Елена Гуйда – Игра (СИ) (страница 29)
— Ну что встал, как ледяная статуя. Иди!
И Ринемар пошел. Наугад. Не разбирая дороги. Спотыкаясь о что-то под ногами. И тьма урчала, дышала со всех сторон одновременно.
— Да осторожней ты. — рявкнула Тартея где-то справа. — Перевернешь мне тут все. О боги! Забыла же совсем.
Она щелкнула пальцами и вдоль стен одна за одной зажглись свечи. Много, больше полу сотни. И сразу стало душно. Так, что Ринемар дернул застежку на плаще и судорожно вдохнул.
Тартея покачала головой, зажмурившись. Ярки свет был болезнен для нее.
— Бедный мой мальчик.
— Все нормально. — выдохнул Темный принц и сел на единственный в этой комнате стул.
Комната была под стать его ведьме. Баночки с готовыми зельями расставлены на полках до самого потолка. С потолка свисают пучки трав, кореньев, веток. Даже связанные за ноги сушенные летучие мыши.
Ринемар усмехнулся:
— Неудивительно, что тебя храмовники на костер потащили. Так напоказ мастерство свое выставлять.
Тартея окинула взглядом комнатку, будто впервые увидела.
— А! это я сейчас обнаглела. Как никак за твоей спиной прячусь. Раньше было иначе. Тихо. Прятались постоянно и бабка, и мать со мной маленькой. И все равно не спасло их это. — ведьма помрачнела, и тут же улыбнулась. — зато не шастают все подряд. Кому и правда невмоготу, не побояться. А те кому заняться нечем поостерегутся. Пришел чего?
Ринемар вытащил из кармана окровавленный кусок ткани.
— Это что?
— Я думаю, что это кровь королевы.
— И что от меня хочешь?
— Чтобы наверняка убедиться.
— А сам?
— Не хочу. Сложно мне. Они ведь не жалеют меня когда приходят.
— Сам виноват. Если бы…
— Прекрати.
— Молчу уже. Давай свою тряпку.
Ринемар протянул ее Тартее. Она взяла и бросила на широкую серебряную миску. Провела рукой напевая слова заговора. Голос ее раздавался в голове Темного принца колокольным звоном. Она звала их. Слова слетали с ее губ легко, заученно. То взлетали до небес, то падали в самое глубокое ущелье. И казалось, слышит их сейчас вся столица. А что там столица… все королевство. А ведь так оно и было. Она сзывала всех, чтобы подтвердить или опровергнуть догадки того, кого они звали королем.
Наконец последнее слово слетело с губ темной ведьмы и звонко звякнуло о серебряную тарелку.
Тартея полоснула руку и тонной струйкой потекла ее почти черная кровь. Та, которую она получила от нижнего мира. Тарелка наполнилась водой до краев. Едва розовой, но напитанной силой той, что звала. И сейчас не узнавал Ринемар свою ведьму. Толи свет был не верный, толи колдовство сильное. Но разгладились морщины на старческом лице, почернели волосы, а глаза засветились синим. Как огонь нижнего мира зажегся в темной.
Ринемар почувствовал, а потом и увидел, как по полу заклубился туман. Как по стенам поползли щупальца инея. Воздух стал стылым, колючим. И только принц хотел вдохнуть его полной грудью, как боль сдавила виски, а такой желанный воздух со свистом вылетел из легких.
«Ты…»
«Звала…»
«Темная.»
«Зачем?»
— Для короля звала. — громко ответила Татрея.
Ринемар позавидовал ей. Это у него от боли в глазах темнеет. А она стоит. Ровная, как равная. Гордая. Не сгибается, от рождения наделенная той силой, что чужда этому миру. От того наверное и терпят духи храмовников с их богами, что не справятся с такими как она сами. Да только на кострах таких почти не бывает. Горят наоборот те, что и слыхом не слыхивали о магии. Ни темной, ни светлой.
«Почему он не звал?» — прошелестел один голос.
«Почему не своей кровью?»
— Не мне призывать короля к ответу.
«Так чего ты хочешь, темная»
— Хочу знать, кровь ли той, что должна стать королевой сейчас в этой чаше?
На миг воцарилась тишина. Такая, которая бывает перед тем, как с гор собирается настоящая северная буря.
И тут же взвыли духи, зазвенел воздух. Загорелась вода. И только пламя это было холодным. Голубым.
«НЕ ОНА!»
«Не та!»
«Найди!»
Раздалось в голове сотней голосов, от которых она угрожала лопнуть с мерзким хрустом.
— Спасибо за помощь, — как ни в чем ни бывало, сказала Тартея.
Произнесла несколько слов и пламя погасло. Опало. И чаша треснула, расплавилась и растеклась лужей на столе. И тут же покрылась коркой льда.
Ринемар откинулся на спинку стула, стараясь справиться с головной болью.
Татрея поцокала языком.
— Упрямый ты! Весь в отца.
— Тартея. Я устал. — прохрипел он.
И она замолчала. Набросила темный кусок ткани на место, где стояла чаша.
— С тебя стол и чаша.
— Хоть две.
— По две. — практично поправила темная.
— Точно обнаглела. — констатировал Ринемар и вымучено улыбнулся, не желая показывать слабость.
Она подошла к нему вплотную. Склонилась шепча слова заклинания. И боль отступила.
Он облегченно вздохнул.
— Ринемар, я слишком долго живу в этом мире, чтобы верить в то, что они отступятся. Рано или поздно они получат то, чего хотят. И ты это понимаешь. Пусть и не признаешь. И чтобы ты ни делал, как бы не старался сбежать… Прими, то что должно быть твоим.
Темный принц вгляделся в ее темные глаза. Не было уже того пламени, отступило, затаилось. И морщины вернулись. И волосы уже не черные, а как серебро черненное.
— Они не оставят его в живых.
— Они и так ему не простят, что занял не свое место.
— Но клятва…
— Глупый мой мальчик, они найдут способ ее обойти. Не думай, что ты хитрее тех, кто в этом мире с самого его начала. Они видели, как первый человек ступил на эту землю. Сотни… тысячи, переворотов, предательств, войн. Убийства, смерти, рождения… короли, королевы, принцы и принцессы. И ты рискуешь не только своим рассудком. Поверь, если они так хотят, чтобы именно ты сидел на троне, это неспроста. И именно та королева нужна тебе.
Ринемар вздохнул. Тяжело. Будто нес на себе ношу, не для него предназначенную. И почему отец обошел его права? Не было бы этого. Не мучился бы тот, кто рожден быть королем, борясь между долгом и любовью к брату. Единственному, кто родной ему по крови.
— Нет!
Тартея зло зашипела, как потревоженная змея.