Елена Грасс – Мажор. Двойная игра (страница 2)

— Ладно. И... спасибо за кофе. Он ещё актуален!

Крис смеётся из кухни звонко и заразительно. Этот смех всегда меня обезоруживает. Сегодня происходит всё то же самое.

— Кофе уже на столе, тосты поджариваются.

Захожу на кухню, и я вижу, что она действительно уже всё сделала: ароматный кофе, тосты бужениной и сыром, даже яичница.

Хозяюшка, не меньше!

— Арс, а почему ты так критично настроен, чтобы в твоей квартире не было женского духа? — она пододвигает ко мне чашку и садится напротив.

— Потому что, если вдруг не получится, нам придётся конфликтовать. А я не люблю конфликтовать с девушками.

— Почему?

— Вы слишком мстительные и обидчивые, — смеюсь.

— Разве?

— А нет? — смотрю на неё в упор.

Крис отводит глаза, и я понимаю, что попал прямо в яблочко.

— Кроме того, я уверен, что у нас ничего не получится. Это я о семейной жизни есть что.

— А почему ты думаешь, что не получится?

— Знаю.

Кристина наклоняется вперёд, подперев подбородок ладонью, и смотрит на меня взглядом, в котором сквозит лёгкая насмешка.

— А ты вообще жил с кем-нибудь?

Я откусываю тост, жую медленно, будто обдумываю ответ, хотя уже знаю, что скажу. Улыбка сама собой появляется на лице.

— Нет. И не собираюсь. Зачем мне это бремя? Представь: придётся делить не только пространство, но и объяснять, почему я пришёл домой в три утра, а не в семь вечера. Занудство. И слишком много хлопот для такого сложного экземпляра, как я. Лучше уж кофе по утрам без допросов, как у нас с тобой, и постель без обязательств, — салютую ей чашкой.

— То есть ты требовательный? — спрашивает она, чуть наклоняя голову. В голосе слышится любопытство, а не осуждение.

— О! Не то слово! Я сложный тип, — отрезаю я и начинаю жевать быстрее, будто спешу закончить завтрак и саму эту тему. Мне не нравится этот разговор. Мы знакомы всего месяц, а она уже беспардонно лезет в душу.

— Разве? А мне кажется, что с тобой... легко. Не нужно притворяться идеальной.

— А вот здесь ты не права. Я люблю, чтобы было чисто, уютно, вкусно. Вот ты готова мне готовить завтраки, обеды и ужины?

Кристина замирает. Я вижу, как она обдумывает ответ.

— Если баш на баш, то почему нет.

— Вот и ответ на твой вопрос, солнышко, — не могу сдержать разочарованной улыбки. — Ты готова только баш на баш, а я не продаюсь и не покупаю.

— А мне показалось, что ты очень щедрый.

— Щедрый. Но ровно до того момента, пока мне не начинают выносить мозги, — уже открыто намекаю на то, что Крис пора остановиться.

— Не понимаю, — признаётся Кристина, и в её глазах мелькает настоящая растерянность.

— Ладно, расслабься. — Быстро вытираю рот салфеткой и спешу на выход. — Жди меня часа через четыре. Голая, и как ты сама сказала: на всё готовая.

Крис улыбается, но я не шучу.

— Я серьёзно! Я настроен на десерт. И это не про пирожное, если что!

Глава 2

Сажусь в машину, делаю глубокий вдох и пытаюсь успокоиться.

Я постарался не показывать Крис своего довольства, но во мне всё кипит.

Зачем она лезет туда, где ей быть не нужно? Зачем всё портит?

Чувствую, если она не изменит своё поведение, неприятный разговор неизбежен.

А если и после разговора не поймёт, тогда нам придётся расстаться.

Крис мне безумно нравится, но я не тот, кто позволит нарушить мои границы.

Они не просто так расставлены мной много лет назад и не нарушались никем, кто бывал в моей жизни и постели.

Пробки заставляют меня нервничать сильнее. У нас с отцом и без того напряжённые отношения, а теперь он, наверняка, в ярости.

Да, иногда я могу не появляться в офисе пару дней, но это не делает меня плохим работником.

В отличие от моего занудного старшего брата, я, может, и приезжаю реже, но засиживаюсь на работе до ночи, а иногда и до утра.

Однако странным образом все почему-то все дружно об этом забывают, как только я прихожу не вовремя.

Машина ползёт по раскалённому от жары асфальту, а в голове снова крутится утренний хаос: Кристина в моей спальне, на моей кухне, в душе.

А следом её смех, допрос о том, жил ли я с кем-то и моё чёткое ощущение, что она переходит границы.

Не могу понять почему, но её желание остаться у меня в квартире никак не даёт покоя.

Я их тех мужчин, на чью свободу нельзя претендовать.

Я настолько эгоист, что не позволяю кому-то считать мои вещи своими, оставлять зубную щётку рядом с моей и оставаться дольше, чем на одну ночь.

Я сам себе хозяин, и эта аксиома не подлежит пересмотру.

Но почему-то сегодня, когда Крис так легко и уверенно распорядилась моей кухней, у меня складывается впечатление, будто она пытается сдвинуть невидимую черту, которую я когда-то провёл.

— Где ты шляешься? — встречает меня недавно упомянутый зануда братец у кабинета переговоров. — Отец рвёт и мечет.

— А ты почему не на совещании? — бросаю через плечо, поправляя галстук, который вдруг кажется удавкой.

— А я вышел водички попить, — косится он на секретаршу, которая уже растеклась перед ним лужей. — Вали, давай, если не хочешь, скандала.

— Иду! Ненавижу все эти сборища!

— Я тоже. Но только они позволяют нам привлечь дополнительные инвестиции.

Поправляю пиджак, делаю глубокий вдох и захожу в кабинет.

Ссылаясь на пробки, извиняюсь за опоздание, иду к свободному стулу и, не успев присесть, чувствую вибрацию телефона.

«Арс, я приготовлю обед?».

«Нет…» — хочу оправить, но не отправляю. Наверняка она спросит меня «почему».

Удаляю сообщение.

Пальцы зависают над телефоном. Чувствую, как внутри всё напрягается.

Нет, ни за что. Мом кухня — это моя территория. И даже мысль о том, что какая-то женщина будет там хозяйничать, оставляя следы своего присутствия, вызывает острое раздражение.

«Не надо, я сам справлюсь» — набираю сообщение, но и его удаляю.

«Я пообедаю в офисе. А ты закажи себе что-нибудь» — пишу более подходящее.