Елена Горская – Сердце из стекла (страница 3)

Или он действительно думал, что я восприму свое похищение, как должное?

Перегнувшись через подоконник, я посмотрела вниз, чтобы понять, как могу выбраться из логова убийцы.

Лёгкий свет лился из окон первого этажа, освещая небольшой задний двор и высокий каменный забор, что шел сплошной стеной.

Тонкий декоративный карниз под окном, окрашенный в белый цвет, казался достаточно крепким.

Мой взгляд устремился на широкий козырек, что располагался в трёх метрах слева. Вероятно, там и находился выход на задний двор.

В любом случае, рискнуть стоило.

Пока я аккуратно перелезала через широкий подоконник, я снова и снова проклинала себя за то, что отправилась на этот дурацкий праздник. Воспользовалась приглашением тётушки, которая бесконечно твердила, что мне необходимо «развеяться» и подыскать себе жениха. И день рождения господина Зальма – отличная возможность познакомиться с достойными кандидатами.

Вот только все пошло наперекосяк. Сперва я была вынуждена отбиваться от домогательств Олдена – сына хозяина праздника. А потом, решив обратиться к самому имениннику за помощью в усмирении его чада – стала свидетельницей убийства.

Вошла в кабинет в тот самый момент, когда этот черноглазый монстр вонзал в сердце господина Зальма свой кинжал. Тот самый, что почти сразу же был приставлен и к моей шее.

Кассиан…

Я видела его глаза. Черные. Мрачные. Как сама смерть.

И черт возьми, мне показалось, что в тот момент мое сердце на миг перестало биться от страха.

Он напоминал мне хищника. Был выше меня на целую голову, хотя я никогда не считала себя низкорослой. Скрытая агрессия и опасность звучали наиграно-сдержанном тоне низкого голоса… Растрепанная темно-русая шевелюра отнюдь не придавала мягкости суровым чертам лица.

А его дорогой парфюм не мог перебить запах чужой крови, которым пропиталась каждая частичка воздуха в тот момент.

Для таких, как он – человеческая жизнь просто пустой звук. Ничто.

Эрик рассказывал мне о таких людях и не раз. В Гильдии Закона они часто сталкивались с такого сорта преступниками. Один из таких монстров отнял жизнь у моего старшего брата три года назад, и его до сих пор не поймали.

У меня кровь стыла в жилах, когда я вспоминала плотоядную ухмылку Кассиана и его взгляд… Жадный. Изучающий. Пошлый.

Когда он так смотрел на меня, мне казалось, что я слышу все его порочные мысли.

Но в одном мой мучитель был прав.

Я бы лучше умерла, чем позволила ему к себе прикоснуться. А теперь это похищение сулило мне страшную судьбу, и я была не готова с этим смириться.

Либо он меня убьет, либо я выберусь отсюда и тогда преступник понесет заслуженное наказание.

2.1

Пока я медленно ползла по узкому каменному карнизу, чувствуя тупую боль в пальцах, я проклинала свой дар. Потому, что сейчас он был бесполезен.

Мое умение считывать последние воспоминания по одному прикосновению – абсолютно никак не поможет мне выбраться на волю из этой ловушки.

Оставалось рассчитывать только на свою смелость, ловкость и умения, приобретенные в детстве.

Когда я наконец добралась до козырька и ощутила под ногами твердую опору, из моих легких вырвался вздох облегчения.

Я дала себе ровно три секунды, чтобы унять дрожь и перевести дыхание перед тем, как спрыгнуть вниз. Из моего рта вырвалось облачко пара…

Я жила в стране двуликих уже семь лет, но так и не смогла привыкнуть к резким перепадам температуры по ночам. Но это время было свободой для второй ипостаси жителей Эйдафорда.

В ночное время на улице столицы можно было встретить кого угодно, начиная от обычной на вид кошки до огромного волка, одиноко петляющего по темным переулкам.

Собравшись с духом я спрыгнула вниз и приземлилась на покрытую тонким слоем инея траву. Проскользила туфлями полметра и упала на колени.

Когда из-за угла дома послышались мужские голоса, я на миг замерла решив, что это игра моего воображения. Но голоса настойчиво приближались…

Я стремительно подкатилась к зеленым кустам, вжалась в их колючие ветви и затаила дыхание. Закрыла глаза от жгучего страха, превозмогая боль и холод в конечностях.

– У Волшебника совсем крыша поехала после пропажи Амины, – раздался негромкий, немного гнусавый голос.

– Его можно понять, Ширайд, – прокартавил второй.

– Как понять? Какого черта он притащил сюда эту девчонку?

– Кассиан уже неделю злой, как цепной пёс. Пусть позабавится с ней ночку. Глядишь, немного повеселеет.

– Веселый Волшебник, – рассмеялся гнусавый. – Похоже на страшную сказку для детей.

Голоса становились все тише, а скрип железной калитки подсказал, что они наконец ушли.

Я приложила ладошку ко рту, пытаясь сдержать рвущиеся наружу рыдания.

Вот он какой… Волшебник.

Теперь стало понятно, почему я не смогла влезть в голову к своему похитителю.

О нем ходила разная слава. Он считался королем преступного мира не только в столице, но и во всем Инбурге. Самый неуловимый из убийц. Ходили слухи, что он – метаморф. Маг, способный менять облик, что позволяет ему подбираться к врагам вплотную. Это вызывало благоговейный трепет и ужас у окружающих. Ведь никто не знал, как он выглядит на самом деле и откуда стоит ждать удар.

Значит, я раскрыла секрет чудовища. Узнала его истинное лицо…

– Далеко собралась? – низкий голос раздался где-то рядом со мной и меня рывком вытащили из кустов.

Кассиан стоял прямо надо мной. Даже в полумраке я различила его бешеный взгляд.

Взгляд монстра. Того самого, что убил моего брата.

Глава 3.

– Если ты не хочешь быть хорошей девочкой, Эвелин Люваль, значит я стану плохим мальчиком, – рычало это чудовище, пока тянуло меня по коридору первого этажа, впиваясь своей огромной рукой в мое плечо.

Я упиралась каблуками в пол, пыталась затормозить и плакала, понимая, что мне не справиться с этим великаном. Чувствовала такую ненависть, что хотелось кричать. Но слова застревали в горле и превращались лишь в сдавленные рыдания.

Больше всего на свете сейчас я желала ему смерти. Жаждала мести за убийство Эрика.

О том, кто убил моего брата, поведал мне дядя Андена. Сообщил, что Эрик и его напарник вышли на след контрабандистов, доставляющих в Инбург запрещённое вещество – артанг. Именно эта отрава наносила непоправимый вред двуликим, заглушая их вторую ипостась. И Волшебник не простил законникам того, что они сунули нос туда, куда не надо. Дядя Анден и его люди искали Волшебника уже много лет, мечтая, что однажды он попадет к ним в руки.

Но в руки монстра попала я.

Кассиан распахнул темную дверь и щёлкнул выключателем. А затем, не сбавляя скорости потащил меня вниз по щербатым каменным ступеням.

Поддавшись своей внутренней ярости, я нащупала в кармане обломок медальона и крепко сжала его в руке. Вот она, насмешка судьбы. Подарок брата станет орудием мести за его смерть.

Мы спустились в подвал, и Кассиан остановился у одной из клеток. Скрип ржавых петель заставил поморщиться, но толстые прутья и тонкий грязный матрас, лежащий на бетонном полу в моей новой тюрьме, придали мне решимости.

Стоило моему тюремщику разжать руку и отпустить мое плечо, чтобы затолкать меня внутрь, как я вытащила из кармана свое «оружие» и резко выкрутилась.

Но мой трюк не удался из-за его высокого роста. Неправильно рассчитав траекторию и вскинув руку слишком высоко, я полоснула острым краем по его лицу, а не ниже, как планировала.

Вторая попытка тоже оказалась провальной. Он с ловкостью перехватил мою руку и с силой сжал тонкое запястье, заставляя меня выпустить разбитый медальон.

– Стерва, – прошипел он, прикоснувшись пальцами к тонкому порезу на щеке. Совсем рядом находился ещё один. Старый. И уже едва заметный.

Волшебник швырнул меня в клетку с такой небрежностью, с какой выкидывают на мусорку сломанную куклу.

Я упала спиной на матрас и отползла в угол клетки осознав, что он вошёл за мной следом.

– Это тебе за медальон, – прошипела я с вызовом, хотя все внутри замирало от страха.

Осознавая, что час расплаты за мой поступок слишком близок, я решила поменять свою тактику, чтобы оттянуть время.

Кассиан запустил ладонь в свои и без того растрепанные после наших недавних сражений темно-русые волосы, взъерошил их ещё сильнее и присел на корточки возле меня.

Обхватил мой подбородок и поднял его, вынуждая посмотреть в глаза. Его темные широкие брови съехались к переносице, губы сжались в тонкую линию… Он долго сверлил меня гневным взглядом и молчал, заставляя нервничать.