Елена Грасс – Двойная проблема для строгого босса (страница 4)

— Почему? — замечаю его интерес к будущему ответу моей дочери.

— Потому что она тиран! То есть тиранка! — выдаёт моя дочь, кивая в сторону женщины. — Мам, а как тёти злые называются правильно? Помнишь, ты сегодня так босса мамы Наташки называла.

Глава 4

Несколько пар глаз устремляются на меня, а я готова от стыда сквозь землю провалиться.

— Алёна! Прекрати немедленно! — повышаю голос на дочь, не позволяя ей продолжать.

Это переходит все границы дозволенного!

Когда она себе стала позволять так разговаривать со взрослыми?! Не имеет значения, кто стоит перед ней сейчас. Она не должна говорить такие слова.

Конечно, я больше злюсь на себя, чем на неё, потому что я слишком много работаю и мало провожу времени с ребёнком. Но разве это как-то оправдывает её поведение?

Так или иначе, но она знает, что такое хорошо и что такое плохо. Да и я своим примером уважительного общения с людьми не раз показывала ей, как люди должны общаться между собой.

— Это… Это… Это возмутительно! — пыхтит как паровоз незнакомка-истеричка. — Что она себе позволяет!

— Люда, прекрати. Не связывайся с ребёнком. Пойдём, — настаивает мужчина.

Замечаю, что женщина в своём гневе покрывается красными пятнами, а мужчина чуть улыбается, но старается быть серьёзным.

— Что ты такое говоришь, Алён, — одёргиваю дочь. — Никогда не говори таких слов взрослым.

— Мамочка… — теряется неожиданно моя дочь. — Но она же злая. Злые все дуры.

Юлька, плюнув на хороший тон, слушая мою дочь, без всякого стеснения, хохочет.

— Юль! — цыкаю на помощницу нашего руководителя. — Прекрати! Алёна, так нельзя разговаривать со взрослыми, — снижаю интонацию, но трясущаяся нижняя губа моей дочери, без сомнения, указывает мне на то, что она скоро заплачет. — Нужно извиниться!

— Да! И немедленно! — гордо вздёргивает высокомерная дамочка свой нос. — Ваша дочь избалована и не следит за своим языком.

— Она обычно так с людьми не разговаривает.

— Люда, я же сказал — хватит! — мужчина наконец-то уводит свою даму в кабинет моего босса.

Надеюсь, он не расскажет ему, как Алёна нахамила этой незнакомке.

Если расскажет, это будет полный провал. Особенно, что Артём Ильич предупреждал меня, чтобы Алёна не лезла в приёмную сегодня.

— Извините! — насупившись говорит моя дочь, пока мужчина спешит уйти и утащить следом женщину.

Вижу, дамочка хочет продолжить перепалку с моим ребёнком, но незнакомец не позволяет ей этого сделать.

Как только дверь за этими людьми закрывается, я плюхаюсь в кресло и громко выдыхаю.

— Это просто кошмар… Дочка, ты зачем это сделала? — не могу скрыть того, как я расстроена.

— Потому что она злая!

— Это неважно. Разве так я учила тебя общаться с людьми?

Замечаю, как после моего замечания Алёна надувает губы и демонстративно отворачивает от меня лицо.

— Очень надеюсь, что это не те самые важные персоны, о которых говорил мне Артём Ильич. Иначе путь сюда моей дочери будет закрыт навсегда, — поворачиваюсь к Юле.

— Плюнь и разотри! — странным образом поддерживает меня коллега.

— Вот-вот! — подаёт голосок моя дочура.

— Алёна! — снова цыкаю на неё. — Юль, ну как плюнуть, если я обещала Артёму Ильичу, что Алёнка не будет крутиться здесь. Получается, я подвела своего босса.

Несколько минут сидим в тишине каждый в своих мыслях.

Юля несколько раз пытается подойти к двери нашего босса и прикладывает к ней ухо. Думаю, она и сама очень переживает, что ситуация сложилась именно так, как сложилась.

Кроме того, с таким видом, как у незнакомца, вероятнее всего, что наш босс спросит, что случилось.

— Смеются, — тихо говорит мне. — Шеф вроде в нормальном настроении.

— Было бы хорошо.

Юля, вернувшись за свой стол, словно извиняясь достаёт коробку с конфетами.

— Девочки, угощайтесь, — подмигивает нам.

Алёнка смотрит то на меня, то на конфеты, но взять не решается. Ждёт, пока я разрешу.

— Диана, прости! Я не успела даже отреагировать, когда она решила самостоятельно вылить воду после того, как порисовала.

— Это ты меня прости. Я сама должна приглядывать за ней, а не ты. Но я ничего не успеваю. Хоть разорвись...— теперь уже не только у Алёнки, но и у меня трясётся нижняя губа.

Кажется, сейчас тоже разревусь.

Я никогда не повышаю голос на дочь, а здесь пришлось. Но она совсем некстати оскорбила эту незнакомку.

Дочь по-прежнему стоит в стороне.

— Алён, прекращай дуться. В этом случае ты не права.

— Конфету можно?

— Можно, — не могу сдержать улыбки. Ну как на неё злиться?

— Она кричала на Юлю, — я даже выдохнуть не успеваю, как Алёнка уже стоит возле стола Юли и, жуя конфеты, начинает мне пересказывать, что случилось. — А позже на меня! А потом говорила, что Юле не хватит денег для того, чтобы расплатиться за костюм. А потом, когда поняла, что она не моя мама, сказала, что ты должна будешь много денег. А потом… — тараторит моя дочь, не зная, что я в курсе всего происходящего.

— Подавишься, болтуха! Я всё слышала. Я понимаю и знаю, что ты хотела защитить меня и Юлю. Только, как ни крути, ты ведь испортила чужой костюм. А я несу за тебя ответственность.

— Почему? Это же случайность.

— Ну и что. Ты моя дочка. И неважно, случайно это вышло или нет, я обязана возместить ему ущерб.

Я пытаюсь как можно ласковее объяснить своей дочери, что такое ответственность, но моя категоричная малявка не хочет этого слушать.

— Но это несправедливо! Я сделала это не специально! — начинает злиться, повторяя эту фразу.

Иногда эту упрямицу не переубедить

— Ладно, пошли ко мне в кабинет.

Вернувшись к себе, прошу Алёнку посидеть с небулайзером.

Она безропотно соглашается. Но не потому, что настолько послушна, а потому что сама переживает из-за ситуации, которая случилась с нами.

— Подожди, я принесу воды, чтобы ты выпила лекарство. А потом пойдём обедать.

— Хорошо, мамочка, — теперь моя дочь сама милота.

Беру в руки чайник и иду к кулеру.

Набирая воды, замечаю, как незнакомец с испорченными штанами и девица выходят из кабинета Артёма Ильича.

Девушка, проходя мимо меня, фыркает и куда-то спешно уходит. А мужчина на пару мгновений задерживается.

— Простите ещё раз, — говорю тихо, когда мужчина проходит мимо меня. — Я готова оплатить химчистку.

— Ничего не надо, — замечаю, что он не в настроении. До того, как он заходил в кабинет к моему боссу, он был более приветлив. — А насчёт костюма, моя помощница права. Детям нечего делать в офисах. Они должны быть в детском саду.