Елена Ферди – Все я (страница 7)

Сновидица стояла на грунтовой дороге, вдоль которой расположились зеленые пушистые деревья. Она залюбовалась окружающей красотой, поняла, как давно не была на природе. Глаз зацепился за лежащие на обочине крупные, обточенные до шаровидной формы камни и грузные валуны. Лори смутило их нахождение здесь, ведь на горизонте не было гор или каких-либо строений.

“Какие маленькие”. – подумала сновидица, взглянув по привычке на свои руки. – “И все в мозолях”.

Земля завибрировала под ногами, словно началось землетрясение. Позади раздался грохот.

– Наркис! Поберегись! – послышался мальчишеский крик.

Лори обернулась и увидела, как прямо на нее по дороге катится каменный валун, а на нем сидит мальчик лет тринадцати со смешно взъерошенными пепельными волосами, зачесанными набок. Камень быстро прокручивался у мальчика под бедрами, шурша об земляного цвета штаны из вареной кожи. Но наездник не скатывался с валуна и как будто вовсе не ощущал дискомфорта от движения необычного под ним транспорта, лишь слегка подпрыгивая на выпуклом месте каменного шара.

Лори, отпрыгнув в сторону, упала на колени. Валун пронесся чуть вперед и мягко остановился возле остальных камней, словно у него сработали тормоза.

– Все еще пешком? – спрыгнув с камня, улыбнулся мальчик и откинул назойливую прядь челки от глаз.

Лори встала, отряхнув свои, точно такие же штаны, как у мальчонки, увидела, что и рубахи, из приятной на ощупь серой ткани, у них тоже схожи. Сновидица подошла к мальчику. Стала всматриваться в его лицо в надежде вызвать воспоминания, как это произошло с Даниэлем в теле Марии. Но ничего подобного не происходило.

– Быстрее. Все уже собрались. – мальчик схватил Лори за руку и потянул к деревьям.

Вбежав в лес, перед Лори открылась покрытая мхом и пушистой травой опушка, на которой сидели дети. Пятеро мальчишек и две девочки.

Перед детьми, на громоздком полувкопанном в землю камне, сидел старик с кустистой седой бородой, сливающейся с усами, и раскинутыми на плечи серебряными волосами.

– Азариос и Наркис! Нельзя заставлять всех вас ждать! – отчитал прибежавших старик.

– Прости, отец, я загонял кроликов в клетки, а Наркис шла пешком. – ответил спутник Лори и опустил голову с виноватым видом.

Сновидица последовала его примеру, борясь с желанием рассмотреть каждого и все же вызвать воспоминания этой жизни.

Мужчина указал детям на траву. Азариос тут же сел на землю, подогнув ноги под себя. Дернул Лори за руку. Она тоже села. Старик нахмурил белые брови, будто чему-то удивился, посмотрев на сновидицу, затем обратил взгляд на всех детей и сказал:

– Мы с вами уже знаем, что Гмертис создал все, что есть на земле. Деревья, реки, животных и людей. Все это состоит из единой энергии, из энергии одного источника. И все это связано между собой. Но знаний в нашем мире, недостаточно. Знания, не подкрепленные пережитым опытом, могут остаться лишь словами, веру в которые легко потерять. Каждый из вас не верил в мастерство, пока не исполнил первые пассы и не почувствовал энергию внутри себя. Гмертис – источник всего, и мы ежемоментно подключены к нему. Мы есть часть его. Что это значит?

Учитель погладил бороду и протянул руку вперед, показывая на учеников.

– Это значит, что мы, как плод во чреве матери, зависим от него. – гордо произнесла девочка, на вид только вошедшая в период полового созревания.

Лори всмотрелась в ее светлые, с желтоватым оттенком, шелковистые волосы, едва касающиеся плеч, и поняла, что ее зовут Анейтис.

– Это значит, что мы можем ощущать его. Как часть себя, свою руку или ногу. – сказал ломающимся голосом Орест, мальчик одиннадцати лет с каштановыми, смешно взъерошенными волосами и шрамом под левым глазом в виде полумесяца. Он встряхнул левой рукой перед собой, выставив ладонь к небу.

– Это значит, что мы должны доверять и слушаться его, потому что он большой, а мы маленькие. – хрупким голоском сказала Агата девяти лет.

Она крутила длинные золотые локоны в руках, сидя на траве, заправив голые коленки в длинную белую рубаху.

Лори не успевала сконцентрироваться на каждом. Она ощущала этих детей, как очень знакомых и близких, но воспоминания все еще не могли собраться в четкие образы, только имена и мелкие обрывки моментов из жизни всплывали в сознании и тут же пропадали.

– Это значит, что он как родитель, обучает и заботится о нас. – вступил Азариос, мальчик, встретивший Лори на дороге.

– Это значит, что он ведет нас и для каждого у него есть работа.

Последнего говорящего, уже можно сказать, юношу, Лори вспомнила четко. Его звали Парис, и он был самым старшим из всех детей. Парис всегда называл Наркис своей сестрой, потому что у них двоих, были одинакового угольного цвета волосы.

– Это значит, что если мы часть его, то обладаем частью его знаний и силы. – выпалил самый маленький мальчишка лет девяти, по имени Фока, с лысой, круглой головой. Он выдвинул вперед руку ладонью вверх и растопырил пальцы.

Учитель помолчал секунд двадцать, ожидая, скажет ли еще кто-нибудь, но другие два мальчика и Лори, решили отмолчаться.

Софос продолжил:

– Вы все правы. И каждый из нас уже ощущает связь с Гмертис намного сильнее, чем другие люди. Поэтому мы можем пользоваться силой Гмертис, проявлять магию в этом мире.

“Он сказал магию?” – подумала Лори, и тут ее словно прошибло молнией, ведь она вспомнила, кто все эти дети и какой была ее жизнь здесь.

Она вспомнила деревню, где раньше жила. Деревянный сарай и наспех сколоченную кровать с матрасом из залежавшегося сена. Сено вечно кололо ее маленькое, худое тельце, заставляя все время ворочаться, пока не уснешь. Вспомнила женщину, тумаками и угрозами заставлявшую ее кормить и чистить свиней. Каждый день женщина проговаривала, что Наркис должна отрабатывать свою еду, а когда расцветет ее тело, сможет уйти, чтобы продать себя подороже. Лори почувствовала, как мечтала, что вот-вот появятся родители и спасут от ужасной женщины. Но они уехали с их козами в столицу на рынок, и больше никто не слышал о них уже два долгих года.

Сновидица увидела, как в деревню приехал седобородый учитель. Он платил по десять медяков за время, проведенное с каждым ребенком деревни наедине. Местные поговаривали, что он раздевает и бьет детей, но никто из родителей не мог отказаться от предложенной горсти монет. А сами дети никогда не говорили о том, что происходило с ними за закрытой дверью наедине со стариком. Лори вспомнила, как мерзкая женщина, схватив ее под локоть, отвела в сарай, где ждал старец. И как после их встречи, прикусывала зубами серебряную монету, пока учитель усаживал девочку на коня.

Воспоминание о первой встрече с учителем в сарае, выделялось от всех остальных. Его картинка была яркая, более насыщенная, чем остальные. Как будоражащий сон, который приснился только что и еще не растаял в сознании после пробуждения. Лори захотелось погрузиться в это воспоминание глубже, поэтому она постаралась зацепиться за него, как делала это с образами в сновидениях когда-то.

– Как тебя зовут, дитя? – спросил сидевший на деревянной скамье старик, облокотившись на длинный, казалось, из дерева, но покрашенный краской, посох.

– Наркис. – смущенно произнесла девочка, стоявшая перед ним.

Это воспоминание Лори видела со стороны, как сон, в котором спящий просто наблюдатель. Она, наконец, смогла рассмотреть Наркис: худощавая девочка с густыми, слегка вьющимися угольными волосами, весящие грязными патлами, едва доставая плеч. Несуразно широкие плечи и острый нос. Не то карие, ни то болотного цвета большие глаза и черные брови.

– А меня Софос. Сколько тебе лет?

– Одиннадцать, кажется. Я не знаю точно.

Мужчина наклонял голову, то влево, то вправо, тщательно рассматривая юную собеседницу широко открытыми глазами и совсем не моргая. Это пугало девочку.

– Хорошо. У тебя сильное поле. Ты мне нравишься. Ты знаешь, что я заплатил твоим родителем за то, что буду с тобой здесь делать?

– Они мне не родители. Родичи моей матушки.

– Кем бы они тебе ни были, они распоряжаются тобой. – он с нежностью прикоснулся к каменному кулону на шее, вдетом в тонкую бечевку, на котором был вытесан символ: Квадратная скобка с длинными концами, из центра которой начиналась такая же отзеркаленная скобка, идущая ниже. Сквозь них проходила вертикальная линия, образовывая кривое подобие буквы “Ф”.

– Что вы хотите со мной сделать?

Наркис посмотрела на пожилого мужчину, но уже без смущения и страха. Он улыбнулся, увидев ярость в ее глазах.

– Я проверю тебя. Но это может быть больно. Не переживай, синяки пройдут. А твои родственники смогут купить тебе новой одежды.

– Что мне нужно делать?

Наркис крепко сжала кулаки. Она смотрела на старика, не отводя взгляд.

– Во-первых, ты не должна никому рассказывать о том, что здесь произойдет. Если ты не сдержишь язык за зубами, то деньги, которые я дал твоим родственникам, исчезнут. А во-вторых, ты должна защищаться.

– Что?

Мужчина не стал отвечать на этот вопрос. Он резко встал и ударил посохом по деревянному полу. Доски затрещали, словно началось землетрясение, и в закрытом сарае, откуда ни возьмись, поднялся сильный ветер. Серебряные волосы Софоса взмыли в воздух, придавая ему устрашающий вид. Он вскинул свободную руку вверх и из нее появился красного отблеска, полупрозрачный хлыст. Резким движением хлыст ударил девочку по ноге, обжигая так, словно на нее только что вылили кипящую воду. Наркис схватилась за ногу, но, увидев, что Софос вновь заносит руку с хлыстом, отскочила в сторону. Хлыст ударил по полу, не оставив на нем ни следа. Старец замахнулся еще раз, прокрутив хлыст над своей головой, и в этот раз не промахнулся. Удар, еще удар и еще. Тело девочки горело в местах, куда прикоснулся хлыст. Наркис хотелось сбежать, но дверь была закрыта, а в сарае стояли только поилки для скота и кучи сена, за которыми не спрятаться. Наркис перепрыгнула одну из поилок, но и там энергетический хлыст достал ее.