Елена Горшунова – Фантомная жизнь. Учись отпускать… (страница 7)
– Какая работа? – всплеснул руками доктор.
Врачи переглянулись, а Кирилл закатил глаза.
– Ты могла умереть, – медленно повторил Степан Фёдорович, – раньше, чем через три дня, я тебя из больницы никуда не отпущу.
– Три дня… – Вера уставилась на Кирилла и зарделась. – А он откуда здесь взялся?
– Попробуй его выставить, – устало сказал врач, вытирая лицо бумажным платком, – да и не до того было. А сейчас марш по своим делам. А ты, – он повернулся к Вере, – отдохни.
«Я помогу тебе отсюда выбраться…» – Вера услышала тихий шепот Татьяны и крепко заснула.
Глава 6
Доверие, оказываемое вероломному, дает ему дальнейшую возможность вредить.
Офис равномерно гудел. Тут и там раздавались резкие звонки телефона. Тихонько шумел принтер, булькал чайник.
– Да, поставка товара будет завтра, не переживайте.
– Кто вы? ИП у вас какое, спрашиваю?
– Да вы что? Уже три недели без товара?
– Как это сверка не подписана, а квартальная?
Офисная жизнь иногда напоминала улей пчел. Разбуженных и голодных.
– А Верка-то что творит, видели? – сказала Яна, густо намазывая сметаной песочное кольцо.
– Что еще? – с набитым ртом живо отозвалась Оксана.
– Половина сверок не подписана, бухгалтерия «Степановских» на ушах стоит. Она им третью неделю обещает документы исправленные привезти.
– Ой, – поддакнула Тамара, – а мне вообще, ее клиенты звонят без остановки, за что Верка зарплату получает?
– Она точно в больнице лежит или прикидывается?
Несколько пар глаз возмущенно уставились на начальника отдела – Оксану Сергеевну.
– Да кто ее знает, – раздраженно вздохнула та. – Она мне все показатели портит уже не первый месяц. А работать больше некому. Я еще три недели назад объявление разместила, но никто на собеседование не идет. Ума не приложу, что делать…
– Давайте ее навестим? – неуверенно предложила новенькая, Лида.
– Тебе делать больше нечего? – фыркнули девчонки. – Тогда иди, раз времени полно.
Прижав к щеке кружку с теплым чаем, Лида задумалась.
Не так она себе представляла рабочий коллектив, совсем не так. Все заняты одним делом, но общей идеей никто не горит. Все нудно выполняют свою работу и торопятся домой. Склизкие сплетни, пересуды и колючая зависть между отделами жутко не нравились девушке. И Веру жаль… Лежит, бедняжка, в больнице, а ей кости все перемывают. «Обязательно позвоню и навещу ее», – решила Лида и принялась за работу.
Вера помнила едва слышный шепот и неуловимое чувство легкости и свободы. Сон ускользнул, как желанная рыба с крючка неопытного рыбака. Открыв глаза, она сразу увидела своего врача. Усталое лицо, мятый халат.
– Проснулась… – тихо сказал он. – Ну и напугала ты нас…
– Что со мной произошло? Я ничего не поняла.
– У тебя на лекарство непереносимость. Аллергия, в общем. – Он опустил глаза.
– Мне такое раньше и не ставили. – Вера пошевелила правой рукой. – Болит…
– Отлежала. Шутка ли, сутки проспать в одном положении.
– Как это сутки? Ведь всего несколько минут назад… она была здесь. И вы. И он.
Слова путались, и Вера замолчала. В голове противно колотил звонкий молоточек, а во рту поселился неприятный вкус железа.
– Отдохни, тебе надо сил набираться. Скоро принесут обед, а я зайду чуть позже, – сказал врач и вышел из палаты, плотно закрыв дверь.
«Наверное, боится, что я в суд пойду. Да ну, больно надо. Наоборот, я немного рада, что здесь оказалась. Отдохну от работы и непонятных событий».
Вера осторожно села на кровати и потянулась. За окном светило яркое солнце, слышалось щебетание птиц. Редкие гудки автомобилей словно напоминали о городской и реальной жизни.
Белая дверь с тонкими, словно невесомая паутинка, трещинками медленно открылась, и в палату зашла приятная полная женщина в белом фартуке.
– Встала! – радостно воскликнула она.
– Здравствуйте, – вежливо сказала Вера.
– Привет-привет! Давай-ка, садись поудобнее, поешь горяченького.
Она закатила в палату металлическую тележку как в отелях. На серой скатерти стояла большая тарелка с куриным супом. Небольшие кругляши золотой моркови напомнили бабушкин суп с лапшой – она так же резала овощи. Рядом аккуратной горкой возвышался рис с котлетой. Аромат от еды стоял неземной, и рот Веры невольно наполнился слюной. Большая кружка сливового компота довершала аппетитную картину.
– Как всё вкусно выглядит! – обрадовалась Вера, ощутив страшный голод, – впервые вижу, чтобы в больнице так обед приносили.
– Главный распорядился. Да ты попробуй, – весело засмеялась женщина, – может, и не по вкусу придется.
– Быть такого не может! М-м-м, невероятная вкуснотища. Когда бабушка колдовала на кухне, я совсем не интересовалась стряпней. А готовила она просто потрясающе! Теперь хотелось бы повторить, а рецепты узнать уже не у кого…
– Понимаю, – женщина ласково коснулась Веры рукой, – я в свое время тоже не успела о многом поговорить с мамой, расспросить ее. Эх, да что теперь. Приятного аппетита, я позже зайду.
Неслышно закрыв дверь, она вышла в коридор.
Вера же уставилась в одну точку, вспомнив старый разговор с мамой…
Аппетит пропал. Вера отодвинула тележку и решила проверить телефон.
«Ну да, как я и думала. Тридцать пропущенных с офиса. Хоть умри, а работай. Если бы не долги, уволилась бы сегодня же!» – в сердцах подумала она.
Умирать, однако, совершенно расхотелось. Напротив, появилось дикое желание не просто жить, а жить по-новому. Не так, как раньше.
Как будто жизнь начала делиться на до и после.
Такое уже происходило после трагичных событий. Но теперь совсем по-другому. Словно переломный момент или долгожданный перевал на крутой горе.
– Ты как? – прошептал парень, заглядывая в палату.
– Хорошо! – просияла Вера, – заходи!
А про себя подумала, что раньше бы ни за что не показалась незнакомому человеку, не приведя себя в порядок. Теперь же мысль о том, как она выглядит, совершенно не беспокоила.
– Меня Кирилл зовут.
– Вера.
– Вот и познакомились, – усмехнулся он, – ну и задала ты тут жару.
– Я же не специально, вообще не понимаю, как это произошло.
– Еще бы специально… А мы раньше не встречались? Ты где училась? – он вдруг резко перевел разговор.
– Да вроде нет. На юрфаке училась, – неуверенно сказала Вера. Не говорить же, что он ей снился. А еще в магазине привиделся. И так странно смотрел…