Елена Грасс – Мажор. Двойная игра (страница 4)

М-да, если бы лесть можно было собирать в банки, отец уже открыл бы завод по производству мёда и неплохо на этом заработал.

Проходит ещё почти полчаса, пока подчинённые прекращают лестные оды и расходятся по кабинетам.

Инвесторы остаются, но мне хочется, чтобы и они побыстрее ушли.

Я слишком сосредоточен на том, что произошло, и пустые разговоры начинают меня раздражать.

— Арс, ты чего такой хмурый? — через час мы остаёмся в кабинете втроём.

— Я нормальный. Но я зол!

— Почему? — удивляется всем довольный отец.

— Потому что я тебе говорил не торопиться с собранием. Отец, куда ты так торопишься?

— Я тороплюсь начать стройку и заработать денег! А твоего недовольства я не понимаю. — Отец замирает и смотрит на меня в упор. Он скрещивает руки на груди и ждёт ответа. Но правды я ему не скажу.

— Мы всё успеем.

— Сынок, у меня складывается впечатление, что что-то ты недоговариваешь, — говорит отец железным тоном, его глаза буравят меня насквозь.

Я чувствую, как сердце начинает стучать чаще, но стараюсь сохранить спокойное выражение лица.

— Я тебе всё сказал.

— Ты, прежде чем предложить мне эту «золотую жилу», ездил туда? — он, спрашивая меня слова «золотая жила» выделяет особенно.

— Да, — вру. В тот день, когда я должен был ехать на участок, я как раз познакомился с Крис.

Она чуть ли не в этот день прыгнула ко мне в постель, и я решил, что у меня есть дела куда важнее, чем тащиться смотреть участки.

Кадастровыми инженерами для меня был подготовлен видеоматериал, где я увидел озеро, окрестности, и я решил, что мне этого хватит для воплощения идеи в жизнь.

Из рассказов помощника я знал, что там есть несколько старых деревянных домов и шикарная природа. А что мне ещё было нужно для принятия решений?

— То есть всё в порядке... — Но отец не успокаивается и продолжает басить.

— Да.

— Тимур, включи первый слайд.

Брат включает первую картинку, и отец переключает своё внимание на неё.

— Тогда объясни мне, что это за долбанный участок, который как прыщ на заднице красуется посреди моей земли?! — резко встаёт отец со своего стула и тычет пальцем в сторону этого огрызка.

— Отец, хватит! — повышаю ответно тон, вступая в конфронтацию. — Я же сказал: ошибка!

— Ты втянул меня в это! А я, ничего не проверив, пошёл у тебя на поводу.

— Ты должен мне доверять.

— А я и доверился! Именно поэтому не подводи меня! Езжай и разберись с этой ошибкой! И надейся на то, что этот… прыщ не будет мешать мне осуществить задуманное.

Киваю и перевожу взгляд на Тимура. Брат по-прежнему молчит, наблюдая за мной с прищуром, словно ждёт, когда я сломаюсь. Но я не сломаюсь!

Мы родные братья лишь по отцу, и между нами всегда была конкуренция.

— Чего ты лыбишься, придурок? — он, как всегда, меня раздражает.

— Мне кажется, что скоро кто-то сядет в лужу. Причём по самое горло, — начинает смеяться Тим и как в детстве, подначивать меня на конфликт.

— Не дождёшься! — фыркаю я, изображая равнодушие.

— Пап, я уже примерно посчитал, какие могут быть риски, если не получится построить все дома, которые мы запланировали.

— Видишь, сынок, твой брат, в отличие от тебя, думает о развитии нашего бизнеса. А ты только деньги спускаешь, — кивает в сторону Тимура.

Упрёк бьёт под рёбра, точно и больно. Спускаю деньги? Да я уже пять лет пашу на него, принося идею за идеей, а, оказывается, я «ничего не делаю».

Классика! Отец всегда так: старшего — гладит по голове, а меня — окунает носом в дерьмо и держит только как генератора идей.

— Поиск площадки, договорённости по стройке комплекса «Живые ручьи» чьих рук дело?

— А это ты к чему мне говоришь? — отец, наконец, смотрит на меня с лёгким раздражением.

— Чей, спрашиваю? — повторяю я, не отводя глаз.

— Твой, — нехотя соглашается он.

— Поиск площадки, договорённости с администрации по выкупу земли комплекса «Зелёные луга» — кто занимался?

— Ты.

Отец опускает глаза, но я успеваю заметить, что он не хочет признавать, что младший сын уже давно не мальчишка, которого можно поставить на место одним взглядом или нелепым упрёком.

— Угомонись уже, герой! — вставляет реплику Тимур.

— Я не герой. Я лишь напоминаю вам, что я тоже в этой компании не пустое место. А если вы считаете иначе, я могу свалить и работать отдельно! — я злюсь и чувствую, что назревает конфликт.

Я мог бы заткнуться, но не затыкаюсь. Меньше всего мне хочется, чтобы меня здесь держали как мальчика для битья. У нас в компании работает не только отец и Тимур. Я тоже в себе уверен.

— Остановись, Арс. Бизнесмены не имеют прав на эмоции.

— Я просто хочу, чтобы твой старшенький заткнулся и ты позволил мне сам руководить процессом.

Отец расправляет плечи, и на его губах появляется усмешка — холодная, победоносная.

— Руководи! Я готов поверить в тебя настолько, что кроме идеи ты этот проект и возглавишь. Под ключ! — говорит он, и в голосе звучит финальная точка, которую не переспоришь. — Знаешь, что такое под ключ?

— Конечно! От старта до финиша. Ты меня испугать, что ли, решил?

— Нет! Я выполняю твою просьбу, сынок.

— Я готов!

Брат, дождавшись окончательного решения, тут же встаёт со своего места и уходит. Вероятно, он потому и не лез на рожон, что знает чуть больше меня.

И оттого мне снова становится не по себе.

— Арсений, — говорит отец тихо, когда Тимур закрывает за собой дверь. — Хватит воевать с братом и прожигать жизнь. Этот проект либо сделает из тебя мужчину, либо я окончательно потеряю надежду. Езжай уже наконец на место и начинай решать вопросы с местными. Если ты закончишь этот проект с выгодой для нас, я включу тебя в совет директоров. А если...

— Отец, всё это прекрасно: и твоё доверие, и совет директоров, но у меня есть вопрос, который не даёт мне покоя. Ты, прежде чем принимать решение собрать инвесторов, сам-то хоть был на месте? — я жду, что он мне даст хоть крупицы информации.

— Да, но я был лишь у воды, — говорит не смотря на меня.

— А зачем же ты тогда соврал, что видел местность, если ты не изучил площадку полностью? — спрашиваю я, стараясь держать тон ровным, хотя ладони уже слегка вспотели.

— Потому что кто-то проболтался про наши планы на эту землю. И если бы я, генеральный директор сказал, что не изучил его досконально, меня бы не поняли. Сынок, я не очень понимаю... Ты хочешь отказаться?

— Нет. Но я просил тебя не торопиться. Если обнаружатся какие-то проблемы, ты можешь подставить меня под удар. А точнее, мою репутацию.

— Ну, трудности иногда хорошая проверка на прочность! А ты, вероятно, забыл, как не единожды просил меня доверить тебе какое-то серьёзное дело. Или я что-то неправильно понял?

— Правильно, — здесь отец прав. Я на самом деле злился, что я всегда на вторых ролях.

— Ну вот. Ты подал идею и теперь кулаком бьёшь себя в грудь, что справишься. Ну и чего теперь заднюю включаешь? — отец не понимает моего настроения или чувствует, что я дал промаху.

— Нет, не включаю. Я лишь не понимаю суеты.