Елена Гуйда – Пропавшая невеста (страница 27)
Вот как… в регулярных войсках значит…
– Может, и в Крайне тебе тоже случалось бывать не только по торговым делам? – поинтересовалась я, не в силах сдержать горечь в словах.
– В Крайне как раз, только по торговым, Ами, – жестко припечатал Лиам. – Во время военных действий в Крайне, я был в Генейской военно-магической академии на севере Империи. Если уж быть точным.
Не скажу, что меня совсем уж успокоили его слова, но от сердца чуть отлегло.
Лиам приблизился к первой же двери и щелкнул пальцами.
По темному дереву тут же пробежали золотистые искры, следом щелкнул замок, и дверь с тихим скрипом приоткрылась.
– Прошу, – потянув дверь на себя и распахнув ее настежь, обронил Лиам.
И я послушно сделала шаг в комнаты.
Духи и предки!
Ноги вмиг приросли к полу, а дыхание перехватило так, что на глаза навернулись слезы.
Я словно вернулась в прошлое. В мой дом. В Крайн. Нет, это не была точная копия дворца, но сам стиль, дух…
Светлые стены и тонкие полупрозрачные тюли на окнах. Ковер с высоким ворсом, по которому хочется ходить босиком. Мебель из темного дерева… но больше всего приковывали взгляд мелочи – картины, вазы, статуэтки. Даже резные фигурки на расчерченном столике, между двумя креслами, словно дожидались игроков, чтобы сойтись в схватке. От всего этого веяло моим домом. Так, что в груди становилось тесно, а на глаза наворачивались слезы.
Я осторожно сделала шаг вперед, погружаясь в волшебство, вдыхая остропряный запах моего дома.
Казалось, выгляни в окно и увидишь маленьких разноцветных птичек на ветках и магические огоньки в розовых соцветьях персиков. И такой же розовый закат. Солнце, ныряющее в море и верхушки гор…
Казалось, что сейчас послышатся голоса вечерних зазывал и торговцев, шарахнет о стену магический пульсар и учитель Ирлиен громко и с чувством примется объяснять ей, что она снова сделала не так…
Ощущения были столь сильны, что когда Лиам отмер и двинулся в сторону комода, я почувствовала себя обманутой. И волшебство развеялось, оставив по себе горечь и ноющую пустоту. Я предпочитала не вспоминать о том, во что превратилось мое королевство. Но, вполне возможно, что таким… живым, оно было только вот в таких вот комнатках.
– Ты спрашивала, почему ты, – голос Тверга, низкий, хриплый, в полной тишине и полумраке комнаты казался громом. Он вытащил из комода кусок ткани, цвета молодой листвы, и развернулся ко мне лицом, сжимая его в руке. – Эту шаль потеряла девчонка. С невероятного цвета зелеными глазами и черными, как смоль, волосами. Она лезла на дерево, пытаясь снять котенка. Но все время у нее что-то не получалось, то подошвы туфлей слишком скользили, то ветки были слишком хлипкими.
О! я тоже помнила это. И котенка тоже помнила.
– Мне помог мальчик. Точнее он помог котенку, – я сейчас не вспомнила бы его лица, и даже не смогла бы сказать, кем он был. – Он вылез на дерево, достал котенка, но сам неловко упал и сильно поранил щеку…
Лиам расправил шаль, и я даже в таком неверном свете заметила коричневые пятна засохшей крови.
– Она приложила к моей щеке свою шаль и велела идти к врачу немедленно. И грозилась даже, что отведет меня за руку лично, и мне будет стыдно. Боюсь, если бы не ее служанка, то она так бы и поступила. - Лиам криво улыбнулся. – Я почему-то не мог выбросить ее из головы. Наверное, это была детская влюбленность. Даже эту шаль я хранил просто… так. И я бы ее забыл со временем. Если бы не увидел эту девушку среди пленниц спустя несколько лет. Маленькая крайнка, которая шла среди других, задрав подбородок и даже не глядя на сопровождавших их воинов. Точно такая, как я ее помнил. Она восхищала, приковывала взгляд, притягивала. В тот момент я и решил, что заберу тебя.
– Для чего? – спросила я чужим каким-то голосом.
– Потому что я снова думал только о тебе. Эту комнату приготовили для тебя. И я был уверен, что смогу завоевать твою любовь. Или хоть доверие. И тут предсказание матери о том, что ты сбежишь… - он перевел дыхание. – я все равно искал бы тебя. Всегда. Потому что иначе просто не смог бы… жить.
И столько искренности в этих простых словах. Я верила. Верила ему. Потому, что помнила. Потому, что чувствовала. Потому, что знала.
Я сделала несколько шагов к нему и замерла, не в силах подобрать хоть какие-то слова.
Его пальцы коснулись моего подбородка. Я невольно подняла взгляд на него, утонув в потемневших глазах.
И спустя мгновение, его губы накрыли мои.
Мир закружился. По венам побежал знакомый огонь, а земля ушла из-под ног. Казалось, я задыхаюсь… растворяюсь, цепляясь за его белую рубашку, словно в попытке удержаться.
И сердце, сбиваясь и замирая, подстраивалось под его ритм. До шума в ушах… до огня в венах…
…до боли под ключицей…
Я зашипела и отдернулась, словно обожглась. Руки расчертили лиловые вены. Во рту появился горький привкус, а печать, столько времени не дающая о себе знать, взорвалась невыносимой болью. Такой, что я вскрикнула, а Лиам выругался и подхватил меня на руки.
– Потерпи немножко. Сейчас… – шептал он, неся меня непонятно куда.
А я просто шипела от боли, цепляясь в его плечи и закусывая губу до крови.
ГЛАВА 15
– Лиам, скажи, что опять случилось? – требовал ответа женский голос, ворвавшийся в мой и без того не самый спокойный сон.
Я едва разлепила веки, но тут же поморщилась от резанувшего по глазам яркого солнечного света. Очень странно, учитывая, что в моей комнате точно плотные гардины, едва ли пропускающие тонкие лучики света. Ну, то есть в комнате, которую мне выделили в доме Лиама Тверга.
И тут же подскочила на кровати.
Это не МОЯ комната.
Строгий интерьер, отсутствие каких-либо мелочей вроде цветочков в вазах или милых статуэток. Темные тона в интерьере. Легкий беспорядок, к примеру, брошенные на спинку стула пиджак и рубашка.
Сложно было не догадаться, чья именно это комната. И от этого осознания мне стало немного дурно.
Рефлекторно опустила взгляд, и стало еще хуже. На мне была одна тонкая сорочка и точно не та, что я вчера надевала под платье. Проклятье! Вчера…
Память живо нарисовала мне картины минувшего дня. Комната, так болезненно напоминавшая о доме. Признание Лиама, от которого вмиг по коже поползли мурашки. Поцелуй… и печать.
Печать! Вчера мне казалось, что я сгорю живьем, а сегодня она снова меня не тревожит. Я осторожно стянула бретельку с плеча, ожидая увидеть там страшную рану. Но нет. На месте моего клейма остались только белесые линии, повторяющие рисунок магической печати, которой некогда нас всех лишили доступа к собственной силе.
Снова вспомнился маг, разглядывающий меня, как племенную кобылу. И я втянула носом воздух, пытаясь отвлечься, успокоиться…
– Нет! – снова долетел до меня обрывок разговора. И только теперь я поняла, что ведется он где-то в коридоре. – Никаких модисток сегодня не будет, я сказал!
– Как не будет? – возмущалась женщина, и поняла кто это - моя будущая свекровь. – Я притащила в твой дом лучших швей королевства, чтобы ты мне заявил, что не сегодня, мама?
– Ей сейчас не до платьев, – устало пояснил Тверг. – А мне совершенно не до этого разговора. Я устал, мам.
– Ничего фатального за ночь не случилось, – фыркнула в ответ леди Тверг, принимая во внимание только свое истинно правильное мнение. – Я бы знала. А у твоей будущей супруги платья нет, которое даже в качестве комплимента нельзя назвать «приличное». Вам предстоит несколько визитов в самое ближайшее время, если ты все еще планируешь узаконить ее пребывание здесь. Сам понимаешь, что даже тебя император не пощадит. К старости он стал параноиком. Все время ждет измены – так возьми и дай ему повод лишить тебя магии. Или даже головы.
Последние слова прокатились громом по коридорам, заглядывая в комнаты, и оставляя по себе напряженную, тяжелую тишину.
А у меня сердце замерло. Я догадывалась и так, что Твергу может достаться за то, что он не сдал меня императору сразу же. Но чтобы все было настолько серьезно… И мне стало страшно, почему-то. Не за себя, за себя я отвыкла бояться очень давно. За… Лиама.
– Она сейчас не готова, – спустя долгие минуты, ответил Тверг. – Дай нам несколько дней.
– Только не тяни, прошу тебя, – уже без былого напора отозвалась Малайя Тверг. – Ты нужен Империи, Скаю. И своей семье, в конце концов.
Скай, я так поняла, принц Скайнар. Странно, что не императору. Неужели, Тверг действительно замешан в чем-то…
Но поразмышлять на эту тему времени мне не дали. Сразу же послышались быстрые удаляющиеся шаги, за ними, спустя несколько мгновение – тяжелые, приближающиеся, и я порывисто дернула на себя одеяло. Так, что укрыла голову, но раскрыла ноги едва не до колен.
Дверь чуть приоткрылась, и, чуть погодя, в комнату все же вошел Лиам. И только тогда я чуть опустила одеяло, бросив на него осторожный взгляд.
Выглядел он не очень хорошо. Словно не спал всю ночь. Хотя, скорее даже так, словно его запрягли в почтовую карету и прогнали за эту ночь через всю Империю. Щеки запали, и черты лица чуть заострились, под глазами залегли темные круги. И что-то в груди дрогнуло, даже горло перехватило.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил Лиам, подойдя ближе к кровати и по-свойски ощупав мой лоб.
Я немного смутилась от его близости, от воспоминаний о минувшем вечере, о поцелуе. Но тут же нахмурилась.