люб, скажи, я неволить не стану. Я очень благодарен тебе за твою заботу. И буду беречь такую ценную помощницу даже от самого себя.

На красивом лице мужчины промелькнула грустная улыбка, зарождая смятение в душе Алены.

— Я тебе нравлюсь? — вырвался у нее вопрос, именно он волновал девушку больше всего.

Матвей вздохнул, выдержал паузу, будто обдумывал, как лучше ответить, и тихо произнес:

— Очень…

«Я ему нравлюсь! — восторженным эхом откликнулось сердце на заветные слова, а разум возразил, — Но как же жар-птица?»

У Аленки на языке крутилось столько вопросов, что никак не получалось выбрать один. От волнения пропал аппетит. Про поцелуй говорить пока сил не было. И девушка не нашла ничего лучше, чем трусливо сбежать. Вскочив из-за стола, она пробормотала:

— Завтракай. А я хотела сегодня ягод насобирать. Мне в лес пора.

И убежала.

На следующее утро ей ужасно хотелось сбежать из дома. Походить по лесу в одиночестве, да подумать, как жить дальше. Собралась как-то утром, взяла большую корзину и пошла по тропинке вглубь. И поначалу все было хорошо…

Ягодка за ягодкой, шажок за шажком, и пришла Алена к озеру. В окружении стройных сосен оно, как огромный голубой глаз, смотрело в небо и манило глянцевой гладью. Девушка приметила, что недалеко от избушки ушла, а значит, можно иногда сюда приходить и купаться.