Елена Федина – Сердце Малого Льва (страница 181)

— Ни одной бабе больше не поверю! — заявил он напоследок.

Норки никак не могла поверить, что ее волосы снова стали черными. Какое счастье, что рыжая царица научила ее колдовству!

Эту ошибку ей удалось исправить. А что было делать с остальными ошибками? По- прежнему оставалась чужая планета, чужой мир, чужой дворец, жених, которому нет до нее дела, и насмешливые взгляды воинов и прислуги.

Когда стало совсем тоскливо, она позвала карлицу.

— Кеция, найди мне Арктура.

— Постараюсь, госпожа. Я не знаю, где он.

— Ты не знаешь, в какой комнате он живет?

— Дворец большой, госпожа. А связь не работает.

— Ступай. Он мне очень нужен.

Она ждала его долго, взволнованно расхаживая по комнате, потом обессилено села на кровать. В это время он и появился.

Комбинезон на нем был черный с синим отливом, ботинки — на толстой подошве, за плечами рюкзак, на голове кепка. Таким она его еще не видела. Смотрела и удивлялась: он это или не он?

— Ты куда-то собрался?

— Собрался, — сказал он не слишком вежливо, — далеко. А что?

Норки только сейчас поняла, что для слуги он вообще вел себя слишком нагло. Что-то тут было не так.

— А как же я? — спросила она, — я ждала тебя.

— Зачем? — хмуро уставился он.

Куда только делся его кроткий взгляд!

— Как зачем? Ты что, всё забыл?

— Я-то помню! А вот ты, как видно, помнить не хочешь! Зачем ты покрасила волосы?

Чтоб никто не догадался? Ничего не было, да? Ошибочка вышла? Можно всё забыть, порвать и выбросить?! Ты так решила?!

— Что?!

— Ну так и вали к своему Улпарду! Что тебе от меня-то нужно? Я тебе не мальчик по вызову!

— Арктур!

Норки не понимала, что происходит. Во что превратился этот скромный юноша и как он смеет на нее кричать. Ей даже жарко стало от одного его взгляда. В полном шоке она смотрела на него как кролик на удава.

— Я, по-твоему, дерьмо? — шагнул он к ней, сжимая кулаки, — со мной, значит, переспать ниже твоей чести! Лучше зарезаться! Подумайте, какая принцесса! Что ж ты не зарезалась?!

— Как ты смеешь? — пробормотала она, голос совсем пропал от волнения, зубы стучали.

Он был страшен в гневе и зловеще красив. Горячая волна окатила ее с ног до головы.

— Смею! — рявкнул он, — скажи спасибо, что не убил тебя и твоего дохлого Улпарда!

Какая-то бешеная сила отшвырнула Норки с кровати к стене, она увидела, как лопаются стекла в окнах, взрываются лампочки и экраны, летят от них осколки, трещат стены, и осыпается потолок.

— Черт бы тебя побрал! — выругался Арктур на прощанье и вышел через вылетевшую дверь.

Пыль медленно оседала. Она стояла у стены, дрожала и ничего не понимала. Через пару минут прибежала охрана, в проеме двери скопились слуги. Все галдели и удивлялись, а она ничего не могла объяснить.

— Кто здесь был, Норки?! — орал начальник стражи, — кто?!

Разъяренный Арктур снова встал перед глазами. Она зажмурилась.

— Никого.

— Иногда экраны компьютеров взрываются, — сказала маленькая Кеция, — тогда так и происходит. Это редко, но случается.

Ей поверили. Другого объяснения всё равно не было. От разбитого окна тянуло холодом.

Завернувшись в плед, Норки вышла из разрушенной спальни в зал и присела на диван под деревцем. Ее знобило, колени подгибались. Похоже, свою первую любовную ночь она провела с демоном!

— Принести вина или горячего чаю, госпожа?

Карлица стояла рядом и смотрела прозрачными, лукавыми глазками.

— Ты ведь знаешь, что случилось, — взглянула на нее Норки.

— Знаю, госпожа.

— И знаешь, что было вчера ночью, да?

— Я же дежурю у вашей двери, госпожа.

— Кто он?

— Бог, — улыбнулась Кеция.

— Кто?!

— Прыгун — это почти что бог. Господин Аггерцед сын правителя.

Сердце упало.

— Царевич?!

— Да. Это его покои, госпожа. Он велел уходя их отремонтировать. Скоро вам заменят всё: и стекла, и лампочки. Его приказы быстро выполняются. Слуги его очень любят.

Норки изумлялась всё больше.

— И все слуги знают, что царевич здесь?

— Конечно, госпожа.

— И все молчат?!

— Конечно.

— А ты? Почему же ты мне это сказала, Кеция?

Старая служанка улыбнулась.

— Вы не выдали его, госпожа. Вы тоже его любите.

Норки куталась в плед. Ее мелкая дрожь превратилась в крупную. Она поняла, что если царевич здесь, и все слуги в сговоре, то что-то происходит. Аппиры не покорились безропотно и смиренно, они что-то затеяли и не сомневаются в успехе. И она каким-то образом уже оказалась на их стороне.

— Да, — сказала она, — я люблю его… только он меня уже ненавидит.

— Что там за шум? — спросила Зела удивленно.

— Да так… не обращай внимания, — поморщился Герц.

Он стоял в черном термостате, десантных ботинках и с рюкзаком.

— Куда ты собрался?

— На Шеор. Посмотрю, что это за гадюшник.