Елена Ха – Аленький цветочек. Снять заклятие Яги (страница 26)
Варя с надеждой посмотрела на мужа, и тот, взлохматив свои длинные волосы, заверил ее:
— Мне было очень приятно, что ты позвала меня выпить чаю. Прости, я обещаю, что буду более разговорчивым. Просто я привык жить один, поэтому немногословен. А вот почему ты не пришла ночью в нашу спальню? — с осуждением спросил мужчина.
Варя растерянно моргнула и залепетала:
— Ты вчера так холодно попрощался, я думала, ты меня опять наказал печкой.
Ярополк усмехнулся, покачал головой и сделал вывод:
— Нам точно нужно больше разговаривать. Я ведь тебя вчера полночи ждал…
Варя несмело улыбнулась, и Ярополк с нежностью погладил ее по щеке, девушка спрятала лицо руками.
— Ну что опять не так, Варь? — тихо спросил муж, разводя руки жены в сторону.
— Я сейчас некрасивая, нос распух и глаза красные… — пожаловалась девушка.
— Когда ты смотришь на меня с такой нежностью, для меня ты самая красивая, — заверил Ярополк и поцеловал жену.
За окошком тихо падал первый снежок. Пушистые белые хлопья медленно опускались на землю. Варя разлила чай по кружкам и ждала Ярополка, он должен был скоро закрыть лавку на обед и присоединиться к ней, это стало для их семьи любимой традицией. Девушка была замужем уже два месяца, и как бы они с мужем ни ругались, она больше никогда не ночевала на печи. Каждую ночь Яр ждал ее в их постели, его горячие объятия всегда были открыты для нее.
В прошлые выходные к молодым приезжали Варин отец и сестры с мужьями. При виде Петра у молодой жены в груди ничто не екнуло. Теперь она всецело восхищалась Ярополком.
Отгуляли скромную свадьбу, Варя вела себя тихо, хотела извиниться перед родными, но упрямый и вздорный нрав не позволил. Да, впрочем, отцу и сестрам нужны были не извинения, они хотели увидеть девушку счастливой, и они увидели. Зато Ярополк без устали благодарил Матвея за отличную жену. Довольные друг другом и хозяевами гости разъехались.
Сегодня Варя собиралась объявить мужу потрясающую новость.
— Ох и оторвусь я в ближайшие девять месяцев, — ехидно улыбнулась Варя, поглаживая свой животик и предвкушая, как будет вить из мужа веревки. Главное, чтобы он ее потом этими веревками не отходил по мягкому месту…
Эпилог 3. Баба-яга и Кощей
Утро выдалось солнечным, что не могло не раздражать Ягиню. Она со злостью задернула занавеску на маленьком окошке, чтобы яркий свет даже не пытался зародить в ее темной ведьминской душе радость. Она должна встретить муженька во всеоружии своего ворчания, если он, конечно, явится к ней. Ее избушка на курьих ножках благополучно переселилась в его сад еще три дня назад, а этот чурбан бессердечный даже ни разу не удосужился навестить жену, которая щедро поделилась с ним своей темной энергией через поцелуй, когда он в этом нуждался. И вот тебе, Ягиня Берендеевна, благодарность!
Пнув некстати попавшееся под ноги ведро, бабуся вышла на улицу, вдохнула полной грудью аромат прелых листьев. Вокруг все сияло золотом, ведь солнечные лучики, играя в кронах пожелтевших деревьев, превращали увядающее убранство природы в роскошный наряд.
В кустах неожиданно зашуршало. Яга уперла руки в боки, готовясь достойно встретить припозднившегося темного царя, но, к ее удивлению, из цепких зарослей шиповника на садовую дорожку вышла рысь, несшая в зубах маленького черного котенка.
— Черныш? — удивилась бабуся.
Рысь положила притихший комок к ногам Ягини и сбежала, натурально, сверкая пятками, даже благодарности от лесной колдуньи ждать не стала за выкармливание малыша.
Баба-яга удивленно приподняла одну бровь, наклонилась, подхватила пушистика и осмотрела его. Выглядел он подросшим и окрепшим.
— Ладно, дальше мы и сами как-нибудь справимся! — решила Ягуся.
Вернувшись в домик, она налила котенку в плошку молока, что вчера утром заботливо принес ей Змей Горыныч, он сказал, что жители ближайшей деревни сами отдали ему все это добро: молоко, яйца, муку и мед. Ага, так Яга и поверила этому хитрому прохиндею!
На улице снова что-то зашуршало. Яга встрепенулась и рванула навстречу долгожданному гостю, но опять ее постигло разочарование. В саду было пусто и тихо. Никаких тощих, костлявых стариков в огромных несуразных коронах не наблюдалось!
Тут уже в домике послышался звон и грохот.
— Да, что это за утро такое! — ворчала бабуся, ковыляя обратно.
Внутри ее ждала удивительная картина: разбитая крынка с молоком валялась у стола, а в молочной луже шел настоящий бой. Метла тыкала, шлепала и колола котенка своими растопыренными прутиками, но малыш спуску инвентарю не давал, противно мяукал и царапал ее древко острыми коготками. В какой-то момент и вовсе изловчился, вцепился в один из прутиков зубами и рванул на себя. Так метла неожиданно для себя схуднула. От обиды она ощерилась оставшимися прутьями и подлетела, готовясь наказать обидчика.
— Прекратить! — строго сказала Ягиня.
Метла тут же метнулась к ней и завибрировала, жалуясь на нового постояльца их домика. Зато Черныш выбрался из лужи, сел на задние лапки, прикрыл их перепачканным в молоке хвостиком и посмотрел на хозяйку невинными глазенками ангела.
Баба-яга недовольно вздохнула и строго сказала:
— В этом доме чтобы больше никаких ссор! Ты, — и указала на метлу, — маленьких больше не обижаешь, — метла сникла, — Ты, — тут Ягиня указала на котенка, — на стол за моей едой больше не лезешь! А теперь оба ступайте за печку и подумайте о своем поведении!
Метла пристыженно запрыгала в указанном направлении, котенок, гордо вздернув хвост, прошествовал следом.
Только Баба-яга, кряхтя, прибрала поле боя, как дверь в домик распахнулась и в тесное пространство кое-как протиснулся Кощей.
— Чо надобно? — переложив из руки в руку грязную половую тряпку, с угрозой в голосе спросила Ягиня Берендеевна.
Кощей сглотнул, отступил на шаг к двери, но заговорил радостно:
— Ягинюшка, я так рад, что ты переехала ко мне…
— В сад! — уточнила бабуся.
— Да-да, в сад! Долго думал, что тебе подарить в знак благодарности…
— Три дня думал… Ну ты и тугодум, — проворчала Ягуся.
— Вот! — закончил Кощей и щелкнул пальцами.
Посреди домика возник трехъярусный торт, украшенный цветочками из взбитых сливок, малиной, брусникой и орехами. Выглядело это кулинарное творение грандиозно и аппетитно.
— Я помню, что ты у меня сладкоежка… — не дождавшись реакции, добавил Кощей.
Баба-яга обошла торт со всех сторон с нечитаемым выражением на лице и ровным тоном спросила:
— Ты три дня убил на то, чтобы его наколдовать?
— Почему наколдовать? — обиделся Кощей, — Я сам его испек.
— Сам?
Кощей кивнул.
— Один?
Тут произошла заминка, глазки навыкате забегали в разные стороны, и выражение лица темного царя стало слишком уж невинным.
— Ну, там такое дело… Мне помогали.
— Добровольно? — хитро сощурилась Ягуся.
— Не совсем… — замямлил Кощей.
Но тут жена его удивила, расхохоталась, хлопнула в ладоши и предложила:
— Давай у тебя чаю с тортиком попьем? А то у меня тесно.
Кощей расправил плечи, щелкнул пальцами, и торт исчез. Темный царь сделал приглашающий жест, пропуская жену вперед, но тут за печкой раздался грохот. Глаза мужа вспыхнули злым огнем, в руке материализовался меч, и он грозно рыкнул:
— Кто там у тебя? Кого ты прячешь?!
Ягиня сощурилась, поджала губы и как закричит:
— Ты опять за свое, ревнивец безмозглый! Сколько лет мне душу выносил своими подозрениями и обидами, думала, может, с возрастом умнее станешь! А ты, бабник несчастный, все по себе о других судишь? Не доверяешь — значит, не любишь!
Кощей гаркнул в ответ:
— А ты мне зубы не заговаривай! Порублю любую мужскую особь, кто рядом с тобой окажется!
И махнул мечом срывая занавеску, а там картина маслом: среди кучи разбросанных на полу котелков и сковородок сидит Черныш, вцепившись зубами в прутья метлы, и дерет их с потусторонним воем, а метла древком об печку стучится, всем своим покорным видом демонстрируя смирение.
— Вы опять за свое? — строго завопила Ягуся, у нее и так настроение было не фонтан.
Черныш отскочил от метлы, которая тут же юркнула за спину хозяйки, и уставился на бабусю невинными глазенками, поставив передние лапки в третью балетную позицию.
— Что это за тварь, и откуда она здесь взялась? — спросил Кощей с подозрением и попытался взять за шкирку котенка, но не тут-то было, оскалив мелкие белые зубки, малыш грозно мявкнул и оцарапал костлявую руку темного царя.