Елена Глинская – Я сюда не вернусь (страница 4)

«Сам виноват! — мстительно подумала я, — будет теперь знать, как обзываться».

Но теперь-то мы уже взрослые, поумнели… Мне семнадцать, а ему уже давно восемнадцать. Скорей бы тоже стать совершеннолетней, как он.

В общем, секрет заключается в следующем. Стёпку ужасно достало жить в нищете, надоело видеть, как шикуют другие. Опостылело чувствовать себя человеком третьего сорта, смотреть, когда твои ровесники ходят в новеньких шмотках, кушают разносолы и ни в чём себе не отказывают. Трудиться физически, как наши родители, он не хочет. Стёпка говорит: «Так кроме горба ничего не заработаешь». Оно и понятно, я и сама это вижу. Сколько мама не берёт подработок, жизнь от этого лучше не становится.

И в голове у брата закрутилась идея, как быстро и много получить. Короче… Он собирается идти на дело ночью в большой магазин с разными товарами. Больше всего его интересует отдел с ювелирными изделиями. Когда всё получится, он обещал подарить мне кучу украшений и поделиться деньгами. После такого мы точно заживём!

Я, конечно, сначала безумно испугалась, оторопела даже. Если вдруг не выгорит, по головке за это не погладят. Но мне так хочется получить золотые украшения, у меня их никогда не было. Иногда правда мама даёт мне свою тонюсенькую золотую цепочку с маленьким колокольчиком, но только когда мы вместе с родителями идём в гости. А одной мне ходить в золоте не разрешает, сорвут ещё…

Помню, когда нам было со Стёпкой лет семь-восемь и нас совсем недавно окрестили, мы с гордостью носили блестящие золотистые крестики из дешёвого металла на белой ниточке. Однажды мы бежали с братом в магазин и к нам подошли большие мальчишки, стали приставать. А потом сорвали у Стёпы крестик и быстро убежали. Как же он после этого ревел… Мама тогда сказала, что мальчишки подумали, что он золотой.

Всё должно получится, на другое мы и не рассчитываем! У брата есть чёткий продуманный план. Парень он у нас мозговитый, его и в школе хвалили. Хромало только поведение, и лень мешала. Он всегда умел красиво рисовать. Да и заучивал всё легко и быстро. Только вскоре ему наскучили школьные уроки и поэтому девятый класс он закончил на одни тройки. А после школы сразу поступил в училище на электрика и закончил его этим же летом.

На дело брат пойдёт со своим другом Антохой. Приятель этот младше брата года на два. Но парень, что надо, проверенный временем и ситуациями. У него пьющие горе-родители, поэтому их с сестрой воспитывает бабушка. Хорошо хоть, она адекватная и добрая. Но с деньгами у них тоже не просто, на пенсию особо не разживёшься, поэтому Тоха с радостью поддержал эту идею.

Пацаны у меня не дураки, они, конечно, понимают, что магазин на сигнализации, поэтому через стеклянную витрину проникать туда не будут. Они залезут в него через подъезд — просто сделают дырку в стене. Магазин, как и многие в нашем городе, расположен в жилом доме на первом этаже. Если вдруг какой-то запал, всегда можно выкинуть сумку с инструментами в открытый подвал и притвориться обычными жителями пятиэтажки.

Сегодня день икс! Брат собирается и уходит. Наступает невыносимое время ожидания. Мне становится ужасно страшно! Брожу по квартире, как сомнамбула. Ни книги, ни телевизор не помогают отвлечься. Вроде и подбадриваю себя и уговариваю, мол, всё будет хорошо и не иначе, но не помогает…

Уже около двенадцати ночи. Мама с папой заволновались, интересуются где же Стёпка. Делаю невинные глаза и пожимаю плечами, брат передо мной не отчитывается обычно.

Час ночи, два, три, четыре, родители давно уснули. Только у меня кучи мыслей разлетаются в голове стаей птиц и не дают спать. Тревога одолела мою душу.

Просыпаюсь утром от телефонного звонка: сердце стучит как у трусливого зайца. Папа берёт трубку аппарата.

— Алло! Да, это мой сын. А что случилось? — вижу бледного отца через дверь комнаты. Он со стеклянным взглядом только кивает невидимому собеседнику. Трубка падает с глухим стуком на стол.

— Стёпку арестовали, он в отделе милиции, кража, — отец обречённо опускается на диван, на посеревшем лице убитые глаза.

Я закусываю губы, стараюсь не реветь. Простите меня мама и папа, простите, простите и брата тоже. Мне плохо, мир рушится, на сердце комок боли, а мозг ничего не соображает…

Что же случилось ночью?

Глава 6. Крыша.

Папа ездил к следователю, узнавал насчёт Стёпки. Оказывается, его привлекают за попытку кражи. У брата и его друга Тохи всё практически получилось. Они пробили дырку в стене подъезда, и до цели оставалось совсем немного. Но кто-то из соседей позвонил в милицию и пожаловался на стуки кувалды. Хватает же кляузников в наше время! Такие, наверное, жили бы при Сталине счастливо! Наши доблестные милиционеры приехали на удивление очень быстро. А вот когда скорую сестрёнке вызываем, можем и полдня прождать.

Стёпку и Антоху стали проверять как подозрительных личностей, и, к большому сожалению, нашли сумку. А в ней оказались: кувалда, топор, отмычка и несколько перчаток… Вот их и стали раскручивать на правду. Мне кажется, что это Тоха испугался и проговорился. Он ведь младше моего брата и глупее, конечно же…

Папа говорит, что всё обойдётся: Стёпка молодой, никогда не привлекался, да и кража-то, по сути, не состоялась. Поэтому мы все ждём минимального наказания в виде условного заключения. Это когда вроде и наказали, но ты живёшь обычной жизнью дома и только ходишь отмечаться к участковому в определённые дни.

Сейчас мы с родителями в ожидании суда, а ещё нам дали бесплатного государственного адвоката. Папа сказал и такого достаточно, смысла нет от частного, они только деньги дерут с бедных людей, а сами ничего не делают.

В общем, я успокоилась, тем более что весть о Стёпкиных похождениях разлетелась по всему кварталу, и местные пацаны стали уважительно со мной здороваться и спрашивать новости про брата. Его авторитет определённо вырос, что мне, конечно же, безумно приятно.

Жара в нашем городе набирает обороты. И кажется, что все мы скоро расплавимся и стечём на горячий асфальт. Мои подружки Марина и Яна очень весёлые и всегда придумывают какие-то идеи. Сегодня они постучались в нашу дверь и предложили мне пойти с ними на крышу моего дома позагорать. Так как мне особо нечего делать, и новая партия папиного самогона ещё не созрела, я с радостью согласилась. Дело в том, что в доме, где живут подруги, вход на крышу везде закрыт. А в нашем можно спокойно подняться через чердак, который находится в соседнем подъезде. Правда, люди с пятого этажа не очень этому рады, так как при открытии люка на лестничную площадку сыплются голубиные какашки. Действовать нужно тихо и очень быстро, чтобы не нарваться на злющих соседей. Я не понимаю, конечно, почему они так нервничают: всё равно не им убирать это безобразие, а уборщице. Видимо, просто находят причину, чтобы срывать нервы на ком ни попадя.

Мы взяли с собой одеяло, семечки, лимонад и маленький кассетный магнитофон, который может работать от батареек. Опасливо поднимаясь на верхний этаж, мы прислушивались к каждому шороху и разговаривали только шёпотом. Это не первый мой опыт знакомства с крышей. Ведь в детстве с четырёх лет я постоянно гуляла с братом и его друзьями. Такая весёлая компания, состоящая из мальчишек и одной девочки. В какие только переделки мы не попадали. Жевали смолу с деревьев. Жгли костры. Взрывали карбид во флаконе из-под дихлофоса. Делали черкаши на обуви, прилепляя туда кусочки спичечного коробка, об которые можно было поджигать спички, проводя ими по ботинкам. Ну и, конечно же, исследовали новые места, включая нашу крышу.

Так как мы лазили через заборы, забирались на разные строения, сидели на деревьях и делали ещё кучу других шкодных вещей, я часто рвала подол платьев и юбок. А в восьмидесятые с одеждой вообще было не густо, и мама на меня часто ругалась.

Но потом она сдалась, и девочкины наряды отошли только на праздничные дни и на те моменты, когда мы ходили в гости к родственникам. А мне выдали старые застиранные шорты брата и его футболки. Жизнь сразу наладилась, и получать я стала только за наши проделки и сбитые колени, которые порой не успевали заживать всё лето.

Находясь с братом и нашими друзьями на крыше, я всегда боялась высоты и опасливо смотрела вниз, наблюдая за маленькими точками людей. А вот наш приятель Лёшка с удовольствием бегал по краю и даже сидел спокойно, свесив ноги вниз. Я тряслась от страха за него и всё переживала, что он упадёт и разобьётся.

А позже пацаны придумали развлечение: нашли где-то верёвку и большой крючок и спускали это приспособление с крыши на балкон, захватывая авоськи с яблоками и другими штуками. Получалось, конечно, это редко, но всегда приносило огромную радость нашей вечно голодной толпе.

Мы поднялись с подругами на пятый этаж и полезли по вертикальной лестнице к шахте крыши. Сердце стучало так, что я могла без проблем отсчитывать свой пульс. Крышка люка потихоньку поддалась, и первая туда нырнула Янка. За ней поднялась я, а затем Марина. В шахте мы осмотрелись, постояли ещё минутку, стараясь не издавать лишних звуков, и через окошко пробрались на крышу.

— Фух, — облегчённо произнесла Яна, — теперь можно расслабиться, здесь нас уже не слышно.