Елена Фили – Мороз по коже. 22 уютных святочных детектива от авторов мастер-курса Татьяны Гармаш-Роффе (страница 11)
– Спасибо, Жак. Вы очень помогли, – успокоил хозяина кафе Дюбуа. – Скажите, а что за высыпания у Клэр на руках?
– Какие высыпания? – удивился Жак. – Она пальцы дверью прищемила, а высыпаний у нее никаких нет.
– Какие пальцы она прищемила? Указательный и средний?
– Да, а как вы…
Дальше Дюбуа больше не стал слушать. Надо было торопиться. Выходя из кафе, он посмотрел на сына, который натягивал тетиву своего лука указательным и средним пальцем, и крикнул ему, чтобы тот возвращался к маме. Сам полицейский пошел к дому Вампирши. Чем же она стреляла? Чем?
Дюбуа перешел на бег и остановился только у дома Фриды. Огляделся. Что-то в нем было не так. Полицейский посмотрел на соседние дома, а потом снова на дом Вампирши… Вот оно! На доме не было ни одной сосульки. Пьер говорил, что снег с крыши раньше убирала Клэр… Значит, вот чем она зарядила свой арбалет! Заостренной сосулькой! А когда та вошла в тело, то растаяла, и никаких тебе следов орудия убийства…
Тем временем входная дверь отворилась, из дома с большой сумкой вышла Клэр. Их взгляды встретились. Клэр неловко кивнула, повернулась и собралась было уходить, однако Дюбуа рявкнул «Стоять!» – и Клэр застыла на пороге.
– Вы пришли меня арестовать, Дюбуа? – медленно проговорила она.
– Да, за убийство Фриды Гиенхайм.
Клэр быстро повернулась к двери. Дюбуа бросился к ней, но женщина вытащила из сумки ручной арбалет и направила ему в грудь. На этот раз оружие было заряжено настоящей стрелой, а не сосулькой. Дюбуа замер. До Клэр ему оставалось еще три метра.
– Вампирша украла у меня сына, Дюбуа… – сказала Клэр и сделала шаг вперед. – Он взял все мои сбережения и уехал в Швейцарию учиться на часовщика. Хотел стать таким же богатым, как когда-то старый Гиенхайм. Но не успел… А Фрида только смеялась… Я оказала вам услугу, Дюбуа! Вам не арестовывать меня нужно, а благодарить, что я освободила нашу деревню от этой заразы! Прочь с дороги, иначе я проколю ваш жирный живот! – До полицейского ей оставалось уже полтора метра.
Тут справа раздался свист, и Клэр что-то кольнуло в бок. Женщина вздрогнула и опустила голову. На земле лежала игрушечная деревянная стрела… Дюбуа выбил у Клэр арбалет и повалил ее на снег. Подбежавший Эван закричал:
– Ты не убьешь моего папу! Он под моей защитой!
Накануне Рождества жена Поля Дюбуа суетилась на кухне. На столе в гостиной уже стояла супница, в тарелках лежали хлеб и ветчина, а из кастрюли на весь дом ароматно пахло расплавленным сыром морбье. Эван набил ватой старый фантик от шоколадной конфеты, подвязал его на ниточку и играл с кошкой. Дюбуа поднимался из подвала с бутылкой вина, когда к ним кто-то постучался. Полицейский открыл. На пороге стоял Мартин, а за ним Батист, при этом у юноши в руках было большое блюдо, завернутое в полотенце.
– Господин Дюбуа, вот кролика вам принесли к рождественскому столу… – поклонился мясник.
– Мартин, ну что ты, не стоило…
– Спасибо, что сына моего спасли! Люблю его, олуха, больше всех… – сказал Мартин и громко выдохнул, чтобы справиться с нахлынувшими на него чувствами. – А он…
– Пап, ладно тебе! Я же сказал, что учителем стану, – попытался успокоить отца Батист.
– Эх ты!.. – Мартин прижал к себе сына и поцеловал его в лоб. – Учителем он станет! Вы слышали это, господин Дюбуа?.. У меня мясная лавка, а Батист учителем станет! Да становись ты хоть писателем! – плюнул в сердцах Мартин и пошел домой.
– С Рождеством вас, господин Дюбуа! – смущенно проговорил Батист и побежал за отцом.
– С Рождеством!.. И спасибо за кролика! – крикнул им вдогонку полицейский, и его усы снова разъехались в улыбке…
Лариса Гордеева.
Мраморная гора
Худощавый мужчина в шапке «петушок» переминался с ноги на ногу – мороз с ветром в Питере не слишком приятная погода. Рука без перчатки потянулась к верхней кнопке у входа в деловой центр, помедлила, и снова вернулась в карман дубленки. Наконец решился. Приятный женский голос пригласил подняться на второй этаж, замок двери щёлкнул.
Лада Кулинич увидела человека с потёртым «дипломатом» под мышкой и спросила, с какой проблемой посетитель обратился в детективное агентство. Он объяснил, что искал друга, который пропал пять дней назад, обивал пороги полиции. Затем стал говорить путано и быстро, словно боялся, как бы не остановили:
– Понимаю, найти Сергея живым мало надежды. Я оплачу ваши услуги, сам буду помогать искать…
– Максим Гринёв, директор агентства «Айсберг», – в комнату вошёл высокий мужчина лет тридцати пяти, предложил посетителю снять верхнюю одежду и пройти в кабинет.
Под дублёнкой пожилой человек носил вытянувшийся на локтях свитер, «дипломат» с оторванной ручкой положил рядом с собой на диван. Гриневу вспомнился вчерашний телефонный разговор с бывшим сослуживцем, а теперь начальником Василеостровского отделения полиции: «Сам знаешь, Макс, что творится в городе в новогодние праздники, вот ребята и упустили время. Они направили к тебе человека по фамилии Свирский. Дам в помощь оперативников, если найдёшь состав преступления». Гринёву было понятно, что стандартная ситуация, когда одинокий пенсионер исчез без видимых причин, перерастёт в скандал, если подключится пресса и станет всюду кричать о бездействии полиции. Поэтому в детективное агентство и направили человека, который последним общался с пропавшим стариком.
– Евгений Игоревич, расскажите, когда в последний раз виделись с другом, – попросил Гринёв.
– За две недели до Нового Года заехал на машине, и мы отправились в Гатчину, где у сестры хранилась его коллекция чароита1. Свою «копейку» Сергей продал, когда умерла Нина, жена. В последний год он сильно сдал, мало общался с друзьями, возникла бредовая идея поставить на могиле памятник – скалу из белого мрамора. Это нереально дорого, вот и надумал продать коллекцию, – Свирский рассказывал обстоятельно и чётко.
– О какой сумме шла речь? – слова «нереально дорого» насторожили Гринёва.
– Пять тысяч долларов. Понимаю, для кого-то мелочи… – Свирский хотел добавить, но промолчал.
– И коллекция может столько стоить?
Из «дипломата» появился необработанный камень пятнадцати сантиметров в диаметре. Свет из окна падал сбоку и взрывался перламутровыми искрами на густо-фиолетовых сколах. Гринёв заметил, что посетитель обращался с камнем как с живым, разве что не гладил его.
– Удивились потому, что не разбираетесь в самоцветах. Самый качественный чароит добывали именно в 80-е годы. На экспорт его продают по 600 долларов за килограмм. Отечественные целители используют, чтобы лечить воспалительные заболевания, говорят, помогает без операции избавиться от камней в почках и жёлчном пузыре, – Свирский осторожно поставил камень на стол.
– Знаете, кому Михеев хотел продать коллекцию?
– Понятия не имею, – пожал плечами Свирский, – но дело именно в нём, я уверен, вот и ношу с собой, – кивнул на чароит.
– Да, такой красавец мог стать мотивом преступления, – Гринёв бросил взгляд на «дипломат» Свирского и подумал: «К тому же легко помещался в чемоданчик».
– Неужели Вы меня подозреваете? – на лице пожилого мужчины возникло выражение обиженного ребенка.
– У меня нет оснований, – спокойно возразил ему Гринёв, – но всё-таки, возьмите на столе бумагу и ручку, опишите, что произошло за последнее время. С момента как расстались с другом, и до того, как обнаружили, что он исчез.
Свирский промолчал и начал писать. Гринёв склонился к ноутбуку и через пятнадцать минут разочарованно вздохнул:
– Больше полугода никто не покупал чароит. Две недели назад на сайте появилось объявление о продаже коллекции из девяти образцов с телефоном Вашего друга, – Гринёв не ожидал такого быстрого подтверждения догадки Свирского. Когда же увидел, что взлетающие строчки посетителя сплошь покрыли два листа бумаги, спросил:
– Евгений Игоревич, этот образец похож на те, что у Михеева?
– Да, они из одной штольни2.
– И был в его коллекции? – осторожно поинтересовался Гринёв.
– Это подарок Сергея, – спокойно ответил Свирский.
– А если разместить на сайте объявление о продаже с Вашим телефоном?
– Хотите поймать покупателя на живца? Конечно же, я готов!– Свирский улыбнулся впервые за время разговора.
– Тогда подпишите договор об охране, – Гринёв пододвинул папку с документами, – и у меня будет право оперативно реагировать в случае опасности для Вас.
Как только посетитель вышел, Гринёв передал его записи Ладе и попросил срочно собрать дополнительную информацию: поговорить с соседями Михеева и Свирского, а также с сотрудниками геологического института, в котором оба раньше работали.
Новогодняя атмосфера за окном лишний раз напоминала, что времени для расследования дела Михеева практически не осталось. Гринёв давно убедился, исчезновение человека – только верхушка айсберга, и то, что пока скрывалось от глаз, зачастую оказывалось преступлением. Поэтому и назвал своё агентство по поиску пропавших людей – «Айсберг». К действиям полиции у него не было претензий, там определили по данным оператора мобильной связи последнюю локацию Михеева и расклеили в этом районе объявления о розыске. Почему только никто из очевидцев не позвонил, а телефон вообще пропал из сети? Инопланетяне, что ли похитили человека? Гринёв в инопланетян не верил. Полностью сосредоточиться на расследовании не позволяла текущая обстановка: звонили телефоны, сыпались сообщения от Дмитрия Мельника, которого Гринёв недавно послал в командировку.