Елена Гросс – Цена молчания (страница 1)

Елена Гросс

Цена молчания

Пролог.

По телевизору шёл выпуск новостей.

Последний месяц одна история делила эфир со всеми остальными новостями поровну — и неизменно выигрывала. Молодой мужчина. Мёртвая жена. Их собственный дом. Адвокат, который месяц кормил прессу заявлениями о невиновности клиента с таким аппетитом, словно это была его личная победа ещё до вынесения приговора. Сам подсудимый появлялся в кадре редко — уставший, осунувшийся, с лицом человека, которого одновременно перемалывают горе и правосудие. Что из этого оказалось тяжелее — понять было невозможно. Дело слушалось за закрытыми дверьми.

Сегодня двери наконец открылись.

Толпа у здания суда собралась заранее: журналисты, камеры, зеваки с поднятыми телефонами. Все ждали финала. Кто-то — справедливости. Кто-то — картинки.

Он вышел первым.

Безупречный деловой костюм. Свежая стрижка. Улыбка человека, который знал, чем закончится этот день, и потрудился к нему подготовиться. Толпа сомкнулась вокруг него мгновенно — микрофоны, вспышки, голоса поверх голосов.

— Я рад, что суд во всём разобрался, — произнёс он с той теплотой, которую удобно принять за искренность.

— А кто тогда убил вашу жену?! — выстрелил чей-то голос из толпы. — В вашем же доме?!

Улыбка не исчезла. Она просто стала другой.

— Следствие продолжит работу, — сказал он ровно, почти скучающе. — Но это уже не моя история. За месяц в СИЗО я понял одно: мне будет не хватать моей жены. Всем нам придётся жить дальше.

Взгляд — охране. Охрана — толпе. Через десять секунд его машина уже скрывалась за поворотом.

Телевизор выключили.

Глава 1.

Такси бизнес-класса везло меня по ночному городу. Я смотрела в окно, наблюдая за мигающими огнями баров и ресторанов, и думала об одном: поездка проходит слишком быстро, я не успеваю собраться с мыслями. А мыслей в последнее время в моей голове было катастрофически много — они громоздились одна на другую, как машины в пробке, и так же никуда не двигались.

И вот машина затормозила на узкой улочке. Самый центр города, где сосредоточены лучшие заведения, — и одним из них был бар «Монро». Лучший из лучших. Именно сюда постоянно наведывались все богатые и знаменитые этого мегаполиса. Попасть туда — такова была моя цель. Именно поэтому я готовилась к этому вечеру целую неделю.

На мне было бежевое шёлковое платье на тонких бретелях и красные туфли на высоком каблуке. В руках — маленькая сумочка на золотой цепочке. Сегодня днём я посетила парикмахера и визажиста. Я должна была выглядеть на тысячу баллов из ста, а потому выбирала только лучшее — от нижнего белья до автомобиля. Всё это было своего рода билетом в «Монро». Других билетов у меня не было.

Я подождала, пока водитель откроет мне дверь и поможет выйти. Я сделала это элегантно и невозмутимо, после чего уверенной походкой направилась к входу заведения, у которого стояло несколько охранников. Я чувствовала, как их взгляды скользят по мне — оценивают, взвешивают, выносят вердикт, — но не подала виду, что меня это хоть сколько-нибудь волнует. Шла, не сбавляя шага, пока не поравнялась с ними. Вопросительно, сохраняя безупречно-холодное выражение лица — то самое, которое я репетировала перед зеркалом, — посмотрела на одного из охранников, пока он не открыл передо мной дверь и не пожелал хорошего вечера. Правильное решение.

Внутри я сразу направилась к барной стойке. Мне нужно было срочно выпить что-нибудь крепкое, чтобы перейти к следующей части плана. Попала я сюда, разумеется, не ради того, чтобы оценить местный интерьер — хотя интерьер, надо признать, был безупречен. Моей истинной целью было найти богатого и влиятельного мужчину. Да, как бы банально это ни звучало. Но скажите мне: а кто этого не хочет? Я просто не строю из себя свободную и независимую женщину. По крайней мере, перед самой собой — я честна.

В любовь я давно не верила. Пробовала — не понравилось. Что такое любовь, если разобраться? Коктейль из дофамина, окситоцина, вазопрессина и серотонина. В сухом остатке — удовольствие. Теперь понимаете, почему любовь покупается и продаётся так же легко, как хороший ужин в дорогом ресторане?

— Мне текилу, пожалуйста, — сказала я бармену. Он молча кивнул, и уже через минуту рядом со мной стояла наполненная рюмка.

Я выпила залпом и поставила на стойку.

— Повторить? — спросил бармен.

Я сначала отрицательно качнула головой, но тут же передумала:

— Сделай мне мохито. Безалкогольный.

Я присела на барный стул и, пока ждала коктейль, начала неторопливо осматриваться. Народу было немного. Кто-то сидел за столиком, кто-то проводил время за кальяном, кто-то в одиночестве смотрел в телефон. Ничего критичного — вечер только начинался, время ещё было. Бармен поставил передо мной бокал и переместился на другой конец стойки, чтобы обслужить следующего клиента. Я взяла коктейль в руки и, сделав небольшой глоток через трубочку, посмотрела на этого посетителя.

По виду он больше напоминал персонаж из девяностых, каким-то чудом переместившийся в наше время. Их неистребимая любовь светить логотипами брендов во всю спину — это, кажется, не поддаётся никакому лечению. Вот и сейчас, даже с другого конца «Монро», его Gucci читался безо всякого труда. О вкусах, конечно, не спорят, хотя временами очень хочется.

В следующий момент мужчина в Gucci подошёл ко мне, держа в руках бокал:

— Привет, красотка. — И попытался чокнуться, пока я сидела совершенно неподвижно.

— Добрый вечер, — ответила я без малейшей заинтересованности. Кидаться на первого встречного не входило в мои планы. Особенно на такого.

— Может, сядем за столик, пообщаемся? — не сдавался мужчина.

— Спасибо, но не сегодня.

— Да ну, зай — начал он что-то говорить, но между нами неожиданно легла чужая мужская рука.

— Прости, брат, но эта девушка со мной, — произнёс голос у меня над ухом. Негромкий, с лёгкой хрипотцой — и при этом такой уверенный и чёткий, что ослушаться казалось чем-то за гранью возможного. Всё происходило на уровне инстинктов: ты мгновенно понимаешь, кто здесь главный, ещё до того, как успеваешь осмыслить это рационально.

Мужчина в Gucci хмыкнул и отправился на дальнейшие поиски компании на вечер. Меня же один вечер не интересовал. Я играла в долгую.

Я повернула голову в сторону оставшегося стоять рядом мужчины и отсалютовала ему бокалом, не произнеся ни слова. Этого было достаточно, чтобы внимательно его рассмотреть. Он, безусловно, был хорош собой. Из тех, на кого обернёшься даже на улице — просто потому что не обернуться невозможно. Дорогой костюм, дизайнерская рубашка с расстёгнутыми верхними пуговицами, стильно уложенные волосы — всё это лишь дополняло то, что создала природа. Смазливым он не был — скорее, наоборот. Такие в детстве нередко комплексуют из-за внешности, зато вырастают в образцовых хищников.

Он продолжал стоять рядом, рука по-прежнему лежала на барной стойке. Он чуть сощурил глаза, изучая моё лицо — так, будто читал текст на незнакомом языке. Несмотря на ощущение, что меня сейчас оценивают основательнее, чем на любом фейсконтроле, я сохранила невозмутимое выражение и смотрела в ответ с таким же спокойствием. Внутри, однако, всё было иначе: я поймала себя на том, что мне отчаянно хочется, чтобы его вердикт оказался в мою пользу. Только показывать этого было категорически нельзя. Хищник не уважает добычу, которая сдаётся сама.

Спустя какое-то время мужчина произнёс:

— Меня зовут Руслан. Мы здесь с другом отмечаем знаменательное событие. — На последней фразе его губы тронула кривоватая усмешка, смысл которой мне был непонятен. — Наблюдал за тобой несколько минут. Вижу: одна, скучаешь. Не хочешь присоединиться?

— Дина, — последовал мой холодный ответ — без тени флирта.

На это Руслан широко улыбнулся.

— Не хочешь присоединиться к нам, Дина? — повторил он, с намеренным акцентом на моём имени.

— Честно говоря, нет, — улыбнулась я так обворожительно, насколько позволяла ситуация. Улыбка с его лица никуда не делась — только в глазах что-то блеснуло, выдавая возросший интерес. — Я, собственно, уже собиралась уходить. Зашла буквально на пару минут.

— Часто здесь бываешь? — Его взгляд скользил по моему лицу и периодически съезжал в зону декольте. Руслана это нимало не смущало — он без всякого стеснения рассматривал всё, что ему было интересно.

— Время от времени, — расслабленно повела я плечом, давая понять: дорогие заведения для меня не событие, а обычный фон жизни.

— Дина, я надолго тебя не задержу. Выпьешь с нами по коктейлю. А то сидим мужской компанией — нам не хватает такой красоты рядом. — И он наклонился к моему уху и тихо произнёс: — Соглашайся.

От этого незначительного жеста по всему телу рассыпались мурашки. Это был какой-то запрещённый приём, потому что я физически не могла заставить себя ответить «нет». А запах дорогого парфюма и вовсе действовал как гипноз — обволакивал, не отпускал, лишал здравого смысла. Когда Руслан отодвинулся, оставаясь при этом в пределах моего личного пространства, мы посмотрели друг другу в глаза.

— Хорошо, но только на один бокал. Завтра рано вставать, дел много — не могу позволить себе задержаться, — произнесла я холодно, хотя внутри всё перевернулось с ног на голову. И, кажется, Руслан прекрасно это понимал.