Елена Грасс – Развод. Я этого достойна! (страница 14)

Киваю. Конечно, слышала. Именно поэтому в выходные дни мы вместе с ним нахаживаем круги по дому и радуемся, как дети, что у него есть пусть небольшой, но прогресс в движении левой ноги.

— Это неправда! У него десять пятниц на неделе, — фыркает эта стерва.

— Хоть двадцать. Вы для того здесь и находитесь. Мой муж платит вам зарплату выше, чем по рынку.

— И что? Я скакать перед ним должна?! Полина, как вы не понимаете: он капризный старик! — продолжает Галина Михайловна.

— Закройте рот, соберите вещи, и вы свободны.

Не желая больше тратить на неё своё время, я подхожу к кровати свёкра и протягиваю ему руки.

Он сначала замирает в удивлении, затем чуть заметно кивает, расправляет плечи, и, крепко ухватившись за мои ладони, пытается встать.

Глава 11

Рассчитав Галину Михайловну, я полночи не могла уснуть.

Я думала о том, где теперь искать человека, способного выдержать крутой нрав Аслана Теймуразовича, и не находила ответа.

Эта задача казалась мне сейчас масштабнее и сложнее, чем любой годовой отчёт в офисе.

Одна сиделка сменяется другой, и ни одна не выдерживает напряжения, которое царит в доме.

У нас всегда царил мир и покой, а теперь я не хочу идти домой, потому что мне приходится выступать вечным третейским судьёй между моим свёкром и его помощницами.

Рустам не обманул, когда я сказал, что все разборки лягут на меня. Хотя в любом случае так и будет, и других вариантов не остаётся. Ведь он так редко бывает дома.

Иногда я очень злюсь на него за это. Ведь он мог бы хотя бы ради отца отойти от дел и перенаправить обязанности на своих заместителей.

Но, с другой стороны, теперь он во главе компании, и как я понимаю — ему очень важно не подвести отца.

Главное, что я подчерпнула из последнего разговора с мужем: ни я, ни он не знаем, как сделать так, чтобы все были довольны.

На наши плечи давит сложный выбор и сложный путь. Но скинуть со своих плеч эти тяготы и предать сейчас мужа в этой ситуации я не могу.

Я уверена, что с моей стороны это будет особенно подло.

— Привет, — день начинается со звонка супруга.

— Привет. — Я догадываюсь, что мой свёкор всё рассказал своему сыну.

— Как дела? — Рустам пытается звучать непринуждённо, но я слишком хорошо знаю этот тон.

— Нормально. Рустам, ты по делу или… — надеваю платье и спешу расчесать волосы.

Мне ещё нужно успеть собраться на работу, а затем ближе к обеду вернуться, чтобы присмотреть за Асланом Теймуразовичем.

Пока я не найду нового человека, это обязанность будет на мне.

— По делу. Я задерживаюсь в холдинге. Дел невпроворот, командировка затягивается.

— Ясно. Ничего нового.

— Погоди. Я не всё сказал.

— Ну, — могу поспорить, что я знаю его следующие слова.

— Полина, я настоятельно прошу тебя уволиться! Сейчас же! Напиши заявление и забудь об этом офисе как о страшном сне. Ты же видишь, что дом трещит по швам!

— Я разберусь. А на твоего отца я зла. Зачем он рассказывает тебе о наших проблемах, если ты всё равно их не решаешь? — я говорю последние слова в каком-то жутком отчаянье.

— Полина, неужели ты и правда не понимаешь, что это забота о тебе?

— Позаботься лучше о своём отце! Выручи меня! Помоги мне! Найди себе уже нормального, толкового заместителя, который начнёт работать как положено! Вернись домой, Рустам! Мне нужен муж, а не голос в трубке, раздающий указания!

— Не могу, — безапелляционно заявляет он, и я понимаю, что ничего другого я от него не услышу. Разве он хоть раз за столько лет отвечал мне иное? — Полина, я ведь шёл тебе на уступки. Но ты видела — результат плачевный. Пожалуйста, уступи и ты мне! А я, как только у меня будет время, подумаю, как всё уладить.

Рустам снова начинает давить на чувство ответственности. Но я так устала от него!

— Прекрати кормить меня тупыми обещаниями! Ты ничего не пытаешься уладить. Я прохожу все проблемы одна! А точнее, с меняющимися каждую неделю сиделками! Сколько дней ты был дома последний раз, а, Рустам?!

Муж молчит. Ему нечем меня заткнуть.

— То-то и оно! За последние несколько лет ты бываешь в месяц дома от силы неделю. Приезжаешь, отдыхаешь, собираешь чемодан и снова едешь в командировку. Вот это и наше «вместе!».

— Но я не гуляю! И тебя это раньше устраивало! Ты все эти годы жила в достатке и ни в чём не знала отказа.

— Верно. Но я не была готова к тому, что моя жизнь изменится… так. Рустам, я, правда, очень устала.

Начинаю плакать прямо в трубку и не могу остановиться. Мне неожиданно становится жаль именно себя.

Я ведь на самом деле думала, что я смогу всё это тянуть. Но я не могу. Мне надоело нести чужую ответственность.

— Послушай меня внимательно, Поля, — голос Рустама смягчается, и я понимаю, что он предпочитает попытаться успокоить меня, нежели надавить. Он знает: уже не выйдет. — Я обещаю тебе: если ты уступишь и уволишься, как только папа поправится, я буду не против, чтобы ты вернулась на работу.

— Ему долго восстанавливаться. И меня никто обратно не возьмёт.

— Я решу вопрос с твоей работой. Ты не останешься на улице. У меня достаточно связей, чтобы устроить тебя. А если захочешь, иди к нам в холдинг.

— Ты прекрасно знаешь, что я против того, чтобы быть у тебя в подчинении. Мне хватает этого и дома, — хлюпаю носом, стараясь успокоиться.

— Ладно, ладно! Значит, не холдинг. Куда сама захочешь.

— Но я не хочу терять то, что у меня есть! У меня отличная должность и хорошая зарплата.

— Ну, о деньгах тебе точно думать не нужно. Об этом всегда думал я.

Да, всё так. Мои карты всегда были только золотыми, а бутики, в которых я одеваюсь — лучшими.

Любые счета, о которых я говорила Рустаму, закрывались по первому требованию. Любые капризы выполнялись, стоило мне только о них подумать.

— Всё так, — говор уже спокойнее.

— Вот и здесь ничего не изменится, — продолжает он, чувствуя, что я начинаю сдаваться. — Полюшка, ты правда почувствуешь разницу, когда бросишь свою работу. Тебе станет легче, вот увидишь. Отец пусть и медленно, но идёт на поправку. А с каждым днём будете только лучше. Ты перестанешь разрываться, сможешь нормально спать, не будешь никуда торопиться. А я буду спокоен, зная, что дома порядок и отец под присмотром. Ну, согласна?

— Мам, — отвлекает меня сын, — там дядя Дамир приехал.

Прикрываю ладонью трубку и поворачиваюсь к сыну.

— Дамир?

— Да. Он проездом в Москве и решил заехать к нам в гости.

— Хорошо, я с отцом договорю и приду. Принимай гостя. И обязательно отведи к деду. Он будет рад встрече.

— Кто там? — спрашивает меня Рустам, услышав наш разговор.

— Твой брат. Амир сказал, что он проездом.

— Ясно. Ладно, я не буду тебя больше задерживать. Полин, подумай над моим предложением.

Я быстро прощаюсь с мужем и спускаюсь на первый этаж. Слышу приглушённые голоса из кухни и замедляю шаг.

Один, моложе, принадлежит Амиру. Второй низкий и уверенный Дамиру.

Заходя на кухню, замечаю, что они сидят близко друг к другу и о чём-то говорят.

Мой сын что-то жарко доказывает Дамиру, а тот, нахмурившись, слушает и не перебивает.